не в то время

«иногда честность звучит тише, чем боль — и от этого ещё страшнее»

это случается без прелюдий и без слов.
не как раньше — не с ожиданием.
скорее как привычка быть рядом, проверить связь телом, когда словами уже не получается.

они целуются медленно.
катя старается быть нежной, внимательной, будто боится спугнуть.
дима отвечает, но в нём нет прежнего огня — только напряжение и усталость, которая не уходит даже в близости.

всё происходит аккуратно.
без резких движений.
без спешки.
она ловит каждый его вдох, каждую реакцию, будто ищет подтверждение, что он всё ещё здесь — с ней, в моменте.

когда всё заканчивается, дима лежит рядом несколько секунд.
потом резко садится.
не смотрит на неё.

он молча встаёт, натягивает шорты и выходит на кухню.
без объяснений.
без «подожди».
без «я сейчас».

катя остаётся в кровати, глядя в потолок.
в груди поднимается холодное, липкое чувство.

что я сделала не так?
она прокручивает всё по секундам, по движениям, по словам, которых почти не было.
ей хочется встать и пойти за ним — но она не делает этого.
боится услышать ответ.

на кухне дима сидит за столом и пьёт воду.
стакан за стаканом.
будто внутри пустыня.

катя выходит через несколько минут.
в его футболке, босиком.
останавливается в дверном проёме.

— ты в порядке? — спрашивает она тихо.

он поднимает на неё глаза.
долго смотрит.
вздыхает.

— да, — говорит. — просто... мне нужно было выйти.

она кивает и садится напротив.
между ними стол.
слишком большой.

— я что-то сделала? — всё-таки спрашивает она.
голос ровный.
без упрёка.

— нет, — сразу. слишком быстро. — ты тут ни при чём.

они молчат.
тишина не давит — она осторожная.
как будто оба боятся сказать лишнее.

— мне кажется... — дима начинает и замолкает. потом продолжает. — мне кажется, я перестал успевать. за всем. и за собой тоже.

катя слушает.
не перебивает.

— я не отдаляюсь от тебя специально, — говорит он. — просто иногда у меня не остаётся сил даже на то, что важно.

она кивает.
медленно.

— я вижу, — отвечает она. — и я понимаю.

это правда.
и от этого ещё больнее.

они не обвиняют.
не говорят «ты» — только «я».
не ищут виноватых.

— мне кажется, что что-то уходит, — тихо говорит катя.
— мне тоже, — признаётся он.

они смотрят друг на друга и оба знают: это не конец.
но это уже не начало.

честность без боли —
самая сложная форма правды.