Паутина

Существуй в Джоувере отдельная статья за изощренные и методичные издевательства над защитниками правопорядка, помещенными в бытовые условия, Адриан Сайлос Мерфи уже отбывал бы несколько пожизненных сроков. Так, по крайней мере, считал капитан Аддамс, который спустя пару месяцев жизни в их новой квартире был не против выступить с законодательной инициативой и ввести подобное наказание в отношении конкретного нарушителя. Все из-за того, что первый этап их проживания бок о бок на новом месте превратился для Марка в испытание такой степени тяжести, что любые полицейские рейды и даже свержение империи Бергена казались на его фоне рутинной разминкой.

Все из-за того, что после «Ловца снов» Адриан словно обзавелся неизвестной формой паранойи и взял процесс реабилитации Марка под тотальный контроль. С удивительной скрупулезностью и строгостью консультант Мерфи следил за соблюдением Марком всех рекомендаций лечащего врача и не признавал компромиссов. Но если со строгой диетой, витаминами по расписанию и унылой физиотерапией капитан Аддамс еще мог как-то мириться, то наложенные Адрианом на их интимную жизнь ограничения грозились превратить капитана Аддамса в гибрид изнуренного воздержанием безумца и переполненного гормонами пубертатного подростка. Адриан уверовал, что любые чрезмерные физические нагрузки — а именно к такой категории он безапелляционно отнес полноценный секс — нанесут непоправимый урон срастающейся кости. Марк приводил контраргументы, в которые входило в том числе неразборчивое рычание, убеждал и пытался взять инициативу в свои руки, но Адриан оставался непреклонным.

— Никаких вольностей без разрешения врача, — чеканил консультант Мерфи, скрестив руки на груди. — И не пытайся свести все к шутке, я серьезен как никогда.

— Только попробуй устроить бунт, — заявлял Адриан. — И я прикую тебя к кровати до полного выздоровления.

Перспектива задействовать наручники в горизонтальных развлечениях Марка, само собой, воодушевила, но Адриан незамедлительно охладил его пыл, вместо интригующего аксессуара подсунув ему очередную порцию пилюль. Впрочем, имеющиеся санкции не означали, что спальня Марка и Адриана превратилась в оплот целомудрия. И капитан Аддамс, и консультант Мерфи были достаточно искусными и опытными любовниками, чтобы найти множество иных способов довести друг друга до исступления. Губы, руки, языки и даже пара купленных Адрианом игрушек: для долгих тягучих ласк и бурных оргазмов они использовали все доступные средства. К разочарованию Марка, Адриан при этом умудрялся поразительным образом не терять контроль окончательно. Консультант Мерфи с готовностью отзывался на поцелуи, извивался под грубоватыми ладонями полицейского, но ровно в тот момент, когда ослепленный первобытным желанием Марк пытался подмять под себя и наконец-то получить желанное, Адриан заставлял его отступить. Мягко, но непреклонно консультант Мерфи упирался ладонями в широкую крепкую грудь, ласково целовал пульсирующую жилку на шее Марка и напоминал о «медицинских предписаниях». Затем доводил готового взвыть капитана Аддамса до разрядки, но совершенно не тем образом, которого жаждал изголодовавшийся до одури полицейский.

Марк скрежетал зубами. Приходил к выводу, что отдал свое сердце, душу и бренное тело редкостному садисту. Чувствовал себя кипящим котлом с наглухо завинченной крышкой. Придумывал замысловатые планы мести. Находился в шаге от того, чтобы с высокой башни наплевать на все запреты, схватить Адриана в редкие минуты потери бдительности и трахнуть его так, чтобы консультант Мерфи забыл собственное имя. Но все же Марк оставался достаточно здравомыслящим человеком, чтобы осознавать две важные вещи: предписания врача все-таки стоит соблюдать ради полноценного восстановления, а воздать Адриану по заслугам за неуместную сдержанность стоит с помощью хитрости, а не грубого напора. Марк начал планировать контрнаступление и с терпением бывалого хищника выжидал подходящего времени для воплощения задуманного.

