Мей Хаттори||Кадзу Наито

Они не спали уже вторую ночь. Каждый раз, когда они хотели сомкнуть глаза, раздавались шорохи, шепот или скрежет.
— Он где-то здесь? — спросила она, когда ночь снова окутала лес.
Он кивнул.
— Он всё ближе. И не пытается больше скрываться. Думаю... он хочет, чтобы мы знали.
— Почему?
— Не знаю. Но чтото подсказывает мне-он совсем не обычный дух.
⸻
Когда утро наконец наступило, они увидели его.
Сначала — просто силуэт в тумане. Высокий, с длинными руками и искажённой осанкой.
Мей резко остановилась.
Кадзу шагнул вперёд, прикрывая её собой.
Фигура не двигалась. Только наблюдала.
-думаю, он охраняет артефакт, или около того-произнес кадзу
Фигура шагнула. Земля под ногами будто вздрогнула.
Он не бежал. Не нападал. Просто шёл. Медленно. Неотвратимо.
— Беги, — сказал Кадзу.
— Я не оставлю тебя.
— Я догоню.
Но Мей не двигалась. Лисий огонь вспыхнул в её глазах.
Существо остановилось на краю поляны. Теперь было видно его лицо.
Точнее, то, что было вместо лица. Много глаз. Много ртов. Мей сделала шаг вперёд.
— Только попробуй, — сказала она, и её голос стал чужим. Сильнее.
Существо наклонило голову. И — исчезло.
Просто... распалось в воздухе, как дым.
Кадзу был рядом мгновенно.
— Что это было?
— Я не знаю, — ответила Мей. — Но оно вернётся.
Она смотрела в пустую точку среди деревьев.
— Оно знает, кто я. И что мы ищем.
——
Следующее утро всё казалось... обычным. Слишком обычным. Птицы снова пели, трава колыхалась от ветра, солнце пробивалось сквозь листву.
— Он ушёл, — тихо сказал Кадзу. — Или просто следит издалека.
— Это был он, — сказала Мей. — Страж.
Кадзу смотрел на неё внимательно.
— Ты уверена?
— Я почувствовала. Его энергия — она не как у ёкаев.Когда я училась, я разбирала разные виды энергии.
— И всё же он не атаковал.
— Потому что мы ещё не подошли к границе. К месту, где лежит артефакт.
Кадзу молча кивнул.
— Надо быть готовыми. Он — не враг. Но он и не союзник.
——
Ночь была спокойной, но в воздухе чувствовалось напряжение. Кадзу сидел у костра, расстелив на колене кусок тонкой рисовой бумаги. Он провёл пальцем по её поверхности, и от прикосновения проступили тонкие, еле заметные узоры — шифр клана.
Мей села рядом, наблюдая.
— Ты часто отправляешь отчёты?
— Только если что-то важное. И если есть что сказать.
Он прокусил палец и поставил кровавую метку в углу бумаги. Затем коротко, чётким, каллиграфическим почерком начал писать:

«Отряд на южной границе. Цель приближается. Обнаружен Страж. Контакт — без прямой агрессии. Следуем дальше. Возможна жертва. Подтвердите легенду.»
Мей склонилась ближе.
— Они действительно получат это?
Кадзу кивнул.
— Бумага самоуничтожится после отправки. В храме клана есть зеркальная — она запылает, и послание появится там. Только старшие смогут прочесть.
Он сложил свиток, произнёс короткое слово на старояпонском — и бумага вспыхнула мягким светом, исчезнув в воздухе.
— Неужели ты этому тоже с детства учился? — спросила Мей с лёгкой усмешкой.
— Нет, — он посмотрел на неё искоса. — Этому — с пяти лет. До этого-только быть в тени и дыхательные техники.
Мей фыркнула, но внутри у неё странно сжалось. Связь с кланом напоминала, что они — не совсем свободны. За ними наблюдают. И, возможно, ждут... правильного исхода.
——-
Путь снова уходил вверх. Мей шла впереди не оглядываясь, а Кадзу позади, как и всегда.
— Осталось два дня, если будем идти без остановки, — сказал Кадзу
Мей кивнула.
— Ты думаешь, он снова появится?
— Он наблюдает. Но не появится, пока мы не приблизимся к артефакту.
Она взглянула на него.
— Ты не боишься?
Кадзу пожал плечами.
— Страж — не то, чего я боюсь.
— А чего тогда? — спросила она, не ожидая ответа.
Он промолчал.
Они шли дальше. Под ногами хрустели мелкие камешки. В воздухе чувствовалась влага — возможно, впереди снова будет дождь. В лесу — ни души. Даже птицы замолчали.
——
Они остановились на ночлег у одинокого платана, среди валунов. Кадзу сидел спиной к дереву, глаза полуприкрыты, дыхание ровное. Мей расстелила плащ рядом с костром и молча села, укутавшись. Было прохладно.
Внезапно воздух чуть дрогнул.
Над костром, в слабом дыме, возник светящийся знак — символ клана.
Кадзу мгновенно открыл глаза.
— Не прошло и года,ответ— сказал он и встал, протянув руку в пламя.
Огонь не обжёг — рассыпался искрами. Из них сложилась полупрозрачная лента бумаги, на которой проступили слова:
«Страж признан активным.
Артефакт идентифицирован: Небесная маска.
Подтверждение: один из двоих должен быть принесён в жертву.
Ваша миссия — дойти до Храма Семи Печалей.
Но помните: не все легенды — полны.
Ждите указания. Возвращение без артефакта — не вариант.»
Кадзу медленно опустил послание. Оно рассыпалось в пыль, исчезая.
— Что там? — спросила Мей.

