66
— Он на кухне с Линой. Интересуется, можно ли к тебе. Я просто сказала ему, что ты очень нервничаешь перед встречей.
— Он сейчас сюда придет?
Юля пожимает плечами.
— Только если ты этого захочешь.
— Я хочу, но боюсь.
Слезы начинают литься по щекам, и подруга подходит ко мне.
— Он тоже нервничает, — тихо шепчет она.
Дверь снова открывается, но я не поворачиваюсь. Я боюсь. Нереально боюсь.
Гаврилина отпускает меня и отходит назад.
— Ладно, я пойду. Не буду вам мешать.
Не нужно быть экстрасенсом, чтобы узнать, кто только что зашел в комнату.
Собрав в себе все силы и смелость, поворачиваюсь к брату. Паша внимательно смотрит мне в глаза, отчего мое сердце стучит как сумасшедшее. Затем, брат переводит взгляд на мой живот, и все краски сходят с его лица. Без лишних слов, он подходит ко мне и крепко обнимает, уткнувшись лицом мне в плечо. Мои глаза отказываются не плакать.
Как же мне сейчас хорошо и спокойно. Чувствуется тепло родного человека. Даже сквозь объятия, я могу ощущать поддержку брата, чего мне так не хватало все это время.
Минут пять, мы стоим обнявшись. От этого чувствуется некая гармония.
Услышав всхлип Паши, в недоумении отстраняюсь от него.
Никогда. Никогда в жизни я не видела, чтобы брат плакал. Это что-то новое для меня, и мне это совсем не нравится.
— Паш, ты чего?
Он ничего не отвечает, лишь вытирая свои глаза. Брат делает глубокий вдох и садится на край кровати, обхватив голову руками. Я сажусь рядом.
Снова эта тишина, которую я терпеть не могу. Даже и не знаю, что сказать. Паша тоже молчит.
— Ответь только на один вопрос, — наконец-то решает заговорить брат.
— Конечно. Спрашивай.
— Кто отец ребенка?
У меня снова замирает сердце. Так и знала, что он будет спрашивать об этом.
— Я уже говорила, что тебе необязательно это знать.
— Нет, обязательно! — кричит Паша.
— Можно тише? — спрашиваю сквозь зубы. — Я ничего тебе не скажу. Я знаю, как ты отреагируешь на это.
— Ну и как же?
— Ты пойдешь к нему и начнешь выяснять отношения. Ну а потом, зная тебя, ты его ударишь.
Брат улыбается и кивает.
— Я не хочу, чтобы у тебя потом из-за меня были проблемы. И вообще, давай закроем эту тему.
— Хорошо.
Паша аккуратно проводит своей ладонью по моему животу, отчего я улыбаюсь.
— Девочка? Мальчик?
— Мальчик, — тихо отвечаю.
— Имя еще не придумала?
Качаю головой.
Только сейчас я начинаю понимать, что брат все равно узнает, кто отец. Даже если все вокруг будут молчать. Отчество сына будет то от Егора. Я не хочу менять на другое. Конечно, можно придумать другое отчество, но я думаю, что это будет неправильно.
— Толкается?
— Иногда.
— Валт, Лина говорила мне, что ты будто куда-то пропала. У Юли тебя не было. Дома тоже. И так почти полгода.
Ох, черт.
— Где ты была все это время? — разъяренно спрашивает брат.
— Паш, я… жила первое время у одной подруги. Она помогала мне, — вру, придумывая ложь на ходу.
В ответ, мне кивают и крепко обнимают за плечи.
— Почему ты рассталась с отцом ребенка?
Не все так легко, как возможно он думает.
— Давай не будем о нем говорить. И если ты надеешься, что Юля или Лина тебе что-то расскажут, то ты ошибаешься.
— Всех уже подговорила молчать? — ехидничает брат.
— Да.
Широкая улыбка появляется на лице любимого брата, но что-то не видно, что он счастлив.
— Почему ты мне сразу не сказал, что встречаешься с Магдалиной?
— Я не знал, что вы знакомы. Только через какое-то время Лина сказала мне, что знает тебя. Я хотел все рассказать, но тут эта командировка… Тогда Линка хотела сама найти тебя и все сказать, но ты куда-то пропала.
— У вас с ней все серьезно?
— Более чем. Мы хотели тебе вместе рассказать, но раз уж такое дело…
Что-то меня это пугает.
