глава 20
Небольшой парк с клумбами, которые так и сияли разнообразием цвета, ровные ряды вековых деревьев. Аккуратных размеров фонтан прямо посередине и различные скамейки. Деревянные сидения прогрелись лучами редкого солнышка, и сидеть вот так удобно и отчасти приятно. Энджевик не понимал, почему его потянуло в это место...
Ранее он не замечал в себе сентиментальных чувств к городским паркам. Они проходили мимо и в какой-то миг оказались прямо здесь. В вечернее время городские скверы и сады заполнены парочками, однако здесь они не встретили практически никого за последние полчаса. Всего несколько человек неспешно прогуливались. И, бог свидетель, какой это было удачей. К тому же, в пустом парке уж точно не встретить никого из знакомых.
В то время, как омега вертел головой, его спутник вовсю наслаждался единственным прекрасным видом. Пшеничные волосы молодого графа, ранее заплетённые по бокам в косы и собранные в низкий хвост, порядком растрепало. И теперь выглядел он необычно, свежо. Тонкие пряди у висков добавляли игривости и дерзости прекрасному лицу. В голове Стоуна кружилось от осознания, что это превосходное существо его: омега, муж, любимый.
– Невероятно прекрасен… – комплименты от капитана всегда были обезоруживающими, а с этим голосом и вовсе с ног сбивали.
Внимание альфы заставило оторвать себя от созерцания природы. И уже в следующий миг Энджевик полным обожания взглядом созерцал его. В голове кружилось так много слов и фраз, что он почти открыл рот, дабы ответить, но Кристофер опередил.
– Что ты со мной делаешь, Викки? Будто становлюсь глупым юнцом, - добавил и поднес ладонь мужа к губам Стоун, запечатлев лёгкий поцелуй.
– Мы просто сидим в этом милом месте, я ничего не сделал, - повел плечом молодой человек.
– Одного взгляда хватило, чтобы понять, что снова влюбляюсь. Разве такое возможно? Эти волосы, они пленят коснуться, расплести, выпустить на свободу…
– Боже правый! Что за желания, альфа?! - кинул в ответ Энджи. - С распущенными волосами ходят только легкодоступные омеги, да будет вам известно. Как думаете, за кого меня примут, выйди мы из парка вот такими?
Они сидели прямо, но в тот самый миг, когда Стоун прихватил одну из прядей, омега придвинулся ближе.
— Плевать, что они подумают. Прекрасно знаете, разорву глотку любому, кто посмеет рот открыть или же порицать.
— О-о, и снова попадете в Тауэр, - чопорно прицокнул Энджи. — Никаких волос на публике, можно и потерпеть до более приватной обстановки.
Несмотря на сторонние ароматы дерева, травы и даже посетителей парка, нос омеги уловил густой феромон любимого. Кажется, против этого человека ни одна инъекция мира не сработает. Внизу начинало приятно ныть, а в голове все перемешалось. Нужно как можно скорее что-либо придумать. Занять как самого себя, так и отвлечь мужа, который не сбавил напора. Уже целовал хрупкое запястье.
— Как вы думаете, что, если мы посетим Шервудов? Проведём ночь, вы отправитесь в наше поместье, а я останусь. Найджи вот-вот родит, без дружеского плеча ему будет сложно.
— Хорошая идея, - воспрянул духом альфа. — Вот только одна поправочка, - я тоже останусь, мой дорогой друг Бенджамин нуждается в поддержке не меньше. К тому же, хочется взять малыша на руки одним из первых.
— Понимаю ваше рвение, но ваш отец – он совсем один в поместье, разве это приятное гостеприимство с нашей стороны?
— Мистер Стоун самодостаточный мужчина средних лет, справится. Нечего его опекать, как ребёнка, к тому же, он не один, там Остин и целый штат слуг.
Улыбнувшись, Кристофер поднялся, подал руку мужу и повел его прочь. На входе в парк стояли экипажи, можно нанять, и тебя доставят в любую точку города.
Усадив мужа, капитан заплатил извозчику и назвал адрес, по вечернему городу добираться пришлось не слишком быстро. Все-таки, в такой час многие куда-то да спешили. К тому же, это у них за городом к вечеру все затихает, здесь же, наоборот, все только начинается.
Пожилой мужчина-дворецкий отворил дверь и пригласил их войти. Кристофер только сейчас обратил внимание, что муж слегка дерганный, точно о чем-то волнуется или тревожится. Но в последнее время ничего не происходило, с чего бы? Отложив свои мысли в долгий ящик, он взял его под руку и отправился вслед за дворецким в гостиную.
