Part 9.
— Тэхен!
Победное торжество было прервано, он резко обернулся, встретившись с выжидательным взглядом бабушки. Интересно, и давно она там стоит? Подбежав к CD-плееру, он выключил его.
— Извини, немного увлёкся, — он виновато улыбнулся. После тренировки, где мог пробегать ещё целый час, Тэхен вернулся домой с переизбытком энергии. Груз упал с плеч, ему захотелось праздновать этот случай. Он решил отложить домашнюю работу в долгий ящик, раз уж на этой неделе ничего сдавать не нужно, и намеревался проделать дыру в ковре своими устрашающими танцевальными движениями.
— Ты оставил телефон внизу. Звонил Юнги. — Она кинула ему сотовый, который парень кое-как умудрился поймать. — И уже почти семь. Ты готов к ужину? — Она махнула рукой в сторону двери.
— Абсолютно, — Тэхен подхватил свой черный кардиган и кеды. Вернувшись с изнурительной тренировки, он сразу же забежал в душ и привёл себя в порядок. Он предпочитал принимать душ только дома со времени вторжения Чонгука в раздевалку. — Спущусь через минуту. Мне нужно поговорить с Шугой.
Бабушка кивнула и вышла из комнаты. При мысли, что нужно извиниться перед ним, свело живот. Юнги встречается с человеком, который плохо обращался с ним, и ему было очень больно, потому что Юнги не составило труда закрыть на это глаза. Но ещё он понял — они с Чонгуком использовали друг друга. Со временем — вероятно, уже довольно скоро — их интрижка подойдет к концу. Если только Юнги не присоединится к издевательствам Чонгука, Тэхен принял решение не поддаваться ему.
— Привет, — робко поздоровался он, когда друг поднял трубку.
— Привет, — коротко ответили на конце.
Глубоко вздохнув и переведя дыхание, он всё-таки продолжил.
— Надеюсь, мне удастся воспользоваться карточкой Бесплатного освобождения из тюрьмы, как в Монополии. Прости за то, что наговорил тебе сегодня.
В течение нескольких секунд повисло молчание, пока Тэхен нервно наматывал круги по комнате.
— Ты повёл себя как настоящая сука, — пробубнил Юнги.
Тэхен едва не засмеялся. Ну, по крайней мере, Шуга с ним теперь разговаривает.
— Знаю. Мне больше нет до него дела. Если тебе нужен именно Он, тогда мне придется повзрослеть и свыкнуться с этим.
— Извинение принято, — по голосу было слышно, что омега улыбается.
— Ладно, увидимся завтра. Мы с бабушкой собираемся где-нибудь перекусить.
— Хорошо вам провести время. И, Тэ, я люблю тебя, — сказал он ласково.
— Я тебя тоже люблю. До встречи.
Они разъединились, и ему моментально стало легче. Слава Богу, с этим покончено. Теперь, если повезёт, он вынужден будет мириться с минимальным количеством контактов с Чоном. А если не повезет, то Чонгук будет таскаться на все их встречи третьим лишним.Однако Тэхену по-прежнему хотелось хорошенько стукнуть своего друга. Во всяком случае, он избавился от обиды на альфу. Если он хотел с его помощью забыть Хосока — его дело. Тэхен устал от проблем, создаваемых на пустом месте, поэтому, дабы уберечь себя от лишних переживаний, решил больше не ввязываться в это. Юнги знал о его чувствах, а Тэхен знал, что он не предаст его доверие. Ничего другого ему больше и не нужно.
Пританцовывая, он побежал вниз по лестнице. Ощущение было такое, словно бегемот, сидевший у него на груди, наконец-то сдвинулся.
— Похоже, у тебя хорошее настроение. — Бабушка следила за каждым его движением. — В школе сегодня всё прошло удачно?
— Да. Вообще-то, даже замечательно.
Наконец, дав Чонгуку понять, насколько была ранена его душа таким отношением, он избавился от досады. Его больше не угнетали его действия, и не нужно было притворяться изо всех сил.
— Отлично. Чего твоей душе угодно? Судя по джинсам и твоей открытой дерзкой майке, в О'Ши мы не пойдем. — Плоский тон выдал её разочарование. О'Ши — бабушкин любимый ресторан в их не блещущем разнообразием городке.