— Я сделал ей предложение.
Непроизвольно улыбаюсь.
— Ну что ж, поздравляю. Честно говоря, я не ожидала такого, — честно признаюсь. — Я думала, что тетей стану раньше, чем ты дядей.
Паша ухмыляется.
— Ну и ничего страшного. Главное, чтобы малыш был здоров.
— Это да.
Услышав тихий стук в дверь, мы сразу поворачиваем головы. Дверь резко открывается, и к нам подходит Магдалина. Сейчас, девушка выглядит мрачнее тучи.
— У вас все хорошо? — неуверенно спрашивает она.
— Вполне, — отвечаю ей.
Магда выдавливает из себя улыбку и садится возле Паши.
— Пойдемте чай пить. Там Влад торт купил.
Ухмыльнувшись, поднимаюсь с кровати.
— Пойдем, — говорю брату.
Он поднимается следом за мной. Лина делает то же самое. Девушка выходит из комнаты, оставляя нас с Пашей наедине. Он снова меня обнимает.
— Валь, я люблю тебя.
— Я тоже очень сильно тебя люблю.
* * *
— А может, вы все-таки ее оставите? — с надеждой спрашивает Юля, у Паши и Магдалины.
— Она здесь не останется, — уверенно отвечает брат.
Они так говорят обо мне, будто я вещь и они никак не могут поделить меня между собой.
— А вдруг Валя не хочет с вами уезжать?
Я-то хочу, это Юля совсем не хочет меня отпускать.
— А ничего, что как бы я здесь сижу? — не выдерживаю их разговора.
Подруга ухмыляется и сжимает мою руку.
— Ты ведь не хочешь уезжать? — спрашивает она у меня.
Появившийся ком в горле, не дает мне сказать ни слова.
Если я отвечу, что не хочу отсюда уезжать, то совру. Меня держит в этом городе, только подруга. Все, что было у меня до этого, просто разрушилось, оставив только пепел.
В очередной раз убеждаюсь, что я дура и лучше бы я слушала других, нежели себя. Лучше бы я сразу уехала из этого чертового города. Нужно было собирать вещи, как только брат предложил переехать к нему. Все могло бы быть хорошо, но вышло иначе. И теперь, проделав море ошибок, я решилась покинуть этот город.
Видимо для того, чтобы начать менять свою жизнь, нужно прожить весь тот ужас. Пора перестать надеяться, что все наладится само по себе. Нужно действовать.
— Ты опять зависла? — выводит меня из раздумий голос подруги.
— Что?
— О чем задумалась? — спрашивает у меня Магда.
Снова все внимание приковано ко мне. Так, я чувствую себя неловко.
— Да так. Ни о чем, — тихо отвечаю.
Мне уже не нравится сидеть на кухне и обсуждать с ребятами мой переезд. Паша все равно заберет меня к себе, но Юля против этого. Девушка пытается убедить брата, чтобы я осталась здесь и жила у нее. И как в такой ситуации не чувствовать себя вещью?
Поднявшись со стула, выхожу из кухни.
— Пойду, прогуляюсь.
— Валь, мы… — говорит брат, но его перебивает Юля.
— Пусть погуляет. Она ведь уезжает из родного города, а это не так уж и легко.
Так и хочется поблагодарить за эти слова, но я выхожу из квартиры, громко хлопая дверьми.
Оказавшись на улице, понимаю, что деньги и телефон, я не взяла.
Парк находится не так уж и близко от дома Юли, и у меня не остается выбора, как идти туда пешком. Есть вариант подняться в квартиру и взять деньги, но меня совсем не привлекает эта идея.
Утонув в своих мыслях, сама того не замечая, оказываюсь возле дома, где жила с Кораблиным. Сердце уходит в пятки. Как можно пойти в парк, а оказаться у этого чертового дома?!
В голове сразу появляются мысли: а что, если Егор прямо сейчас выйдет из подъезда? А что, если не один…
Отогнав от себя весь этот бред, делаю несколько шагов назад. Глаза начинает щипать от слез. Это здание хранит много воспоминаний.
Развернувшись, ухожу отсюда, не оглядываясь. Не хочу, чтобы меня здесь заметили.
