4 часть.
- Ты чего, луну поймала?
Голос - громкий, с хрипотцой. Лиса обернулась, не спеша.
На пороге стояла девушка. Короткая стрижка, цепкие глаза, растянутый свитер и треники с пузырями на коленях. В руке кружка с отколотым краем.
- Я Рита, - девушка вошла без стука, уселась на чужую кровать, поджав ногу под себя. - А ты, значит, Лиса Романова. Комендантша уже доложила: «Ленинградка, сирота, глаз не спускать».
Лиса не двинулась с места. Стояла у окна, скрестив руки на груди, и смотрела на новую соседку.
- «Глаз не спускать» не стоит, - сказала она ровно. - Я не кусаюсь.
Рита хмыкнула, отхлебнула из кружки.
- А если тронуть?
- Попробуй.
Повисла пауза. Рита прищурилась, оценивая. Лиса выдержала взгляд, не отвела первая. Она никогда не отводила первой.
- Лады, - Рита хлопнула ладонью по коленке. - С характером, это хорошо. А то Зойка моя вон - шёлк, а я одна за двоих отбиваюсь.
- От кого отбиваешься? - поинтересовалась Лиса.
- От жизни, - Рита усмехнулась. - Ты на какой кровати? Моя вон та, у двери. Зойкина - средняя. Твоя - у окна.
Лиса скользнула взглядом по комнате. Маленькая, тесная, с облезлыми обоями и шкафом без ручки.
- Подойдёт, - бросила она и отошла от окна.
Разбирать чемодан она начала не спеша. Сначала паспорт - на тумбочку. Потом расчёску, зеркальце, пару резинок. Всё скромно, без блеска. Как надо.
- Сигареты есть? - спросила Рита.
- Есть, - Лиса вытащила пачку из кармана куртки, кинула на кровать к Рите. - Угощайся.
- Безвозмездно? - удивилась та.
- А ты попросила.
Рита рассмеялась. Достала одну, прикурила от зажигалки, которая у неё оказалась в кармане треников. Затянулась с наслаждением.
- Люблю ленинградок. Деловые.
- Я не ленинградка, - поправила Лиса, складывая джинсы в шкаф. - Я из Ленинграда. Но это не одно и то же.
Рита не поняла, но спорить не стала.
Дверь скрипнула снова.
Вошла вторая девушка. Высокая, худая, с русыми волосами, собранными в хвост. Платье в цветочек, в руках книга.
- Привет, - сказала она тихо. - Я Зоя.
Лиса кивнула, продолжая разбирать вещи. Не обернулась даже. Не потому, что грубила - просто не видела смысла бросать дела ради представлений.
- Приятно познакомиться, - добавила Зоя, садясь на свою кровать.
- Взаимно, - бросила Лиса, задвигая чемодан под кровать. - Ты на кого учишься?
- На швею, - Зоя положила книгу на колени. - А ты?
- Бухгалтер.
- Ого, - удивилась Зоя. - Сложно, наверное?
- Нормально, - Лиса выпрямилась и повернулась к ней. - Цифры не кусаются. В отличие от некоторых.
Она метнула взгляд на Риту. Та показала язык, но беззлобно.
Зоя улыбнулась.
- А Рита у нас на повара, - сказала она. - Борщи обещала варить.
- Обещала, - подтвердила Рита. - Но не говорила, что съедобные.
- Съедобные, - заверила Зоя Лису. - Я пробовала.
Лиса села на свою кровать, скрестила ноги. Смотрела на соседок без стеснения, без желания понравиться. Просто изучала.
- Ну что, - сказала она. - Давайте сразу договоримся.
Рита и Зоя переглянулись.
- Я не лезу в чужие дела. Вы не лезете в мои. Мои вещи - мои. Ваши - ваши. Общие - делим пополам или на троих. Еду не ворую, сигареты не тырю, парней на ночь не вожу. Всё.
Рита присвистнула.
- Конституцию прямо написала.
- Чтобы без обид, - пояснила Лиса. - Доверие - когда слова не расходятся с делами.
Зоя кивнула медленно, обдумывая.
- Справедливо, - сказала она.
Рита пожала плечами.
- Нормально. Можем и так.
- Тогда - чай? - Лиса поднялась. - У меня есть заварка. Из Ленинграда.
- Из самого Ленинграда? - хохотнула Рита. - Ну тогда точно надо пить.
Лиса вытащила из чемодана аккуратную жестяную коробку. Поставила на общий стол. Рита принесла кружки.
- Кипяток в коридоре. Я схожу, - Зоя поднялась, взяла кружки.
Остались вдвоём с Ритой.
Та пристально посмотрела на Лису.
- Ты с кем-то из пацанов знакома? - спросила она в лоб.
- Нет, - Лиса не дрогнула. - А что?
- Да видела, как ты в окно уставилась, когда они во дворе шумели. Прям прикипела.
- Просто смотрела.
- Ага, - Рита поджала губы. - Тот, высокий - Турбо. Ты его не знаешь, и он тебя. Но он нормальный парень. Для пацана.
- Почему «для пацана»?
- Потому что все они бывают придурками, - Рита пожала плечами.
Через пять минут они сидели втроём, пили чай с печеньем и молчали. Не напряжённо. Обычно.
- Слушай, Лиса, - Зоя повернулась к ней, - а почему Лиса? Необычное имя.
- Мама назвала. Говорила, что хитрая с рождения.
- Правда? - Рита усмехнулась. - А я думала, ты какая-то блатная с таким погонялом. У нас тут пацаны клички носят. А у тебя - как у них.
- Просто имя.
- А где твои родители? - спросила Зоя.
- Их нет, - Лиса ответила без драмы. - Мама умерла. Отец тоже. Я одна.
Рита притихла. Зоя опустила глаза.
- Извини, - сказала она.
- Не за что извиняться, - Лиса пожала плечами. - Жизнь такая.
- Знаешь, - Рита поставила кружку. - Ты нормальная. Я думала, приедет какая-то плакса из Ленинграда, в кульки слюнявые сморкаться будет. А ты - кремень.
- Не кремень, - Лиса улыбнулась краешком губ. - Просто не жалуюсь. Жалобы не помогают.
Рита одобрительно кивнула.
- А мы с Зойкой тоже не жалуемся. Так что уживёмся.
- Уживёмся, - повторила Лиса.
Она допила чай, поставила кружку.
Встала, подошла к окну. За стеклом сгущалась тьма. Где-то внизу всё ещё орали пацаны.
- Лиса, - позвала Зоя.
- М?
- А ты как сюда попала? Из Ленинграда в Казань. Далеко же.
- На поезде, - ответила Лиса. - Четырнадцать часов. В плацкарте.
- Фу, - сморщилась Рита. - Ненавижу плацкарт.
- Я тоже, - Лиса усмехнулась. - Но деньги были только на плацкарт. А учиться хочется.
Зоя тихо вздохнула.
- Ты сильная, - сказала она.
Лиса наконец обернулась.
- Потому что выживать надо. А не ныть.
Рита хлопнула ладонью по столу.
- Всё, я тебя приняла. Лиса - наша. Своя.
- Я и не сомневалась, - спокойно ответила Лиса.
- Ну, - Рита подняла кружку. - За нас, что ли.
- За нас, - подхватила Зоя.
Лиса подняла свою.
- За нас, - сказала она.
Три кружки звякнули.
Лиса отпила, поставила на стол. Посмотрела на дешёвый тюль, на облезлую стену, на этих двух странных девчонок.
Казань.
Общага.
Новая жизнь.
Она справится.
Она всегда справлялась.