— Как насчет Марио? — Спросил он, завязывая шнурки на белоснежных кедах. — Мне понравилась их паста с базиликом и оливковым маслом. — Рестораном управляет милая, приветливая пожилая пара. Именно туда его родители сходили на первое свидание.
— Конечно, звучит заманчиво. — Она подхватила сумочку и ключи. Если ситуация позволяла, за руль всегда садился Тэхен. Ему необходимо было управлять автомобилем, иначе казалось, что они всюду добирались бесконечно долго. К счастью, все взрослые в его жизни были сговорчивы.
Пока бабушка остановилась у зеркала, чтобы поправить волосы и застегнуть блейзер, он накинул кардиган и поправил укладку, над которой пыхтел добрый час.
— Ты не против, если после ужина мы заглянем на парочку авторынков?
Тэхен не занимался поисками уже несколько недель, но просьба сорвалась с губ сама собой, будто крутилась на кончике языка целый день. Сделать вид, что ему так уж необходима машина — не вариант, в конце концов, папа оставил для него Шевроле. Взяв сегодня ситуацию под контроль, он словно примерил на себя новую кожу. Всё вокруг казалось теплым, восхитительным и возможным. Покупка собственной машины — очередная доза контроля, прямо в вену. Бабушка прищурила свои голубые глаза, глядя на него через зеркало.
— Твой отец в курсе, что ты хочешь купить машину?
— Да, но я всё равно пока только присматриваюсь.
— Милый, тебе не будет проку от машины в таком большом городе, — заявила бабуля, разворачиваясь, чтобы открыть дверь.
— Ты не возражаешь, если мы только посмотрим? Может, она мне пригодится, когда буду приезжать домой на каникулы.
Он вышел на улицу следом за бабушкой. Замыкая входную дверь, она кивнула.
— Конечно, ничего страшного, если мы посмотрим.
***
После столь необходимой вылазки и непринужденной беседы с бабушкой, он вернулся домой с чувством спокойствия, какого не ощущал уже несколько месяцев. Тэхен читал один из триллеров Челси Кейн сидя на кровати, когда услышал подвывание, доносившееся с улицы. Двери балкона были приоткрыты, поэтому ему был слышен шум дождя. Легкая морось, начавшаяся, когда они с бабушкой вернулись с ужина, теперь превратилась в ливень. Открыв одну створку, он всё-таки выглянул наружу и прислушался. Непрерывный, жалобный лай раздавался откуда-то поблизости.
Роки.
Заглянув во двор Чонов, он нигде не увидел света, и ни следа собаки. Во всём доме, похоже, было темно и тихо. Сейчас начало двенадцатого ночи, вероятно, Чонгук и его мама уже спят, либо ещё не вернулись домой. Натянув кеды, он спустился по лестнице, задержавшись лишь на мгновение, чтобы проверить, не проснулась ли бабушка. Подойдя к входной двери, включил свет на крыльце и вышел на улицу.
Черт! Дождь так и льёт.
Как он мог забыть об этом за те три секунды, пока спускался вниз? Хвала небесам за навес над входом. Обняв себя, он подошёл к краю крыльца и вновь осмотрел соседский двор. Увидев щенка, который скулил и скребся лапами в дверь, он прикрыл рот рукой, заглушив тихий вскрик. Пес весь промок, и даже отсюда ему было видно, как он дрожал. К счастью, под небольшим навесом у него была хотя бы мизерная защита от грозового ливня.
Не раздумывая ни секунды, он выбежал под дождь и направился к дому Чонгука. На нём были только пижамные штаны и майка, поэтому, подобно Роки, теперь трясся от холода и Тэхен, пока холодные капли падали на его обнаженные руки и ноги.
— Привет, дружок. Как ты тут очутился? — Омега нагнулся, чтобы погладить пса по голове, и тот радостно облизал его руку. — Где Чонгук, а? Он забыл про тебя, да? — Пес жалобно заскулил и уткнулся своим мокрым и холодным носом ему в пижамные штаны. — Ну ничего, сейчас мы его найдем и ты согреешься, — он быстро подхватил промокшего насквозь шпица на руки и прижал к себе. Дрожь пробежала по телу омеги, отчего его плечи дернулись.
