Цветы для Евы

Ева остановилась в паре метров от меня.

– Красивые, – произнесла девушка, опустив взгляд на букет.

– Это тебе.

Она подошла ближе и взяла цветы.

– Я так и не узнал, какие ты любишь.

– Ирисы. Но эти мне тоже нравятся.

– Учту, – кивнул я.

А Ева перестала улыбаться, опустила глаза и спросила:

– Когда ты уезжаешь?

– Не знаю, – я взял её за руку. – Но это же не так далеко. Ты сможешь приехать ко мне после учёбы. И я тоже буду приезжать, ведь нужно будет столько сделать перед выставкой.

– Не так далеко... – повторила она. – Уверен?

К моему горлу подступил ком.

– Ты семь лет в Осло не показывался...

– Ну, теперь у меня есть весомый повод бывать тут чаще.

Ева посмотрела на меня как-то напряжённо. Она явно ждала другого ответа. Но я понятия не имел, что ещё ей сказать, и как убедить.

– Что тебя беспокоит? – прямо спросил я.

– Ты серьёзно?

– Ну, кроме того, что мне надо вернуться. Я должен, пойми, работа...

– Меня беспокоит, что отношения на расстоянии – это не для нас. Однажды мы и без расстояния не справились...

«Мы», – повторил я про себя. Но тогда не мы, а именно я напортачил. И Ева это прекрасно помнила. В этом было дело. Она не доверяла мне. И я не знал, как ей доказать, что хочу быть только с ней.

– Слушай, тогда я облажался. Но давай сейчас попробуем. Мы ведь оба этого хотим.

Несколько секунд Ева внимательно смотрела на меня. Сомневалась. Но потом улыбнулась и поцеловала. Я был бесконечно счастлив.

Тем не менее, в тот вечер в её дом я снова попал через окно. Ева всё ещё не хотела, чтобы мать знала обо мне. Видимо, не собиралась ей ничего объяснять, если я внезапно исчезну, а значит – таки сомневалась. Винить её в этом я не мог, поэтому безропотно подчинился.

Матери она, видимо, сказала, что поужинает в комнате – внизу она появилась с парой бутербродов и одной кружкой чая. На самом деле, ей всегда нравилось пить со мной из одного стакана. Я давно это заметил и считал это милой привычкой.

Потом мы лежали в обнимку и болтали. Я рассказывал, как из Праги добраться до Копенгагена, мы даже посмотрели билеты.

– А почему ты до сих пор не знаешь, когда уедешь? – спросила Ева. – Разве тебе не нужно на работу? А Метте?..

– Кажется, в Метте и дело, – выдохнул я.

Ева привстала так, чтобы видеть моё лицо, и улыбнулась:

– Она тебе рассказала?

Сначала я даже не понял, что Ева имеет в виду. Но в следующее мгновение испытал шок.

– Ты знала?

– Она сказала Вильде.

– Вильде? – я почувствовал обиду. – Знакомы пару месяцев, а доверяет ей больше, чем мне?

– Во-первых, у неё была потребность поделиться этим именно с женщиной. Кстати, почему у Метте нет подруг?

– У неё есть подруги. Вернее, это старшие сестры. Но они очень близки. Были. Сейчас разъехались.

– Ясно, – Ева снова положила голову мне на грудь, устроившись поудобнее. – Метте боялась твоего осуждения. К тому же, она ещё не разобралась в своих чувствах.

– Каких, нахрен, чувствах? – я засмеялся.

А Ева легонько ударила меня кулаком в плечо.

– Ей нравится этот ваш друг, – спокойно ответила Ева. – Но она боится.

– Бред! – отмахнулся я.

Но пазл складывался. Между моими друзьями что-то происходило. И меня это почему-то раздражало.

– Не будь мудаком, Крис. Если они нравятся друг другу...

– Они не могут, – перебил я. – Мы столько лет дружим... Она нам как сестра. Нам обоим...

Я сам сомневался в том, что говорю. И злился от того, что Ева, кажется, была права.

– Говори за себя, – она нежно поцеловала меня в шею. – И не наломай дров. Метте очень дорожит вашей дружбой, и переживает...

На ночь я не остался, т.к. Еве нужно было рано вставать. По дороге домой я решил позвонить Бьорну. Друг ответил не сразу.

– Привет, – поздоровался я.

– Привет.

– Как дела?

– Вы мне нужны в офисе...

– Я знаю, что дело не в этом, – перебил я.

Повисло неловкое молчание, которое прервал мой собеседник:

– Это тебя не касается, Крис. Мы сами разберёмся.

Я закатил глаза и усмехнулся. Именно это утром мне сказала Метте.

– Я просто звоню сказать, что поговорю с ней по поводу возвращения. Мы сегодня же возьмём билеты домой.

– Ладно. Сообщи потом дату, время и номер рейса. Я вас встречу.

Дома меня встретили родители. Мама сказала, что Метте нездоровится, и она полдня не выходила из комнаты. Я постучал и вошёл, не дожидаясь ответа. Метте лежала на диване и читала какую-то книгу. Я присел рядом.

– Хочешь поговорить? – спросил я.

– Нет.

– Ладно. Ты права: это не моё дело. Но нам пора возвращаться.