Мороз по коже

*Повествование от лица Арсения*

Сейчас я крепко держу его за руку. Не могу. Не могу потерять его.

Я молчал. И он молчал. Смотрели друг на друга и не решались дёрнуться.

— Арс, слушай... — подал голос он.

Я решил, что лучшим способом спасти положение и наши потенциальные отношения будет прилив страсти. Я поцеловал его, — замолчи-и — прорычал я, не отрываясь от поцелуя.

На секунду меня оттолкнули в живот. Он смотрел на меня огромными от неожиданности глазами, а я не удержал в себе горечь от разорванного поцелуя, от того, как я чувствовал, что все пошло не по моему плану, пялился на Антона, как на предателя.

— Ты не этого хотел? — поинтересовался я.

— Этого. — твёрдо ответил он. — Но ты уверен, что делаешь это по своему искреннему желанию?

— А из каких побуждений я могу это делать? — искренне не осознавая происходящее, я вперил в Антона удивленный взгляд.

— Из жалости... — он явно стушевался, не зная, стоит ли продолжать, но рискнул, — или поиграться!

Ножом в самое сердце. Я отпустил его руку, я чувствовал, как улыбка потихоньку сползала, будто смазывалась, с моего лица, а заводные искорки, я знал, в глазах потухли. «Он правда такого мнения обо мне...» — подумал я, но надежда не угасла, и я задал вопрос.

— Ты... Думаешь, что я, — на секунду замолчал, вглядываясь в зеленые глаза, будто ждал, что он остановит мой вопрос, но ждал я зря. — думаешь, я способен на подобное?

— Ты хороший актер, Арс. — второй снаряд в сердце угодил гораздо глубже.

Антон вышел и закрыл за собой дверь с грохотом, а Арсению показалось, будто это звук выстрел орудия, чья пуля только что пробила третью смертельную рану в его сердце.

Такой сценарий мог бы быть, если бы Антон совсем не любил Арса и не верил в его идеальность. Меняй!≪

*Повествование от лица Антона*

— Из жалости... — я стушевался, но решил замолчать, чтобы дать Арсу возможность остановить мой словесный поток.

— Дурак... Антон, какой ты дурак! — он резко притянул меня к себе за запястье и обнял.

Так крепко, что я ждал хруста собственных костей, но мне не было больно, по моему телу разливалось приятное тепло. Вау, неужели так выглядит взаимная любовь? Симпатия? Что это? Я знал, что Арсений не способен на такую подлость, как игра с чувствами.

— Я бы хотел больше никогда в жизни не выпускать тебя за границы кольца моих рук, но мне жутко хочется спать. — сказал брюнет куда-то в область моей шеи, призывая армию мурашек.

— Да, конечно... Я тогда пойду. — промямлил я, сделав неуверенный шаг назад. Все мое тело ныло от одиночества, когда я перестал чувствовать тепло Арса.

— Куда собрался? Маленький еще под утро шляться по городу! — скомандовал мужчина, явно изображая из себя альфа-самца.

— Мне 26! — возмутился я.

— А мне 41, я лучше знаю, — Арсений вдруг вздрогнул. — как подумаю про нашу разницу, аж страшно, и чего тебя вдруг к старикам потянуло?

— А тебя к малолеткам? — гордо сказал я.

— Ну хотя бы признал... — выдохнул Арс.

— Опа, подошел, падла! — выкрикнул я, на ходу понимая, что Арс не поймет шутки.

Попов согнулся в коленях и резким движением ладони зачесал волосы назад.

— Не забывайте, Вы — принцесса! — спародировал он Матвиенко.

— Какая уже принцесса? Все, война. Я не принцесса. Подошел! — подыграл я с удивленными глазами и побежал за Арсением в комнату.

Цитирование наших выступлений было неотъемлемой частью жизни в команде, когда мы вспоминали диалоги, меня окутывала приятная атмосфера и тягучая ностальгия. Будь я немного сентиментальнее, я бы точно расплакался.

— Не знал, что ты помнишь этот диалог.

— Я помню почти все твои диалоги, Тош. Между прочим, на этом еще и жутко ревновал. — наигранно сложил он руки на груди. — Так! Есть гостевая спальная комната, а есть моя. Выбирай, где будешь спать.

— С тобой! — резко ответил я, представляя, как мы будем спать в одной комнате, как я буду видеть лицо Арса перед сном и засыпать под его сладкое сопение...

***

«В ОДНОЙ КОМНАТЕ, А НЕ В ОДНОЙ КРОВАТИ.»

Но делать было нечего, счастливый Арсений уже кинул второе одеяло на свое ложе.

— Пиздец... — тихо подвел я.