Меньше всего ему хотелось стучаться в дверь этого гада, но он себе даже представить не может, что тот устроит, если Тэхен заберет щенка к себе на ночь. Скорее всего, обвинит омегу в попытке похищения его собаки. Пес был непреднамеренным осложнением в их ссоре. Как бы Тэхен его ни обожал, ему казалось, будет правильнее, если он останется у своего хозяина. Так же получилось и с их любимым местом для прогулок — рыбным прудом в парке Бэйхай. После того, как Чонгук перестал с ним общаться, он больше ни разу там не появлялся.
Тэхену достался пруд. Ему досталась собака.
— Чонгук? Мисс Чон? — Окликнул Тэхен, нажав на звонок. Дождь барабанил по земле, заливая всю улицу. Сильный ветер сбивал капли в сторону, отчего его кеды и голые щиколотки промокли даже под навесом.
Сомневаясь, что его крик можно было расслышать в таком гвалте, он постучал в дверь и ещё два раза позвонил, но ответом послужила та же тишина. В доме по-прежнему было темно и тихо. Это очень пугало.
— Ну, Роки, похоже, ты идешь ночевать ко мне.
Малыш снова гавкнул, явно недовольный тем, что оказался на улице в такую погоду. Перед тем как уйти, Тэхен повернул дверную ручку. К огромному удивлению, дверь открылась.
Не заперто? Странно.
Щенок пулей залетел внутрь, распахнув дверь настежь. До Тэхена донесся цокот его когтей по деревянному полу. Он побежал на кухню, наверное, к миске с едой. Он нерешительно вошёл в прихожую и начал оглядываться в темноте.
— Есть кто-нибудь? Чонгук?
Если не считать приглушенного света уличных фонарей, пробивавшегося сквозь окна, дом весь был погружен в темноту.
— Мисс Чон? Чонгук? — Он оглянулся, и озноб пронёсся по его телу.
Что-то не так.
В доме стояла практически мертвая тишина. Ни тикающих часов, ни гула от аквариума. Черт знает, имелся ли у них вообще аквариум, но в жилых домах всегда слышны какие-нибудь звуки, даже посреди ночи. Роки гавкнул, и Тэхен пошел в сторону кухни, но остановился, услышав хруст под подошвами своих кед. Когда глаза привыкли к мраку, он пригляделся и заметил на полу осколки разбитого стекла или посуды. Посмотрев по сторонам, он наконец заметил беспорядок, на который поначалу не обратил внимания.
Перевернутые стулья, разбитые лампы, подушки с дивана разбросаны по полу в гостиной. Даже рамки с фотографиями Чонгука на стене вдоль лестницы висели неровно и были разбиты.
Стук его сердца начал отдаваться в ушах. Что тут произошло?
Роки продолжал гавкать, на сей раз более настойчиво. Тэхен пробежал через гостиную к кухне. Пес сидел на полу и смотрел в сторону открытого черного хода, поскуливая и виляя хвостом. Когда он выглянул наружу, то увидел Чонгука, сидевшего на лестнице, ведущей на задний двор. Тэхен облегченно выдохнул.
Он сидел спиной к омеге, весь промокший. Вода стекала по его волосам и обнаженной спине.
— Чонгук? — Позвал блондин, нерешительно и тихо подойдя к порогу.
Альфа повернул голову достаточно, чтобы взглянуть на него краем глаза, который прикрывали промокшие волосы. Ничего не сказав, он отвернулся и поднёс к губам бутылку.
Джек Дениелс. Чистый.
Первой мыслью было уйти. Он в безопасности. Собака тоже. Чем Чонгук тут занимался — уже не его дело, но ноги не двигались. Дом был полностью разгромлен, и он пил в одиночестве.
— Чонгук? — Он ещё раз окликнул его и вышел наружу. К счастью, над черным ходом тоже имелся навес. — Собака гавкала на улице. Я позвонил в дверь. Ты не слышал?
Похоже, Тэхен чувствовал, что должен объяснить своё присутствие в его доме. Не получив ответа, он спустился по лестнице, встав к нему лицом. Капли дождя покатились по его лицу, смочили волосы и одежду. Мышцы напряглись от настойчивого желания вернуться в дом, но по какой-то причине он всё ещё оставался тут.
Чонгук держал голову прямо, но взгляд его был устремлен вниз. Локти на коленях, в левой руке — полупустая бутылка, которую он пальцами раскачивал вперед-назад.