Час расплаты настал в один из тихих, по-семейному уютных вечеров, когда Джоувер уже погружался в сон. Адриан вышел из душа, одетый лишь в старую, чересчур просторную для него футболку Марка. Ткань оголила одно плечо консультанта Мерфи, оголив острую ключицу, а влажные волосы прилипли к вискам и шее. Одного этого вида Адриана было достаточно, чтобы кровь капитана Аддамса устремилась вниз живота, а поскольку он уже и так был в полувозбужденном состоянии от осознания, что Адриану сегодня от него не скрыться, то из ушей Марка почти валил пар. Консультант Мерфи его странное состояние уловил быстро: ему было достаточно бегло посмотреть на Марка, чтобы заметить натянувшуюся ткань домашних штанов. Адриан негромко хмыкнул, с грацией домашнего кота забрался на кровать, где обнаженный до пояса Марк отдыхал, опираясь спиной на подушки, и устроился между его бедер.

— Капитан, — рука Адриана легла на живот капитана Аддамса. — О чем ты здесь думал, пока меня не было?

Ладонь сдвинулась ниже, опускаясь между ног капитана Аддамса. Адриан слегка надавил, и Марк простонал сквозь зубы.

— Что ты себе представлял? — Адриан наклонился, чтобы оставить дразнящий поцелуй у самого основания шеи Марка. — Расскажи мне.

Капитан Аддамс ответил не сразу. Он запрокинул голову, открываясь Адриану навстречу, и позволил ему покрыть поцелуями и легкими укусами столько кожи, сколько он посчитает нужным. Лишь когда зубы консультанта Мерфи легко сомкнулись на мочке его уха, Марк зарылся пальцами в его волосы и потянул назад.

— Представлял, — голос Марка прозвучал хрипло. — Как проверну с тобой то, что хотел сделать еще в больнице.

Адриан прищурился.

— М? Я кое-что припоминаю, но не уверен, что ты имеешь в виду именно это. Я мыслю в правильном направлении или же ошибаюсь?

Вместо прямого ответа Марк похлопал Адриана по плечу, подавая знак отодвинуться, сдвинулся вниз и указал на свое лицо.

— Действуй, — прошептал капитан Аддамс, уже задрав футболку Адриана и обнаружив, что нижнее белье после душа этот пижон надеть не удосужился. — Я не отказывался от этой идеи.

На короткое мгновение Адриан непривычно растерялся. В предложении Марка, в предлагаемой им позе было что-то слишком, почти надрывно откровенное даже для консультанта Мерфи. Хотя между ними с капитаном Аддамсом давно уже не осталось границ, тайн и даже малейшей неловкости, Адриану отчего-то показалось, что это может быть унизительно для Марка, и потом он заколебался. Замешательство в его глазах было столь явным, что его мог заметить бы даже увлеченный дегустацией премиум-консервов Локи, не говоря уже о капитане Аддамсе. Он покачал головой и крепко сжал талию Адриана.

— Не сомневайся. Сделай это. Вспомни все дни и ночи, когда ты переживал из-за меня и боялся, что я не вернусь. И пусть каждое твое движение докажет тебе, что все позади. Я здесь и я полностью твой. А еще, — Марк подмигнул и задрал футболку Адриана до груди. — Такая поза нисколько не повредит моему бедру.

Взгляд Адриана стремительно потемнел. Марк задел все еще дрожащую струну и воззвал к не до конца угасшей злости. Пусть Адриан ни разу не выказал негодования, не произнес ни единого укора в адрес капитана Аддамса, они оба знали, что отголоски взрыва все еще фантомно звучат в ушах Адриана. Иногда по ночам консультант Мерфи, даже не просыпаясь, хватал Марка за руку, чтобы убедиться в его присутствии. Страх потерять его почти истаял, но его осколки продолжали противно царапать Адриана изнутри, и близость такого рода могла стать способом если не избавиться от них, то почти уничтожить.

Около тридцати секунд Адриан потратил на то, чтобы избавиться от сомнений. Пять — на то, чтобы с помощью Марка избавиться от скудной и бесполезной одежды. Через две минуты Адриан, уперевшись ладонями в стену, входил в рот капитана Аддамса.

