Chapter 9. Strange Bird
Песня-вдохновение: Birdy - Strange Birds (включить во время прочтения данного эпизода)
POV Мария
Я давно такого не испытывала. Наверное, чуть больше года. Я не знаю точно. Я никак не могла вспомнить, как добралась до дома. Не помнила, пешком ли я шла, на такси ли приехала. Не помнила дорог или улиц, или лиц прохожих. Не помнила ничего.
Но помнила, как переступила порог родного дома.
У меня было ощущение, словно я наблюдала со всем со стороны. И собственные крики и ругань я слышала, будто мне в уши набили много ваты и залили ледяной водой.
Помнила, как на шум прибежала Оливия и спросила, почему я такая злая, а после этого я схватила книгу с полки и швырнула куда-то мимо нее, накричав. На ее плач в комнату тут же прибежал Макс, в которого я запустила тяжелую статуэтку. Он успел увернуться, но я заметила ужас в его глазах. Он сразу же что-то прокричал, выбегая в коридор и забирая с собой Оливию, пока я продолжала крушить комнату.
Я не помнила, как оказалась в своей комнате.
Макс вернулся слишком быстро, когда я почти перевернула стол. Он сгреб меня в охапку, крепко прижимаясь грудью к моей спине, не позволяя мне размахивать руками. Но я продолжала дергаться и извиваться, надеясь, что он ослабит хватку. Но он был сильнее меня.
А я продолжала кричать и проклинать весь чертов мир. Грозилась убить.
Он повалил меня на кровать, крича о том, чтобы я успокоилась. Но я отказывалась слушать и слышать. Я слышала лишь шум собственной крови и ярости. И я ничего не видела перед собой. Комната расплывалась перед глазами из-за потока горячих слез, обжигающих мои щеки.
Мама забежала в комнату, сжимая что-то в руке. И она тоже что-то кричала.
Все они кричали на меня. Кричали так громко, что я чувствовала, как тонкие струйки крови вытекают из ушей, заливаясь за воротник куртки, пахнущей сигаретным дымом. Мой мозг взрывался от такого количества шума. Телефон звенел в кармане. А я вдруг закричала. Надрывно, срывая связки. Мне хотелось зажать уши ладонями, чтобы оказаться наконец в тишине.
Но я не могла это сделать.
Я ощущала страшный зуд в груди. Он пробирался по моей спине к рукам. Сердце каменело, а легкие с каждым вздохом становилось труднее наполнять воздухом.
- Прошу, Мария, - кричал Макс, прижимаясь губами к моей макушке. - Прошу тебя. Умоляю. Сестренка, пожалуйста.
- Солнышко, - голос матери громкий, но губы ее практически не двигаются, - ты должна это выпить.
А я продолжала извиваться змеей в руках брата, причиняя ему боль своими действиями.
Но мне тоже больно.
Тело словно подожгли, но оно никак не хотело сгорать, хотя изнутри я уже давно сожжена дотла.
- Ненавижу! Я ненавижу тебя! Уйди! Не прикасайся ко мне! Не смей!
Пальцы сжали мои щеки, заставляя рот открыться. Теплая жидкость коснулась моих губ и залилась в горло, попадая в дыхательные пути. Я закашлялась, стараясь выплюнуть эту дрянь, которую мать пытается в меня залить.
Но с каждой секундой я становилась слабее и слабее.
- Пожалуйста...
Темнота.
***
В комнате было темно, когда я еле разлепила глаза. Веки все еще горели, напоминая о недавней истерике, сопровождаемой потоком слез. Я чуть приподнялась на локтях, чтобы осмотреть масштаб трагедии. Ящики в комоде были выдвинуты, некоторые вещи разбросаны. Рабочий стол оказался совершенно пуст, и перевернут, а все его содержимое - на полу. Окно было плотно зашторено темными портьерами.
На полу, привалившись к кровати и закинув на мои ноги руку, сидел Макс. Он тихо сопел, уткнувшись носом в сгиб локтя. Я попыталась встать с постели, чтобы не потревожить его сон, но ничего не вышло - он тут же распахнул глаза.
- Ты проснулась, - сонно промямлил Макс, криво улыбнувшись.