Он посмотрел на неё долго. Затем сказал:
— Мы на верном пути. И нам надо идти в Храм Семи Печалей.

Она нахмурилась.
— Там было больше букв, ты не договариваешь.

Он молча сел рядом.
— Всё скажу, когда будем ближе. Сейчас... важно не дать страху сбить нас с дороги.
Мей посмотрела в сторону леса.
Там, среди теней, будто снова блеснули глаза. Всю ночь Кадзу думал о том, что Мей ни в коем случае не должна узнать о жертве. Не сейчас. Он сам пожертвует собой, сегодня он есть, завтра его нет, а Мей еще жить и жить.
——
Склоны холмов начали постепенно сходиться. Земля становилась красной, воздух — сухим, а небо — медным от заходящего солнца. Кадзу и Мей добрались до странного ущельяВ самом его центре стояла древняя плита. Камень, вросший в землю, покрытый символами и резьбой. Мей прикоснулась к поверхности, смахивая пыль. Символы загорелись бледным синим светом.
— Это древний язык, — прошептал Кадзу.
— Я его знаю, Чонган научил.
Он провёл пальцами по линиям, и плита будто отозвалась эхом.
Мей некоторое время молчала, а после произнесла:
"Когда луна коснётся крови, и маска отвернётся от неба — останется только один."

"Двое войдут в храм, но лишь один сможет его покинуть, став его Ликом."

"Тот, кто добровольно станет лицом боли — спасёт другого. Тот, кто отвернётся — будет отмечен навечно."

Мей медленно отступила назад.
— То есть... один из нас... должен... принести себя в жертву?
Кадзу молчал. Он смотрел на камень, как будто видел не символы, а собственную судьбу.
— Не обязательно. Предсказания не всегда говорят правду.
Ложь. Чистая ложь. Кадзу понимал, что обманывает Мей, но она ни в коем случае не должна стать жертвой.Не должна умереть.
Она опустила взгляд.
— А если я... выберу тебя?
Он повернулся к ней.
— Тогда ты никогда этого не узнаешь. Потому что я тебя опережу.
Мей сжала кулаки.
Солнце исчезло за горизонтом, оставив их в сумерках.
——
На рассвете они подошли к храму. Он не был похож на храм в привычном смысле — никаких куполов, колонн или пышных врат. Лишь каменная арка, частично разрушенная, поросшая мхом, за которой начинался чёрный коридор, будто вырезанный в скале.
На входе стояли две статуи без лиц. На их груди — символ маски, разломанной пополам.
Коридор был узким, прохладным. Свет. Едва различимый, мерцающий.
Они вошли в круглое помещение, стены которого были усыпаны масками — сотнями, тысячами. Каждая — уникальна. Смеющиеся, рыдающие, без глаз, с острыми зубами. Все они смотрели на них.
В центре круга — трон. Каменный, исписанный символами. И на нём — фигура.
Она казалась неподвижной, словно статуя. Но как только Кадзу и Мей сделали шаг ближе, глаза её открылись.
— Пришли..
Существо — не человек, не демон — поднялось. Оно было в белой одежде, на лице — золотая маска с лисьими чертами.
— Я — Омоэкадзэ, Лик памяти. Хранитель маски. Я видел, как гибли империи и как сердца предавали тех, кто клялся в верности. Маска ждала вас. Но прежде чем получить её... вы должны знать правду.
Мей сделала шаг вперёд, сжала кулаки.
— Говори.
—— Вы пришли за тем, что было утеряно века назад. За тем, что не желает быть найденным.
Маска на лице существа отразила отблеск факела — в её изгибах мелькнули страшные выражения лиц.
— Небесная маска — артефакт богов. Она способна раскрыть истинную суть любого, кто её наденет. Даровать силу, способную изменить ход войны... или стереть душу до пустоты.
Мей затаила дыхание. Кадзу напрягся, взгляд не отводя.
— Но за силу всегда платят.
— Почему мы? — спросил Кадзу.
Хранитель посмотрел на них обоих.
— Потому что вы оба — порождение выбора. Вы шли путями, полными страха, вины и гнева. Маска чувствует такие души. Она сама вас позвала.
Маски на стенах вспыхнули разом, словно в немом крике.

Омоэкадзэ замолчал, а потом добавил, глядя прямо на Кадзу
— Теперь — испытания. Вы должны доказать, что достойны стоять перед ней. Только тогда она откроет вам свою волю.
Всё вокруг задрожало. Маски на стенах задвигались, словно оживая.
— Вперёд, смертные-существо захохотало и стены обвалились.