* * *
Ну, кто бы сомневался, что следующим пунктом моего «путешествия», станет кладбище. Так больно осознавать, что в последний раз прихожу сюда. Хотя почему, в последний? Когда-нибудь я решусь и снова приеду в этот город на кладбище. Но в ближайшее время, это вряд ли случится.
Вернуться сюда снова, означает растерзать свою душу воспоминаниями. А я больше не хочу вспоминать обо всем этом. Прошлое, я оставляю в прошлом. Но вот Даня… Он мое прошлое, настоящее и будущее. Я отдала ему часть своей души. Единственное, что я забираю с собой из прошлого в будущее — воспоминания о нем.
Родной город. Родные места. Родной дом. Все такое родное. Как давно я хотела уехать отсюда, и вот, когда настал этот момент, желание остаться, просто зашкаливает.
А может мне и вправду остаться здесь?
Нет. Нет. Нет. Оставшись здесь, я никогда не смогу отпустить прошлое. А буду им жить. А для счастливого будущего, пора бы уже научиться отпускать прошлое.
Когда я оказываюсь возле своего дома, родного дома, не сдерживаю слез. Мои глаза уже невыносимо болят от такого количества пролитых слез, но я все никак не могу остановиться.
Душу режут воспоминания из детства. Те редкие моменты, когда я была счастлива. Такое случалось крайне редко.
Не знаю почему, но я вспоминаю Володю. Еще один бывший лучший друг. Человек, который смог с легкостью забыть обо мне. Да, я сама с ним поругалась и сменила номер телефона, но он даже не попытался со мной связаться. А ведь мог бы через Юлю, это сделать. Со временем я лишь поняла, что и ему плевать на меня. Я просто привыкла, быть никому не нужной. Привычка быть лишней во всем.
Время расставит все на свои места. Только оно может все изменить и исправить, а также все сломать и уничтожить.
Лавочка в парке снова пустует, будто дожидаясь меня.
Как же хочется сейчас включить грустную музыку и плакать.
Все те душевные раны, о которых я позабыла, сейчас кровоточат.
Внезапно, ко мне в голову приходит одна отличная идея, и я быстро поднимаюсь с лавочки. Вспомнив нужный адрес, иду туда. Это не так уж далеко от парка, и я быстро прихожу к нужному мне дому. Поднявшись на этаж, нахожу квартиру и, не медля, жму на дверной звонок. Дверь сразу же открывается, и на пороге появляется растерянная Маша.
— Привет.
— Привет. Не ожидала тебя здесь увидеть.
Выдавливаю улыбку.
— Ты как-то говорила мне свой адрес и сказала, что я могу приходить в любой момент.
Маша отступает в сторону, позволяя мне войти.
— Проходи, — говорит она.
— Нет нет, я ненадолго. Я к тебе попрощаться зашла.
— Попрощаться?
Согласна, тупое и жуткое слово, но другого, я не подобрала.
— Я уезжаю из города, — объясняю девушке.
— Надолго?
— Навсегда.
Не думала, что когда-то скажу это.
— Почему? — неуверенно спрашивает Маша.
— Я решила начать новую жизнь, а в этом городе, это невозможно.
Девушка кивает и обнимает меня.
— Я буду скучать, — шепчет она мне на ухо. — Мы хоть с тобой и не так давно знакомы, но я с уверенностью могу заявить, что ты крутая девчонка.
На моем лице появляется недоумение.
— С чего ты взяла, что я крутая?
— Ты сильная. Очень. Ты смогла вытерпеть всю травлю в школе с высоко поднятой головой. Ты выдержала все это и не сломалась. Ты умница.
Мурашки бегут по телу от этих слов.
Это только внешне я выгляжу сильной, пытаюсь улыбаться и показывать всем, что у меня все отлично, но вот внутри… Внутри у меня действительно кое-то сломалось. Что-то щелкнуло, и я перестала радоваться и чувствовать себя живой. Но я не покажу все это людям. Пусть все думают, что у меня все хорошо и я счастлива.
— Ваааль, — тянет Маша.
Кажется, я снова отключилась от реальности.
— Ой, прости. Просто я задумалась.
Девушка ухмыляется.
— Может, все-таки зайдешь?
Грустно улыбаюсь и качаю головой.
— Извини, но у меня времени нет. Мне пора быть дома, а я еще гуляю, — глупо вру, ничего лучше не придумывая.
— Валь, будь счастлива.