— Чонгук? Почему ты не отвечаешь? — крикнул он. — Дом разгромлен.
Не твое дело. Просто уходи. Просто у-хо-ди.
Подсознание кричит убираться отсюда немедля, но Тэхен остаётся на месте. Чонгук медленно облизнул губы — капли дождя походили на слёзы у него на лице. Тэхен наблюдал, как он лениво поднял свой взгляд и сморгнул воду.
— Собака убежала, — пробормотал он, будто ни в чем не бывало. Его голос был спокоен.
Ошарашенный таким таинственным ответом, Тэхен чуть не выпал.
— И ты закатил истерику? Твоя мама знает, что ты сделал с домом?
Брюнет грозно сдвинул брови и посмотрел прямо в глаза омеге.
— А напомни–ка мне, какая тебе разница? Я же ничтожество, да? Неудачник. Родители меня ненавидят. Разве это не твои слова, Тэхен? — У Чонгука за секунду потемнел взгляд, который ничего хорошего не предвещал, и желваки на скулах заиграли.
Тэхен прикрыл глаза на мгновение, снова ощутив это ужасное чувство вины.
— Послушай, я не должен был такого говорить. Несмотря на то, что ты...
— Не извиняйся, — перебил он, вернувшись к своему садистскому тону, и встал. На его лице в следующую секунду отразилась ухмылка, едкая, грязная и мерзкая. — Ты выглядишь слишком жалко, когда подхалимничаешь.
Сволочь!
— Я не подхалимничаю! — огрызнулся Ким, пройдя вслед за ним в дом. — Просто я умею признавать свою вину, когда совершаю ошибки. В отличие от некоторых. — Да, это был очень явный намек, и судя по ещё более потемневшему взгляду альфы, он это понял. Тэхен встал у двери, в то время как Чонгук поставил бутылку на стол и взял кухонное полотенце. Подойдя к щенку, забившемуся под стул, он обернул его в полотенце и начал вытирать. Он продолжал игнорировать омегу, но Тэхен не мог уйти, не сказав всего, что хотел.
— Прости, если причинил тебе боль, впредь такого не повторится.
Вот, сказал. Больше ему тут незачем находиться. Но Тэхен на этом почему-то не остановился. Его взгляд упал на бутылку Джека, и он забеспокоился. Мама Чонгука — алкоголичка в завязке, к тому же, крепкая выпивка в больших количествах может быть опасна. Судя по состоянию дома, альфа не контролировал свои действия. Подхватив виски со стола, он подлетел к раковине и начал выливать содержимое в канализацию.
— И я не позволю тебе самому себе вредить.
— Твою мать! — Заорал альфа у него за спиной. Тэхен стал нервно трясти бутылку, услышав его приближавшиеся шаги. Чонгук схватил её, но Тэхен развернулся к нему, не разжимая рук. Отдавать он её уже не намерен.
— Это не твоего ума дело. Вали отсюда, блять, — прорычал он, притягивая бутылку к себе.
Тэхен ощутил его жаркое дыхание, пахнувшее виски и дождем, прямо у себя на лице. От его безумного темного взгляда пальцы ослабли, отчего Тэхен едва не выпустил бутылку, пораженный силой, с которой Чонгук попытался вырвать её из его хватки. Когда Чонгук вновь дернул ее на себя, Тэхеново тело пошатнулось вслед за ним.
Это уже что-то новенькое. Привычный Чонгук всегда был спокоен и собран, а этот — безрассуден и дик, его яростный и жаркий взгляд вонзился острым клинком в омегу. Тэхену стоило бы испугаться, но по непонятной причине их столкновение его опьянило. Он хотел этой борьбы с ним. Жаждал её всей своей измученной и покалеченной душой. Они оба дышали тяжело, пытаясь завладеть бутылкой, но никто не поддавался. Руки омеги напряглись от усилий и медленно ослабевали, вскоре Тэхен почувствовал, как стекло начало выскальзывать из его рук. Он знал, что проиграет. Спорить с Чонгуком, так ещё и пьяным и разъяренным он не в силах.
— Прекрати! — крикнул Тэхен. Неужели эта чертова выпивка так важна?!
Соберись, гад!