- Прости, не хотела будить тебя, - прошептала я, потрепав его по волосам.
- Как ты себя чувствуешь?
Отвратительно, если быть честной. Глаза болели, как и ладони, на которых розовели следы от собственных ногтей. Голова немного кружилось, а еще слегка подташнивало, словно я съела тухлую рыбу и запила прокисшим молоком.
- В порядке, - я пожала плечами.
Макс поднялся с пола, при этом скорчив лицо от боли. Уверена, у него все конечности затекли. Бедный мальчишка пролежал со мной всю ночь, сторожа мой сон, за что я была ему бесконечно благодарна.
Я взглянула на тумбочку, где кучей были навалены пачки с таблетками и стоял стакан чистой воды. Это было похоже на дежавю. Я уже испытывала что-то подобное в самом начале, когда только обнаружила этот... недуг в себе.
Хотя, его обнаружила даже не я, а люди, которые окружали меня.
- Тебе нужно их выпить.
- Я знаю, - вздохнула я. - Сколько время сейчас?
- Почти полдень, - произнес Макс, посмотрев на наручные часы.
О, Господи, я снова прогуляла учебу. Молодец. Просто умница, Мария.
Я и без того часто пропускала занятия, чтобы успевать на работу. Но сегодняшний - точнее вчерашний - инцидент совсем не вписывался в мои планы.
Я обессилено упала на подушки, простонав что-то нечленораздельное, на что Макс тихо рассмеялся.
- А, еще тебе всю ночь звонил какой-то Зейн. Мне пришлось выключить телефон, иначе...
Дальше я не слушала. Стоило только Максу произнести это имя, как сердце тут же ухнуло вниз, оставляя за собой горящие следы. Захотелось просто-напросто исчезнуть, раствориться прямо сейчас, лишь бы не вспоминать события вчерашнего дня и вечера. Ни поход в бар, ни ветер, бьющий в лицо, ни крышу многоэтажки, ни звезды, ни губы...
Губы...
Мягкие, нежные, горячие и такие обжигающие. И я никак не могла принять осознать то, что эти губы касались моих, а я даже не сопротивлялась.
Но потом сбежала, предварительно наговорив ему кучу всего.
Я просто не могла поверить в собственную глупость. И как вообще вышло, что я так разозлилась?
Тысяча вопросов и ни одного ответа. Прекрасно.
Было бы неплохо извиниться перед ним, но как я ему все объясню? Сомневаюсь, что он сразу поверит. Да и нет смыла говорить - об этом знают немногие.
Но теперь стало ясно, что историю с Зейном пора прекращать. И если вчера я думала, что ничего плохого не случится, то сегодня я точно решила, что все самое худшее еще впереди. Ему не нужны были проблемы, да и мне тоже.
Макс покинул мою комнату, тем самым позволив мне принять душ и переодеться. После этого я почувствовала себя немного лучше. Я спустилась вниз через полчаса, когда убрала волосы в слабый пучок и оделась с домашние штаны и футболку. Уже на лестнице я услышала несколько знакомых голосов, а когда вошла в кухню, то застала своих родителей, сидящих за столом вместе с седым мужчиной. Мне потребовалось несколько секунд, чтобы вспомнить его лицо.
- Мистер Гиббс, - кивнула я, стоя в дверном проеме.
Мужчина поднял на меня свои добрые глаза и улыбнулся. Он нравился мне. По крайней мере, это самый нормальный врач, которого я когда-либо встречала. Он всегда улыбался и был добр к своим пациентам. Со мной он разговаривал как с равной ему и не ставил себя выше, хотя мог бы.
- Мария, очень рад, что ты проснулась. Тебе уже лучше?
- Да, спасибо. Думаю, зря вы приехали, - я пожала плечами. - На самом деле ничего серьезного не случилось, я просто... переволновалась.
- Ты уверена? - обеспокоенно спросил мистер Гиббс. - Твоя мать сказала, что ты снова... у тебя был приступ.
- Ты кричала, милая, - подала голос мама.
И тут меня словно облили ледяной водой. Я будто снова ощутила руки Макса, сжимающие меня, не позволяющие разрушить себя и все, что находилось в радиусе двадцати метров.
