Глава 19.
Черные тараканы в черной-пречерной черепной коробке добросовестно грызли мой мозг. А в переводе на нормальный язык, меня мучили мрачные мысли, облаченные с подачи больной фантазии в весьма странные формы. Не знаю, сколько бы длился этот жуткий сон, но порция холодной воды, вылитая мне в физиономию, сработала лучше любого будильника. Резко распахнув глаза и похлопав мокрыми ресницами, я узрела перед собой черную чешуйчатую голову с раздвоенным языком и голубыми прищуренными глазами, один из которых и подбила. На чистых инстинктах и без применения магии. Просто засветила кулаком в мерцающее око, оказавшееся недопустимо близко от очнувшейся после кошмара меня. И тут же сдавленно пискнула «извините», оценив масштаб содеянного. Ну, или габариты побитой змеюки, которая тоже, видимо, на рефлексах, стиснула меня тугими кольцами, чтоб не размахивала руками, еще и подзатыльник хвостом дала.
Мира- За что?
Обиженно буркнула я, глядя на полоза… с подбитым глазом.
Полоз- За все хорош-ш-шее.
Прошипел змей, разглядывая меня здоровым. А на длинной лиане за его темной фигурой висели два орсиза, один из которых держал в лапках небольшое пустое ведерко, а второй бутылку с йадом, ту самую, в обнимку с которой я улетела в дупло. Воспоминание накатило внезапно и… споткнулось об отсутствие данных. Сосредоточенно поводив бровями и пошевелив пальцами рук, прижатых к бедрам змеиным телом, я спросила:
Мира- А что, собственно, случилось? Где я и… где друид?
Полоз- Съел.
То ли издеваясь, то ли наслаждаясь сытным завтраком, сообщил довольно ухмыляющийся змей.
Мира- Вкусно?
Спросила я в чисто исследовательских целях. Друидов животные раньше не жрали, скорее, на других охотились по приказу заклинателей. А тут наоборот. Сомнительно что‑то, ну да ладно.
Полоз- Не так вкус-с-сно, как маленькая с-с-сладкая ведьмочка с древней кровью.
Прошептали мне, лизнув раздвоенным языком ушко. А вот это уже ближе к правде. Случаи нападения на ведьм в истории нашего королевства значились.
Мира- Много есть - вредно для здоровья.
Заявила я, лихорадочно соображая, как вырваться из плена, из которого вырваться нельзя. Даже колдануть невозможно, когда связана по рукам и ногам. Остается одно - заговаривать зубы ползучему людоеду, надеясь, что он не настолько прожорливый, как хочет казаться. Хотя, судя по габаритам, может, и настолько.
Мира- Несварение будет…
Полоз- Это я уже с-с-слышал. Дальш-ш-е?
Мира- Гастрит, язва, изжога, в конце концов!
Полоз- И все?
Мира- Совесть замучает.
Не желала сдаваться я.
Мира- Нельзя есть юных ведьмочек в самом расцвете лет!
Полоз- Дейс-с-ствительно.
Протянул змей, задумчиво изучая меня одним глазом, ибо второй заметно припух.
Полоз- Но есть одна проблема…
Мира- Какая?
Полоз- Ты побывала в моей с-с-сокровищнице, а значит, по законам леса, не могу я тебя отпустить.
Тяжело вздохнул гад ползучий, но при этом ухмыляться не перестал.
Полоз- Что делать будем?
Спросил, вдоволь налюбовавшись на кусающую губы меня.
Полоз- Трапезничать али жАниться?
Издевается гад, как есть - издевается! И что сказать?
Мира- А как же конфетно-букетный период?
Спросила, невинно похлопав ресницами, и вновь пошевелила пальцами, надеясь хотя бы огонек щелчком выбить да шкурку наглеца ползучего подпалить, но не вышло. Страха я особого не испытывала. Словно все происходящее было фарсом, а не реальностью. Ну не верилось мне, что полоз сожрал друида и облизывается на меня. Хотя, может, и облизывается… только по другой причине. И почему мне кажется, что эта причина мне не понравится. Всё-таки я уже как четыре года замужем, хотя сам муж об этом и не знает!
Полоз- Это все, что тебя не устраивает?
Льдисто-голубой глаз с круглым, как у человека, зрачком чуть прищурился, а я неуверенно сказала:
Мира- Ну… и это тоже.
Полоз- А еще что?
Мира- Ну-у-у… межвидовые браки попахивают извращениями, нет?
Полоз- Ты против извращ-щ-щений?
Зашипел мне в ухо этот… извращенец! Вновь лизнув мочку с вставленной в нее сережкой. Во втором ухе украшений было целых три, но змей проявлял стойкое неравнодушие к этому.
Мира- Я морально не готова высиживать змееныш-ш-шей.