Консультант Мерфи прикрыл глаза и начал двигаться медленно, не проникая до конца. Влажное тепло рта Марка было ему знакомо, да и сверху он бывал не единожды, но сейчас ощущалось совершенно иначе. Так, словно Марк безоговорочно отдавался во власть Адриана, признавая свою принадлежность этому человеку. Бедра консультанта Мерфи плавно покачивались вперед и назад, и его рассудок быстро уплывал на волнах этого ритма.

Управление над которым капитан Аддамс вскоре взял на себя. Позволив Адриану привыкнуть к ощущениям и позе, Марк резко сжал его ягодицы и толкнул консультанта Мерфи вперед, заставляя войти до упора. Адриан громко застонал и едва не рухнул на Марка из-за нахлынувших ощущений.

— Что... — выдохнул Адриан. — Ты...

С абсолютно развратным звуком Марк выпустил его изо рта и облизнулся.

— Я просил не сомневаться. Не думал, что вместо этого мой консультант начнет стесняться.

— Ты же сам... Потом пожалеешь.

— Я никогда не пожалею ни о чем, что связано с тобой.

От этих слов самоконтроль Адриана сказал решительное «До свидания» своему владельцу и ретировался до лучших времен. Марк снова принял его, и от сдержанности консультанта Мерфи не осталось и следа. Он стал двигаться размашисто и быстро, обращаясь с капитаном так, словно тот был не его любимым человеком, а мальчишкой на заказ. Но Марк такому раскладу противиться и не думал: наоборот, он помогал ему удерживать темп и не давал ему осесть, когда его особенно сильно вело от удовольствия. Чему во многом способствовал и сам капитан Аддамс. Наблюдая за тем, как соблазнительно перекатываются мышцы Адриана и убедившись, что в дополнительной навигации он не нуждается, Марк оставил на его талии только одну руку, а пальцами второй нырнул между его ягодиц, неспеша войдя на треть фаланги.

Будь глаза Адриана способны сыпать искрами, Марка засыпало бы ими с головы до ног. С двух сторон на него хлынули кардинально разные ощущения, которых оказалось так много, что Адриан терял связь с реальностью. Перед его глазами танцевали радужные круги, уши заложило, и сквозь эту пелену даже пробилась несвоевременная мысль о возможном приступе, порожденном особенно интенсивным экстазом.

Адриана утягивало в непроглядную, жаркую глубину невыносимого наслаждения. Толкнувшись в очередной раз так глубоко, что у Марка непроизвольно выступили слезы, консультант Мерфи отчетливо ощутил, как зарождается оргазм, готовый смести его, как щепку. Он попробовал отодвинуться, но капитан Аддамс не позволил ему этого сделать и в принципе уничтожил порыв Адриана на корню, непостижимым образом заглотив еще глубже.

— Блядь! — выкрикнул Адриан. — Марк!

Консультант Мерфи кончал долго и бурно. Излившись до конца, он упал на Марка и стал лихорадочно целовать его, прервавшись лишь для беспредельно искреннего:

— Люблю, люблю, как же я люблю тебя.

Он слизывал с губ Марка собственный вкус и глубоко забирался языком ему в рот, словно пытаясь повторить то, что делал чуть раньше. Адриан не давал Марку продохнуть, впивался ногтями ему в плечи и, казалось, хотел проглотить его здесь и сейчас.

— Эй, — Марку стоило больших трудов заставить Адриана остановиться. Он обхватил лицо консультанта Мерфи ладонями, заглянул ему в глаза и поразился, насколько жгучим было отраженное в них вожделение. — Ты в порядке?

— Я... Я... Да, — Адриан все еще не пришел в себя и откликался медленно и рассеянно. — Да, в порядке. Марк, я сейчас... Я помогу тебе.

Намерения консультанта Мерфи были искренни и чисты. Хотя его голова шла кругом, он не забыл, что возбуждение Марка никуда не делось, продолжая заявлять о себе миру повышенной твердостью. Устоявшийся за период восстановления Марка распорядок подсказывал растерявшему привычную собранность Адриану порядок действий, и он привычно потянулся к штанам Марка, собираясь снять его напряжение рукой. Ничего не предвещало сюрпризов — как и неожиданного сопротивления, оказанного Адриану. Вместо того, чтобы послушно отдать себя в его распоряжение, Марк вдруг жестко перехватил запястья дезориентированного Адриана. Хватка была достаточно властной, чтобы мгновенно пресечь любое движение. В пару ловких приемов капитан Аддамс перевернул его и прижал к постели.