- Но это вы кричали, - возразила я, подходя к столу. - Так громко, что у меня...
- Мы не кричали на тебя, мы пытались успокоить.
- Вы кричали, я помню!
- Мария, - мистер Гиббс подошел ко мне, положив руку на мое плечо, - не переживай так. Думаю, ты просто слишком остро все воспринимала. Тебе лишь показалось, что все кричат. В этом нет ничего страшного, мы ведь через это проходили, помнишь?
Такое не забудешь.
- Ты просто разозлилась и попыталась сдержать эту злость в себе, чтобы не навредить другим.
- Я разнесла всю комнату, - рассеянно добавила я.
- Ничего страшного в этом нет. Бывало и хуже, верно? И чтобы в этот раз мы не повторили прошлых ошибок, тебе придется...
Я не слушала дальше. Мистер Гиббс продолжал что-то говорить о курсе повторного лечения, о таблетках, лекарствах и прочей чепухе. А в моей голове всплывали кадры из недалекого прошлого.
Это было два года назад, я тогда еще в школе училась. Признаться, я всегда отличалась скверным характером. Элиас частенько шутил, что мне нужно провериться у психолога, потому что я часто ругалась с одноклассниками. Изабель же называла его придурком и говорила, что так шутить нельзя. Мы смеялись над этим какое-то время. А я все так же продолжала ввязываться в конфликты, но уже не только с одноклассниками. Я могла накричать на человека, который случайно задел меня на улице, постоянно срывалась на своих друзей, хамила учителям. Отец говорил, что это только переходный возраст, который скоро пройдет. Но с каждым днем меня было все проще разозлить. Кто-то даже считал это забавным, будто я собачка, которую дразнят косточкой, но не дают ее.
Наверное, шутки закончились в тот момент, когда я в раздевалке я толкнула Конни Беннет, а та ударилась головой об железную дверцу шкафчика и упала без сознания. Мы в то время все еще встречались с Элиасом, а она решила, что будет забавно говорить обо мне гадости, когда я нахожусь в десяти метрах от нее. С Конни ничего не случилось (чего не скажешь обо мне), она отделалась легким сотрясением. А меня на следующий день повели по врачам. Неделя общения с «психами» выявила, что я страдаю приступами неконтролируемой агрессии. Это был, наверное, самый глупый диагноз в мире, но он точно описывал мое состояние. Мне оставалось поблагодарить весь белый свет за то, что меня не упекли в психушку, ведь я, черт возьми, могу быть опасна для общества.
Конечно, мне назначили целый курс лечения, который я не соблюдала, рассчитывая на саму себя. Я тогда упорно считала, что смогу справиться с собой. Но когда Элиас, сидя в моей комнате, снова начал шутить со мной, я просто не выдержала. В тот день все было так же, как и сегодня. Я начала ругаться с ним, обвиняя во всех смертных грехах. Он понятия не имел, что происходит и повалил меня на пол, когда я начала бросаться в него вещами.
Тогда я тоже громко кричала, разрывая собственное горло в кровь.
Мне сказали, что это просто защитная реакция организма.
- Ты поняла меня?
Я тряхнула головой, глядя куда-то мимо мистера Гиббса, и кивнула. Он хмурился, всматриваясь в мое лицо, а я, сославшись на усталость, поспешила удалиться из кухни. Я забежала в комнату, захлопнув дверь и привалившись к ней спиной. На полу лежал мой телефон. Я села на мягкий ковер и взяла гаджет в руки, чтобы включить его. Несколько непрочитанных сообщений и непринятых звонков встретили меня на дисплее. Я зашла в контакты и, найдя нужный номер, тут же нажала на «вызов». Долго ждать не пришлось.
- Черт возьми, ты в порядке? - послышался обеспокоенный голос из динамика. - Я такой идиот. Я должен был пойти за тобой, но я... Черт, я кретин. На самом деле, я...
- На нужно встретиться. Срочно.
- Ты серьезно? Скажи, ты в порядке? Что вчера случилось?
- Через час в парке.
Я сбросила, так и не дождавшись его ответа. А в голове возник один единственный вопрос:
Что я ему скажу?