— Что-то не так, Тош? — спросил мужчина, посмотрев на меня, в его глазах танцевали опасные огоньки.

— Все хорошо, все коллеги ведь спят в одной кровати, да? — с опаской я посмотрел на Арсения.

— Зависит от обстоятельств, — издевался он. — ложись уже, принцесса.

«Я тебе еще покажу, кто из нас принцесса.»

Легли мы буквально спустя 15 минут. Что странно, мне было очень комфортно в чужом доме, в чужой квартире, в чужой постели с чужим мужчиной. Ну ладно, может и не совсем чужим, но все же.

Мои мысли прервала грубая сила, притянувшая меня за ребра к груди Арсения. Его дыхание прошло морозом по коже. Кажется, теперь это мое любимое чувство и мурашки будут забегать на меня часто.

Так мы и уснули, мне было очень тепло рядом с брюнетом, его присутствие грело лучше любого одеяла. Я даже почувствовал себя немного, как это правильно сказать... слабым? нет, защищенным в руках Арсения.

***

Утро у нас началось поздно — примерно в час дня. Я обожаю спать до обеда, но Арсений, как мне казалось, должен быть ранней пташкой, ведь истории со своими пробежками и правильным завтраком он выкладывал ну уж очень рано. Это утро было исключением. Я бы, честно, не смог так жить.

Мои утренние мысли прервала притянувшая к теплому телу рука. Видимо, теперь и засыпать, и просыпаться, я буду так.

— Не понял, — сказал я сонным голосом. — я надеялся на позицию актива.

Бархатистый смех разлил море мурашек на спине.

— А я не уступлю, — зевая ответил Арс. — актив не по росту выбирается, дорогой.

— Я буду бунтовать!

— Не будешь. — твердо сказал мужчина, и в следующую секунду я лежал под ним.

Он вдавил мои запястья в постель и навис над моим лицом.

— Я сильнее и будет все так, как я сказал. — Арсений прорычал это мне на ухо.

Чтобы сильно не палить свое смущение, я решил пошутить.

— Если не по росту, то значит по возрасту... Хм, — наигранно громко я хмыкнул и выпалил, — тогда может мне еще называть тебя папочкой?

Тишина прорезала воздух в комнате.

— Да. — тихо, но уверенно раздалось сверху.

— Ну уж нет! — мой голос дрогнул, но я твердо решил занять позицию сверху.

Я обхватил ногами талию Арсения и резко перевернул на его спальное место. Теперь я сидел на его тазе, теперь я крепко держал его руки.

— Это служба спасения? — я чувствовал себя победителем и поэтому допустил одну непростительную ошибку — я убрал руки, уперев одну в бок, а другую приложил к уху, как импровизированную трубку. — Спасите-ка Арс-

Я не успел договорить, сильные руки «потерпевшего» схватили меня за бедра и также резко, будто мстили, перевернули меня в изначальную, пассивную позицию.

— Спас, — ухмыльнулся он, — теперь не сбежишь. — и он был прав, потому что теперь мои ноги были между его колен.

— Все, Арс, пошутили и хватит. Слезь с меня! — я причитал словно маленький ребенок, обиженный на закончившиеся мультики. Он молчал. Его глаза блестели пугающим огнем, а сам он глубоко дышал. Вдруг он резко дернулся в мою сторону.

— Не... Так... — он процедил эти слова мне в шею, я глубоко втянул воздух через нос, а на выдохе чуть ли не простонал...

— Папочка... — уши и лицо горели, грудь вздымалась вверх, сдерживая сердце, которое грозилось либо выпрыгнуть, либо остановиться.

Возбуждение накатывало волной, и я видел, что не только на меня. — пусти меня, пожалуйста.

— Так лучше. — подытожил Арсений и перевернулся на свой край кровати. — Кто теперь актив, дорогой?

— Ты... — я открыл рот, чтобы добавить кое-что, но решил, что этой самодовольной роже хватит и одного моего принятия нынешнего положения.

Но так решил только я, а не он.

Он подошел ко мне и сел на край кровати, — не слышу...? — нахмурившись, спросил мужчина.

— Ты, папочка. — протараторил я, а в голове: «Я начинаю к этому привыкать.»

— Отлично, — он мимолетно поцеловал меня и оставил одного с ноющим от резко накатившего, голодного одиночества сердцем. — Я начинаю к этому привыкать. — Арсений бросил это мне уже у дверей.

«Мы действительно будто одно целое.»

— Ты куда?

— Завтрак готовить, приходи через минут 20.

— Ага, кстати, доброе утро, папочка!

— Доброе утро! — Арсений рассмеялся во весь голос.

Дверь захлопнулась.