9 часть
Когда Чимин впервые спрашивает, можно ли позвонить, они переписываются поздней ночью пятницы. Вроде бы, в этом не должно быть ничего такого — они шлют друг другу так много голосовых сообщений, что почти вся переписка состоит только из них. Но это все равно совсем разные вещи — голосовые сообщения все еще относительно безликие и без неловких пауз.
Хотя какая разница? Если они спокойно разговаривают на перерывах, то один телефонный звонок погоды не сделает.
Поэтому он решительно нажимает на значок вызова и с замершим сердцем прижимает телефон к уху, зачем-то накрывшись одеялом с головой.
— Привет? — говорит Чимин тихо-тихо. Сколько бы Юнги ни говорил, что ему не нужно быть с ним таким тихим, ничего особенно не поменялось.
— Привет, — улыбается Юнги в трубку. — Что-то случилось?
— Нет, просто… Просто мне обычно легче заснуть, когда я слушаю твои голосовые перед сном, вот и… Вот я и подумал, что было бы, если бы я позвонил тебе. Все же в порядке?
Юнги, наверное, никогда не привыкнет к тому, какой Чимин прямолинейный во всем, что касается того, что ему нравится или не нравится.
— Боже, — ахает он. — Какие голосовые? Те, в которых я рассказываю про собачий корм? Или про Destiny's Child?
Чимин хихикает.
— Мне нравится то, где ты рассказываешь про мороженое. Никогда не слышал, чтобы кто-то с такой страстью рассказывал про топпинги три минуты кряду.
Юнги зарывается лицом в подушку и стонет.
— Отныне всегда звони мне, а не прослушивай мои позорные голосовые, договорились?
— Договорились, — соглашается Чимин легко. — Спасибо.
— Тебе не нужно благодарить меня абсолютно за все, ты же знаешь? Одного раза было вполне достаточно.
— Да, но ты делаешь для меня так много, что я имею право благодарить тебя за это.
— Я не…
— Да, хён, делаешь. Я переживаю ужасно стрессовый период — новая среда, новое восприятие и очень много новых людей… Да, Тэхён помогает мне справиться с этим, но твоя поддержка для меня правда очень много значит.
Юнги смотрит в темный потолок спальни, переваривая его слова с гулко грохочущим где-то в горле сердцем.
— Я рад, — говорит он тихо. — Я… кхм, если хочешь, на этой неделе я могу попросить у Сокджин-хёна ключи, и я мог бы научить тебя еще чему-нибудь.
Голос у Чимина такой восторженный, словно Юнги ему круиз вокруг света предложил, а не посиделки в тесной заваленной старыми инструментами комнатушке.
— Правда? Хочу! Я думал, ты больше не предложишь.
— Тебе правда это нравится?
— Еще как нравится, хён. Ты потрясающе играешь.
Юнги трет лоб, стараясь не думать, как по-дурацки наверняка выглядит его широкая улыбка.
— Не так и потрясающе, — бормочет он. — Я давно не практиковался, руки совсем отвыкли.
- А почему ты не практиковался?
— Ну, я бы сказал, что это немного личное.
Чимин фыркает.
— Я веду себя бесцеремонно, да? Могу себе позволить. Ты тоже этим грешишь.
— Тебе правда интересно знать?
— Правда, хён.
И что-то в его голосе дает Юнги понять, что он не врет, что его чистосердечное признание не влетит ему в одно ухо и не вылетит из другого.
— Я… я перестал играть после того, как меня не взяли на стажировку.
— Стажировку? Погоди, ты имеешь в виду индустрию развлечений? Ты хотел стать певцом?
— Боже, нет. Я хотел стать продюсером. Наверное, глупо звучит, но мне правда хотелось попасть в какое-нибудь крупное агентство и построить там карьеру. Я очень люблю музыку, пишу песни, и я был очень уверен в себе, так что… Отказ меня подкосил.
Чимин молчит так долго, что Юнги уже думает, что он усыпил его своей болтовней.
— Ты до сих пор пишешь песни? — наконец спрашивает он негромко.
— Иногда. Гораздо реже, чем раньше.
— Тогда почему не попробуешься еще раз?
Юнги хмыкает.
— Я на третьем курсе по совершенно другой специальности, уже немного староват для такого.
— Но ты же не айдолом собираешься становиться, — возражает Чимин. — Тем более, у таланта нет срока годности.
— Как громко сказано.
— Но я же слышал, как ты играешь. Если это ты давно не практиковался, то я даже не знаю… И я послушал бы твои песни.
— Не-ет, — стонет Юнги, закрывая глаза рукой.
— Почему?
— Может, играть я и умею, но мой вокал такой себе.
— Ты мог бы показать мне, когда мы снова встретимся в репетиционной, — предлагает Чимин. — Тебе было бы удобно встретиться в конце недели?
— Я… я думал увидеться в понедельник или вторник.
— Говоря об этом, — начинает Чимин с неловкостью в голосе. — У меня небольшие проблемы со слуховым аппаратом, поэтому я немного похожу без него.
Юнги хмурится.
— Все в порядке?
— Да, в полнейшем. Так что встретимся в конце недели? Было бы круто первым делом услышать твой голос.
Юнги крепко жмурится.
— Обязательно.
🌑🌒🌓🌔🌕🌖🌗🌘🌑