Тоь явно потерял контроль над собой, и Тэхену нужно было срочно привести его в чувства. К сожалению, на ум ничего нормального не пришло. Он резко отпустил бутылку и сам не ожидая от себя подобного, дал альфе хлесткую пощечину. Голова Чонгука дернулась в сторону от контакта, а его ладонь пронзила тупая боль. Тэхен никогда в жизни себе такого не позволял в его сторону. Никогда. Он даже подумать не мог о том, что когда-то поднимет руку на Чонгука. Даже в детстве, когда они вместе дурачились.
На некоторое мгновение дом погрузился в мертвую тишину, но это длилось недолго.
Ошарашенный и взбешенный в край, Чонгук уронил виски на пол, напрочь забыв о нём, и медленно перевёл свой хищный и яростный взгляд на ахнувшего, и прикрывшего рот рукой, омегу. В следующий миг Тэхен шокированно вскрикнул, когда альфа легко приподнял его за талию и с силой опустил на жесткий край раковиной. Да сегодня прямо день открытий какой-то. Никогда такого поведения ни за собой, ни за Чонгуком, он раньше не наблюдал.
Прежде чем ошарашенный Тэхен успел сориентироваться, Чонгук завёл его руки за спину, с силой сжал запястья и встал между его ног. Затем грубо притянул его к себе, и Тэхен оказался в ловушке. Туго сглотнув вязкую слюну, побледневший, и не ожидавший такого напора, он попытался вырваться, чем сделал ещё хуже. Чонгук сильнее сжал его запястья, что уже начали жечь от грубой силы. Грудь Тэхена быстро вздымалась и опадала, отчаянно втягивая воздух.
— Отпусти меня! — закричал он наконец, придя в себя.
Тело было зажато между его руками сзади и торсом спереди. Чонгук держал его очень сильно. Он опять попытался высвободиться, но альфа только плотнее прижал его к себе.
— Чонгук, отпусти меня, — он постарался, чтобы голос прозвучал решительно, но из-за сопротивления тон ослаб.
Их глаза встретились, лица в сантиметрах друг от друга.
Дикость какая-то.
Чонгук буквально впился в него своим хищным взглядом, и со стороны это выглядело так, будто он хочет сожрать его. Вновь сглотнув накопившуюся слюну, Тэхен осмелился ещё раз дернуть руками, но Чонгук как будто прилип к нему.
После этого он поднял на него свой взгляд, отвернуться было невозможно. Глаза Чонгука — словно обложка книги — на что-то намекают, но всей истории не раскрывают. А ему очень хочется узнать его историю. Если он будет смотреть ему в глаза достаточно долго и пристально, может, получит желаемые ответы.
Проклятье!
Даже несмотря на алкоголь в его дыхании, пах он великолепно. Его природный изысканный запах цитрусовых, в аромат которого Тэхену хотелось укутаться навечно. Бедрам было холодно в местах, где его касались промокшие джинсы Чонгука, но всё остальное тело было в огне. Жар словно сочился из пор на шее, капля пота покатилась по виску. Головокружение спутало его мысли из-за оказываемого альфой давления между его ног. Они дышали в унисон, и Чонгук уже выглядел не таким злым.
Альфа проговорил хриплым, в чем-то даже печальным голосом:
— Ты меня растоптал сегодня.
Тэхен предположил, что он имеет в виду монолог.
— Отлично, — огрызнулся он в ответ, чего делать не хотел.
Альфа снова его встряхнул.
— Хотел сделать мне больно? Ты от этого кончил? Приятно было, правда?
Он говорит об омеге или о себе?
Шокированный Тэхен пытался не выдавать эмоций на лице, но всё его тело пробила дрожь. Когда Чонгук наклонился ближе, его запах окружил блондина. Их тела таяли вместе, губы находились так близко, но когда Тэхен почувствовал его эрекцию у себя между ног, сильно зажмурился и опустил голову, боясь признать причину, по которой перестал бороться. Глубоко вздохнув, он открыл глаза и дерзко посмотрел на альфу. Нужно срочно брать себя в руки и не дать ему опять унизить себя. Пульс начал отдаваться в ушах.
— Нет, я не кончил, — спокойно ответил ему Тэхен, прищурившись. — Я не почувствовал ничего. Ты — ничто для меня.
Чонгук вздрогнул и прохрипел:
— Не говори так.
Тэхен ощутил его горячее дыхание у себя на коже, наклоняясь вперед.