— Поймал тебя, консультант, — Марк коленом раздвинул его ноги. — Теперь точно не отвертишься.

— Капитан? — выдохнул Адриан и попытался высвободить руки, но Марк сильнее вжал его запястья в матрас. — Что происходит?

Марк навис над ним, и лицо капитана Аддамса оказалось в опасной близости от лица Адриана.

— Видишь ли, консультант. У нас проблема. Твое понятие о «безопасных методах» исчерпало мой лимит терпения примерно три недели назад. Ты так увлекся ролью моей строгой сиделки, что совсем забыл, кто из нас двоих на самом деле привык отдавать приказы.

Адриан шумно сглотнул.

— Марк, ты знаешь. Риск смещения.

— Никакого риска нет, — отрезал капитан Аддамс. — Пока ты сегодня ездил к Эвелине, я посетил врача. Мы сделали контрольный снимок. Кость срослась идеально. Врач официально снял все ограничения на физические нагрузки. Любого рода.

Марк дразняще ущипнул Адриана за сосок.

— Понимаешь, к чему я веду?

Адриан уставился на Марка и на всякий случай уточнил:

— Доктор точно разрешил?

— Даже дал справку. Кроме того, он рекомендовал возвращаться к активной жизни, — их губы почти соприкоснулись, и голос Марка стал невероятно низким, отчего у Адриана снова свело низ живота. — И я намерен посвятить этому всю ночь. Брать тебя снова и снова.

Только-только пришедшие в норму дыхание и пульс Адриана пустились в галоп с утроенной скоростью. Он обхватил талию Марка ногами, теснее прижимая к себе, и прохрипел:

— Справку покажешь утром.

— Как скажешь. Завтра все, что угодно. А теперь извини. Я наконец-то собираюсь тебя трахнуть.

Марк больше не желал тратить время на разговоры, а консультант Мерфи позволил ему делать с собой все, что только вздумается. Вздумалось же капитану Аддамсу многое. Он словно поставил своей целью или привести в негодность кровать, или поставить на консультанте Мерфи рекорд по гибкости и подвижности. Адриан сбился со счета, сколько раз его перевернули, подхватывали под бедра и закидывали его ноги на плечи. Капитан Аддамс вовсе не шутил, когда говорил, что его терпению пришел конец: когда он входил в Адриана особенно рьяно, Марк находил силы вспомнить каждый аргументированный медицинскими показаниями отказ.

— Это я хотел сделать, — шептал Марк, входя сзади и одновременно вставляя пальцы в рот Адриана, который сразу начал их посасывать. — Когда ты возмутился, что я слишком напряг ногу.

— Это, — выдыхал он, покрывая бедра Адриана алыми метками и следами укусов. — Моя компенсация за курс отвратительного травяного настоя.

— А это, — сипло говорил Марк, размазывая белые капли по стройному животу Адриана. — Твое признание в том, что ты только мой.

— Твой, — вторил ему консультант Мерфи. — Навсегда.

— Я люблю тебя, — обжигал его ухо признанием Марк и снова выбивал из него довольный стон.

Раз за разом сталкиваясь и сливаясь, они позволяли всем прошедшим событиям расплавиться в жаре их тел, истаять вместе со стекающими по ним каплями пота, а затем раствориться в дыме предрассветной сигареты. На этот раз Марк не относил консультанта Мерфи на кухню, как сделал в их первую совместную ночь в квартире Адриана. Они вышли вместе обнаженными и разомлевшими, немало шокировав деловито шагавшего в сторону лотка Локи, и долго стояли у окна, обнимаясь в сокровенном молчании. Адриан водил кончиками пальцев по оставленным в полубреду царапинам на спине Марка, а капитан Аддамс терся носом о его волосы, с наслаждением вбирая родной запах.

Так они и стояли, пока над горизонтом пробивались первые утренние лучи, окончательно побеждая темноту.