8 часть
Чимин отправляет ему аудиосообщения со звуками, которые он не в состоянии опознать, Чимин заслушивается пением птиц на занятиях, и Чимину очень, до странного нравится его голос.
И, будем честными, это неловко, потому что он этого не скрывает.
Как-то за обедом Сокджин спрашивает его о том, какой звук ему понравился больше всего после того, как он снова обрел слух — как оказалось, вполне распространенный вопрос. Чимин отвечает вполне спокойно: смех, кошачье мурлыканье, голос Юнги-хёна.
Пока Юнги давится и пытается откашляться, Тэхён возмущенно толкает Чимина в бок:
— Раньше мой голос был твоим любимым, предатель!
Чимин уворачивается, хихикая (сладкий и легкий звук, Юнги почему-то краснеет из-за него еще сильнее), пока все остальные смотрят на Юнги так, словно это его персональная заслуга. И улыбаются самыми «боже мой, посмотрите на этих двоих» улыбками.
Ладно. Ладно, хорошо, Юнги смотрит на Чимина (тот уворачивается от щекочущего его Тэхёна, смеясь чуть громче, чем обычно себе позволял) и понимает, что возможно, возможно Чимин ему все же нравится. Немножко.
Даже если и так, он все равно не может не накручивать себя — по классике. Чимин говорил, что ему нравится его голос (а не он сам), и так как он слабослышащий, для него такие вещи абсолютно обыденны и он может просто не видеть в них контекста…
Это не: «мне нравится твой голос, потому что это ты», а «мне нравится твой голос, потому что тебе повезло родиться с такими голосовыми связками». Вот и все. Конец истории.
Чимин смотрит на него, наверняка из-за того, что он опять подозрительно замолк; на его щеках играет румянец, губы все еще сложены в широкую улыбку.
Юнги без борьбы принимает тот факт, что нет, не конец.
🌑🌒🌓🌔🌕🌖🌗🌘🌑