Найджел сидел в удобном кресле в мягком халате и ворохе каких-то покрывал с рубашкой мужа в руках. Судья Шервуд занимал место за письменным столом здесь же.
— Добрый вечер, - нарушил тишину Кристофер и хозяева тут же устремили взгляд на бесшумно вошедших.
— О-о, господь всемогущий, мой Энджи, наконец-то ты здесь! - всплеснул руками беременный омега и выровнялся на своем импровизированном ложе.
Темноволосый беременный омега, пухлый щеками, выглядел устало. Соскучившийся Энджи быстренько пересёк комнату и прильнул в мягких объятиях. Милейшая картина, но Стоун тоже соскучился по своему другу. Не сговариваясь, альфы направились друг к другу, скрепив рукопожатием ладони. И, нужно заметить, Бенджамин выглядит ни капли не лучше. По всему видно, что беременный муженёк мучает его знатно день за днём.
– Наконец-то, - глядя во все глаза, поприветствовал его судья. – Мы можем поговорить, потому что те краткие записки ничто в сравнении с живых общением. - В ответ ему Кристофер согласно кивнул.
Серый цвет лица, круги под глазами, взъерошенные без прически волосы и расстёгнутая рубашка. Небрежный вид на самом деле его не портил. Стоуна больше удивило, что тот как на привязи находится рядом с беременным мужем. Похоже, что Найджел на последнем сроке совершенно измучил супруга. И да, все, кто знал Найджела Шервуда, могли понимать, насколько капризен и требователен в принципе этот человек. А теперь, в положении, его заскоки обрели вдвойне сложные комбинации.
На заднем фоне Энджевик уже подсел к Найджелу ближе и держал того за руки. Омеги беседовали, но Крис не стал вслушиваться, он взялся действовать.
— Идём в кабинет, выпьем, тебе это сейчас необходимо, - как можно тише предложил Стоун.
— Мм, было бы прекрасно, - закивал Шервуд-старший. - Любимый муж, я могу отлучиться выкурить сигару с другом?
— Охотно верю в сказанные вами слова, но, конечно же, вы свободны, господин, не вам в муках корчиться, когда наследник решит появиться на свет, - взмахнул рукой Найджел, но его слова-провокации и взгляд выдали истинный настрой: – Секунду... Не напиваться! - палец взлетел вверх.
— Приберегите мои истерзанные нервы, я и так испытал достаточно стресса.
Сказав все, он так же быстро, как говорил, переключил всё свое внимание на друга и улыбнулся. Будто бы не он секунду назад явно угрожал своему же мужу. Стоун выдохнул, но подтолкнул Шервуда выйти первым. Вот уже второй раз он видит Найджела, и, кажется, тот совсем мозгами закипел под конец беременности. Хотя, если бы на месте этого человека был его любимый, Стоун так же, как и Бенджи, стерпел бы все.
По коридору к кабинету они шли молча, нет смысла сейчас заводить какое-либо подобие разговора. Да и Кристофер кожей чувствовал усталость друга, посему не стал давить. Теперь, когда омегу на сносях есть, кому слушать, Бенджамину просто необходим глоток свежего воздуха, провести время хоть с кем-то, кроме мужа, удручённое состояние видно невооруженным взглядом. Капитан приоткрыл дверь и пропустил молодого мужчину первым, сам же зашёл после и прикрыл дверь. С понурым взглядом и поникшими плечами Бенджамин практически упал в кресло и прикрыл глаза ладонью.
— Это точно испытание какое-то, - глухо начал он. — Каждый божий день Найджел канючит, психует, мучает меня... Знаешь, силы мои на исходе, Кристофер. Как хорошо, что вы приехали, я думал, свихнусь.
— Бенджи, я рядом, поможем, чем сможем, не падай духом, - поддержал Стоун словом. – Он на днях родит, потом восстановишься ещё, куда важнее твой собственный комочек.
Отвлекая друга разговором, тем временем Стоун все же взял два бокала и плеснул немного виски обоим. Конечно, Шервуд отрицательно покачал головой. А вот самому Кристоферу захотелось пропустить пару глотков. Волнение накатило, жалость за положение друга переборола лишь странная нить. Отчего-то Стоуну показалось, что Найджел родит сегодня, и они с Энджевиком станут тому свидетелями.