Отозвалась в тон ему, пытаясь уклониться от наглой ласки.
Мира- К тому же ты не сможешь на мне женится.
И не долго думая, я продемонстрировала свой брачный браслет. Полоз приблизил ко мне свою чёрную голову и стал внимательно изучать роспись узоров. Все в нашем мире знали, что брачный браслет - благословение богов и их одобрение. Никто не способен разрушить этот брак. В следующий момент тело мое затряслось. Точнее, затряслись огромные черные кольца, спеленавшие его, а из змеиной пасти начали вырываться характерные для смеха звуки. Этот поганец веселился! Вот же… И так мне обидно стало вдруг, что я рявкнула в его довольную морду:
Мира- Либо ешь уже, либо отпускай, а то не по-мужски как‑то над бедной девушкой издеваться. При свидетелях!
И выразительно посмотрела на прикинувшихся частью лианы орсизов.
Полоз- А без с-с-свидетелей можно?
Вкрадчиво поинтересовался «жених», вновь нацелившись на мое ушко.
Мира- Нет!
Уверено заявила я.
Полоз- Даже чуть-чуть…
Мира- Разве что самую малость, и чтоб у невесты не были связаны руки.
«Мило» улыбнулась ему.
Мира- Издеваться с гарантированной отдачей куда интересней.
Заверила я.
Полоз- Договорилис-с-сь.
Немного подумав, согласился змей и, выпустив меня из плена своих колец, предупредил:
Полоз- Сегодня я уже в глаз получил, так что держи с-с-свои руки при себе, невес-с-ста.
И угрожающе покачал кончиком хвоста перед самым моим носом. А на нем… (на хвосте, а не на носу!) красовался мой потерянный браслет с синими камушками.
Мира- Отдай!
Потребовала я, завороженно глядя на мамин подарок.
Полоз- Только после того, как наденеш-ш-шь на руку браслет дружбы.
Выдвинул свое условие хозяин норы. Большой такой, заставленной разными сундуками, корзинами и прочим хламом, который ютился на полу, на стеллажах… везде! И все это, по моим прикидкам, никак не могло влезть в пусть большой, но все же дуб. Тогда что? Пространственный карман необъятных размеров или… я пролетела сквозь очередной портал? Заметив мой интерес к интерьеру, змей сказал:
Полоз- Вечером придеш-ш-шь, покажу и другие покои.
Мира- Вечером?
Оживилась я.
Мира- То есть ты меня сейчас отпустишь, а потом…
Полоз- А потом ты, как и обещ-щ-щала милашкам-орсизам, вернешься и наваришь кактусовки. Ну а после поужинаем в рамках конфетно-букетного периода, которого тебе так недос-с-стает.
С иронией добавил «друг».
Мира- А если откажусь?
Прищурилась я, разминая затекшие руки.
Полоз- Что же ты за ведьма, коли слово с-с-сдержать неспособна?
Мира- Твоя правда.
Вздохнула я.
Мира- Приду.
Орсизы оживились и хлопнули друг друга по раскрытой ладони, празднуя победу. Потом помахали бутылкой, вновь предлагая мне йаду, но я решила самоубийство отложить на потом.
Полоз- Ес-с-сли придеш-ш-шь, как обещано, подарок подарю и снова отпущу. До очередного свидания.
Поигрывая моим браслетом на кончике хвоста, пообещал змей, и я согласно кивнула, надеясь выяснить про эту ползучую заразу как можно больше, прежде чем нанести ему новый визит. Врага надо знать в лицо… тьфу ты, друга!
Мира- На ужин, надеюсь, не друид будет?
Уточнила на всякий случай.
Полоз- Нет.
Ответил змей, обнажив в улыбке свои острые клыки.
Полоз- И даже не ведьмочки. Всего‑то свиные отбивные и зеленый салат. Любиш-ш-шь?
Мира- Попробую.
Решила я, пытаясь представить огромную змеюку у плиты с колотушкой в зубах. Выходило плохо. Вывод: либо новоявленный дружок у меня двуипостасный, либо орсизы у него на хозяйстве.
Полоз- А не придеш-ш-шь, выдерну порталом и обратно уже не выпущу.
Ненавязчиво так добавил собеседник, после чего потребовал мою правую руку и, как только я попыталась ее спрятать за спину, мазнул по пальцам хвостом. В тот же миг кожу кисти обожгло. Вскрикнув, я подняла руку и уставилась на бледно-голубой рисунок, подобно кольцу обогнувший мою кисть.
Полоз- Потом станет настоящ-щ-щим.
Просветил друг.
Полоз- А если передумаем, то ис-с-счезнет, как не бывало.
Мира- О! Значит, есть шанс передумать?
Воодушевилась я, на что змей как‑то странно улыбнулся, а потом прошипел какое‑то незнакомое заклинание, и меня снова накрыла тьма.