— Ничто, — повторил едва слышным шепотом. — Теперь отпусти...
Он не успел договорить, потому что Чонгук резко впился в его губы, заглушив всякие протесты. Губы альфы накрыли его быстро, жестко, словно он пытался его поглотить. Внутри Тэхена все запульсировало, что очень напугало его. Хищный язык альфы проник к нему в рот, в то время как Тэхен пытался хоть как-то отвернуться от него. Но, похоже, Чонгук отпускать его не намерен, ни сейчас, ни в ближайшее время. Зажмурившись, Тэхен оттаял. Смысла бороться нет.
Он проиграл.
Пульсирующее ощущение где-то в глубине увеличилось, и Тэхен, сам того не ожидая, обвил ногами его талию, потом закрыл глаза и сдался. Он пытался думать, но не мог и не хотел, о чем вскоре пожалеет, но это будет потом. Этот момент заполнил все годы их разлуки.
Альфа отпустил его запястья, после чего грубо запустил пальцы одной руки ему в волосы, а другой крепко сжал его талию. Прижимая бедра плотнее к себе, он снова атаковал рот омеги, покусывая нижнюю губу, потом переключился на челюсть и шею, покрывая их жаркими, яростными поцелуями. Легион бабочек развязал битву в животе у Тэхена, от чего он сбивчиво выдохнул.
Сумасшествие.
— Чонгук, — произнес он, задыхаясь. Они должны остановиться. Но он не помнил, почему.
Тэхен совсем забылся.
Крепче сжимая ноги вокруг него, Тэхен схватил руками его влажные волосы, притягивая его ближе, пока он целовал его шею. Чонгук провёл левой рукой по его бедру, и вернулся к его губам. Давление нарастало, пока они яростно и отчаянно прижимались друг к другу. Чонгук застонал, когда Тэхен случайно прошелся ладонью по его паху. Там все кровью наливалось. Когда альфа склонил голову, чтобы прикусить мочку уха, образы того, чем они занимались с Юнги вчера в коридоре, всплыли в памяти.
Вот, что он чувствовал, оказывается.
Все накатило по обратной. Глаза распахнулись, когда понимание обрушилось на него.
Чонгук его обижал.
Чонгук его унижал.
Чонгук его ненавидел.
Но никак не любил и не хотел.
— Чонгук, остановись, — его тон должен был быть сильнее, но прозвучал отчаянно. Брюнет проигнорировал его слова, легко целуя и покусывая его оголившееся плечо, в то время как его рука скользнула под майку. — Чонгук, я сказал, остановись! — Положив руку ему на грудь, он с силой оттолкнул его от себя. Альфа отшатнулся назад на несколько шагов, дыша тяжело, смотря на Тэхена поплывшим диким взглядом.
Это плохо, очень плохо. Нужно срочно валить отсюда, пока не произошло то, чего Тэхен очень сильно боится. Спрыгнув с раковины, он практически выбежал из кухни. А потом и из дома. От его кожи словно пар исходил, когда холодные капли дождя покрывали его руки и ноги. Сердце едва ли не выпрыгивало из груди, пока он взбирался вверх по лестнице к себе на крыльцо.
Так легко повестись на увертки альфы, который втаптывает его в грязь всю жизнь. Опустошающая боль зародилась внутри живота, и жуткий вакуум остался там, где только что был он.
Тэхен позволил ему себя поцеловать. Прикоснуться.
И ответил тем же.
Это неправильно.
Так не делается.
Он пытался отдышаться. Как он мог такое допустить? Будто сам себя не контролировал! То, что они сделали, это полнейшее безумие, но ощущая его, забыл обо всем остальном. Даже сейчас его тело изнывало по нему, и Тэхен ненавидел себя за это. Стыд обжег кожу по следам его прикосновений. Чонгук всегда просчитывал свои действия. Он всё это спланировал? Столь низменного поступка Тэхен от него не ожидал. Вероятно, он там сейчас смеется над ним, зная, что задел гордость и достоинство омеги. Тысяча вопросов заполнили голову, но Тэхен их все оттолкнул. Нет. Лишь одно неоспоримо — ему нельзя доверять. У него и в мыслях не было попытаться все уладить между ними, и Тэхену стало тошно от унижения.
Этого больше не случится.