Неспешно поглощая алкогольный напиток, он принялся рассказывать о приезде
собственного родителя. У них не было времени поговорить об этом ранее, а сейчас самое то. Кажется, вступая в разговор и осев, наконец, в кресле, Бенджамин как-то переменился и поддержал разговор.
В то время как пара друзей-альф скрылись в кабинете, в той гостиной уже не было тихо.
Потихоньку ступая, Энджевик полунес на себе Найджи, которого скручивало схватками раз за разом. Ступеньки наверх не были крутыми, но физические данные самого Энджи явно не дотягивали до того, чтобы помогать.
Минуту назад Найджел почувствовал, как ребёнок начал активничать, а низ живота скрутило судорогой. И ведь нужно было позвать супруга, тот с лёгкостью бы его доставил, но Найджи запретил оповещать мужа. Добравшись до покоев благополучно, они пошли внутрь.
Врач и две помощницы все приготовили, и теперь дело за малым. Омегу на сносях нужно раздеть и положить в полусидячую позу на низком, но широком диванчике. Его доставили по совету доктора, на такой твердой поверхности устойчиво закрепляют рожениц ремнями из кожи. Рядом стояла небольшая ширма, видимо, она нужна тоже. Но все вместе Энджевик увидел уже после, когда Найджела уложили и все сделали.
Первый вскрик омеги сильно испугал всех присутствующих. Каждый кинулся ближе. Только Энджевик и слуга так и остались стоять в дверях. В следующий миг Найджел снова застонал и, скривив гримасу, сильно дёрнулся. Теперь Энджи, не задумываясь, рванул ближе и обнял дрожащего от схваток и потугов друга.
Рядом стоящий доктор вовсю объяснял, как дышать, малыш просился наружу, живот ходил ходуном.
– Очень больно? – протер лоб друга мягкой тряпицей Энджи.
– Нет, просто давит все вниз, и ноги дрожат, - часто выдыхая, ответил Шервуд-младший. – Не бросай меня, - рука рожавшего стиснула тонкую ткань рубашки мужа.
Схватки сыпались одна за другой. Найджел напрягался раз за разом, и Энджевик был уверен, что совсем скоро малыш появится на свет, но нет. Минуты сменялись часами, Найджел уже был измотан, а рубашка Бенджамина выглядела измятой тряпкой.
– Я больше не могу... - заплакал темноволосый.
– Нет, ты справишься, доктор говорит, что ты сильный. Малыш затих, он совсем скоро пройдет в этот мир, - уговаривал друга, улыбаясь, Энджи, а руки, которыми он держал его ладонь, трясло нещадно.
На самом деле, позитивный настрой сбился уже давно. Воочию видеть чужие мучения в родах было тем ещё испытанием. За окном уже стемнело, и только тогда схватки сменили мощные потуги.
Темноту ночи разбавляло только лишь сияние свечей. Множество огоньков сияли как ясный день. Слуги заранее расставили их, и теперь Энджи был им благодарен. Омрачало лишь одно – самочувствие дорогого друга ухудшалось на глазах. Кажется, совсем недавно он держался, а теперь жизнь как будто собралась утекать из него.
Но нет. Энджевик Стоун решительно взял на себя эту миссию и знал – они справятся, Найджел будет жив и здоров.
Его любимый друг вымотан, это видно невооружённым взглядом. Явление маленького Шервуда продолжалось долго. Они потеряли счёт времени, и если вначале Найджел держался, то сейчас уже был на грани. Мокрый, измученный, он тяжело дышал, врач и две женщины в летах, помощницы, суетливо кружили около низа омеги.
– Давайте ещё раз, - натянул улыбку старый мужчина. – Совсем скоро набежит схватка, и мы попробуем, но вы должны помочь нам, господин Стоун. Прижимайте плечи омеги к кровати как можно сильнее. Если в этот раз не получится, то придётся делать операцию, а слабый фон омежий может быть поврежден.
Найджел взмахнул рукой и отвернулся, на красивые большие глаза набежали слёзы. Смотреть на друга в таком состоянии было очень грустно, но Энджи решительно кивнул на слова врача и занял позицию. Когда тело Шервуда вновь взяло спазмами, блондин прижал его плечи. Женщины стояли по бокам и помогали с животом, врач же нагнулся вниз.
– Помоги, Господи, он должен явиться на свет, - прошептал Энджевик, уговаривая сам себя.
Измученный омега под его руками на миг закрыл глаза и застонал очень громко. Невероятное зрелище, а после они все услышали громкий плач младенца и возглас врача:
– Добро пожаловать в этот мир, господин Шервуд!
Взор всех присутствующих обратился к маленькому комочку. Женщины быстро действовали, они убирали место и приводили в порядок тело омеги. Сам специалист занимался ребенком на столике неподалёку. А вот Энджевик действовал по инструкции, он приподнял и напоил друга, а после помог ему немного приподняться, подсунул под его спину подушку.
В следующий миг врач уже принес свёрток, в котором кряхтел и гулил малыш. Морщинистые руки передали комочек омеге-папе, и тот развязал ворот ночных одеяний, приложил сына к груди. Маленький холмик тут же был атакован. Найджел Шервуд даже охнул, улыбаясь потрескавшимися губами. Кормление шло вполне себе неплохо. Врач стоял рядом, записывал и объяснял все Найджелу, но тот, кажется, и не слушал, он так бережно и крепко держал ребенка, что и не скажешь, что какие-то минуты назад терял сознание. Слуга, которому была передана записка, бежал вниз. Тут в одной из гостиных ожидали двое альф. Паренёк вбежал, и его тут же спросили.
– Как он? - взволнованно заговорил Бенджамин.
– Наш любимый младший хозяин родил вам альфу, крепкий малыш со светлыми волосами. Врач сказал, что вы можете прийти познакомиться с сыном, как только окончится кормление. Маленького нельзя отпугнуть, а ваш феромон подействует, вы ещё совсем не знакомы.
– Идем, - скомандовал Кристофер и, поддерживая друга за руку, повел его к лестнице наверх. – На тебе лица нет, это твой ребенок, ты должен быть рядом, и никакой феромон не отпугнёт. Не слушай этот бред, Бенджи.
Они тихо постучали в покои, и им открыла женщина, пригласила войти. Найджел действительно кормил младенца, в комнате пахло свежестью и лекарственными травами. Подле родившего примостился и Энджевик, и он сразу обернулся к пришедшим.
Теперь уже Бенджамин не нуждался в поддержке, он подбежал к супругу и, не сдержав слез, расцеловал его лицо. Это выглядело настолько трогательно и прекрасно, что Энджи решил оставить новоявленных родителей наедине. Им есть, что сказать друг другу прямо сейчас, да и Кристофера стоило увести.
Его муж смотрел на Найджела и ребенка так, будто увидел какое-то божье знамение. Ко всему хорошему, густой и пленительный феромон распространялся от его мужа, к чужому омеге и ребенку. Бессмысленно и неправильно, ведь феромон Бенджамина уже успокоил этих двоих. К чему это никому не нужное расточительство?..
Взбеленившийся молодой граф хотел попробовать мирным путём убрать мужа.
– Мой альфа, мы должны покинуть это место. Малыш не стабилен к запахам, он альфа.
Руки упирались в крепкую грудь мужа, но тот смотрел так, будто не слышит обращения к себе.
– Кристофер! – шикнул, уже порядком разозлившись, Энджевик.
– Давай немного посмотрим, - не обращая внимания на мужа, Стоун смотрел, как друг принимает свёрток в свои руки.
Поистине волшебное зрелище, вот только в этот же самый миг ещё одного омегу сильно обидела эта реакция. В этот миг, его собственный альфа смотрел во все глаза на чужого ребенка. Он отказывался даже покинуть комнату и оставить Шервудов наедине. Насколько же сильно его желание иметь ребенка, что он жаждет взять в руки чужого?
– Если вы сейчас же не выйдете отсюда, я уйду один и вернусь в поместье тоже один, вы хоть понимаете, в какое положение меня ставите своим поведением? - гневный шепот Энджевика наконец-то отвлёк Стоуна, тот тут же взглядом нашел сердитое личико любимого.
Ни слова не говоря, он позволил увлечь себя. Они шли по широкому коридору вниз раздельно, сразу, как только дверь покоев была закрыта, омега бросил его руку и засеменил впереди. И Стоун, конечно, видел что любимый слишком зол, но смысла его останавливать и объяснять что-либо не было. Как и оправдание, никакое из них сейчас не сработает. Кристофер и сам до конца не понимал, почему завис, почему дал выход феромонам. Ребёнок, маленький и прекрасный, манил к себе, показать свое присутствие захотелось на инстинктах. Но сейчас рассказать своему омеге о том, что почувствовал себя почти отцом – глупый поступок. Кристофер выбрал тишину и последовал вслед за любимым, выглядящим, как грозовая туча.