*Новогодний недоспешл 1/2*
Все персонажи после таймскипа
Это произошло на Рождество. Это был уже третий совместное Рождество. Тоору, как и полагалось, спланировал все до мелочей, продумал, как будет проходить их вечер, и с чего начнется яркая, как его на тот момент глаза, ночь. Он за несколько недель приготовил ей подарок: серебряная цепочка с кулоном в виде сердца с ярко-алым рубином. Именно с рубином ассоциировалась у него Хираи, она такая же яркая, но в то же время простая. Черная бархатная коробочка в небольшом белом праздничном пакетике уже была готова быть отданной в руки новой хозяйки.
Хираи ушла утром, но не сказала, куда.
—По делам! Я ненадолго! Не скучай!—прокричала она и выбежала из квартиры, даже не подумав закрыть дверь.
Она ушла около 12 дня, и Тоору думал, что та вернется к трем, не позже. И хотя он полностью ей доверял, что-то все же подсказывало, что что-то случится.
Но, немного подумав, он решил не терять времени и купить своей возлюбленной самые шикарные цветы.
И вот, высокий утонченный брюнет в светлых брюках, светлом пальто и светлом шарфе шагает по улице с букетом белых роз (ПРО БЕЛЫЕ РОЗЫ, ЖЕЛТЫЕ ТЮЛЬПАНЫ!!!).
Улыбка, появляющаяся при одной только мысли, как ярко будут блистать ее глаза, когда он вручит ей подарок. Только одно только упоминание о Ней, заставляло Ойкаву вести себя, как идиота. Как маленький мальчик, он, даже спустя несколько лет совместной жизни, продолжал вести себя как влюбленный маленький пацан. Но это не было влюбленностью, это была самая настоящая любовь. Смотреть на ее сонное лицо, видеть, как она сладко спит и еще видит сны, как сжимает край подушки, когда ей снятся кошмары, как она цепляется за его руку, как прижимается к его спине, как просит обнять ее. И даже спустя столько лет ему все еще интересно наблюдать за ней, он до сих пор не может предугадать ее действий. Она такая необычная, она такая восхитительная, она - его.
Но, придя домой, он не застал ее. Время летело незаметно, и вот, стрелки показывают начало семи вечера, а девицы нет. На звонки не отвечает, сообщения не читает. Побег? Но ведь о такой сладкой жизни с таким мужчиной можно лишь мечтать!
Тоору обзвонил всех ее знакомых, однокурсников и друзей, но никто так и не знает, куда запропастилась мадам.
Девять вечера. Солнце давно зашло за горизонт, как же противно, что именно зимой день становится таким ничтожно коротким. Лицо Тоору было непоколебимо серьёзным, скорее озадаченным. Куда она могла деться? Тревога заставляла думать лишь о плохом, потому его голова была полна мыслей о том, что она попала под машину, или ее украли, или, в лучшем случае, она потерялась.
Яркий ночной город сквозь панорамные окна небоскреба казался сказочным, но этот прекрасный вид праздничного города ни чуть не утешал встревоженного Ойкаву, который уже был готов бить тревогу.
Дзынь!
—Тоору.
—Где ты?!
—Тллру.
—Где ты. Ответь мне.
—Я в бре на вдыббащ.
—Отправь мне геолокацию немедленно.
—Чсе хорощо.
—Немедленно, я сказал.
—Нам всЕло.
—Ты пьяна?
—Нмгого.
—Геолокацию. Отправь мне, пожалуйста, геолокацию. *прочитано* Ария?
*вышла из сети*
Пьяна? Она пьяна? Быть такого не может, ведь это человек, контролирующий себя, как никого другого, и капли не возьмет в рот (хааааа). Тоору в жизни не видел, чтобы та делала хотя бы глоток чего-то алкогольного. Но больше всего сейчас его волновало то, что он не знает, где она и с кем.
—***ская улица. —пришло сообщение с неизвестного номера. —Я- ее двоюродная сестра, все хорошо. Она немного перебрала, забери ее лучше, а то останавливаться она не собирается ;)
—А он такой нахал, представь себе! Он влюбил меня в себя! И вообще он был так уверен в себе! Можно подумать я растаю при нем! —заикающийся, икающий голос рассказывал какую-то захватывающую историю своей жизни, когда на ее плечи сверху легли тяжелые руки. —Он мне голову вскружил!.... А?... —посмотрев наверх, чтобы увидеть лицо человека, который посмел прикоснуться к ней, ее суровое лицо мгновенно расплылось в улыбке, глаза подобрели, а уже розовые щеки покрылись сверху добавочным румянцем.. —Это он! Он!—крикнула она. —Он украл мое...!
—Дурында. —прикрыв ее рот своей ладонью, с отдышкой проговорил он. —Дурында...
—Он украл мое сердце!—вопила она на весь пустой бар. —Я его!.... —но посреди ее фразы на покрытое румянцем лицо легла его ладонь. —Я его люблю... —И она, как кошка, начала тереться о ладонь, пока Тоору, закрыв глаза, пытался собраться с мыслями.
—И со скольки вы... пьете?..—но тут он заметил, что собеседница Хираи совершенно трезва, сидит, сложа руки перед собой и улыбается, глядя на блаженное лицо своей родственницы.
—Я попросила ее встретить меня с аэропорта, а она предложила пойти сюда, сказав, что хочет рассказать мне кое-что важное... И я целый день слушала ее рассказы о тебе.
—Неправда! —вскрикнула черновласка. —Это все ложь! Я ни слова о нем не...
—Отведи ее домой. —прошептала родственница так, чтобы это ее услышала уже давно нетрезвая Ария. —Она так увлеченно рассказывала о тебе, что буквально светилась только при упоминании твоего имени... Думаю ты и правда достойный человек, что смог приручить такую, как она. Берегите друг друга. —сказала она, закрыв книжку чека, положив туда купюру, и ушла.
—Тоору.. —он провожал взглядом родственницу, которую видел впервые, ведь Ария никогда о ней не рассказывала, когда его руку неожиданно потянула за край пальто Хираи, тихо обращаясь к нему. —П-прости, я... Я немного нетрезва.. —она пробовала встать, но попытки оказались неудачными.
—Да, ты права, ты немного нетрезва, дурында... —сказал он, тяжело выдохнув.
—Что-то не так? —парень помогал встать девушке, придерживая ее, чтобы она не упала. И когда она встала, ее взгляд, как у маленького беззащитного олененка, буквально прилип к его глазам. —Тебя что-то беспокоит, я же вижу.
—Ты... —нет, он не был зол. Он был счастлив. Искренне рад, что с ней ничего не приключилось, что она цела и невредима. Он был рад, что он все-таки нашел ее. —Ты дурочка... Я..Я так волновался, но хорошо, что все хорошо..
—П-прости, я опять доставила... Ик! Неприятности...
—Сколько ты выпила?
—Бутылку...
—И тебя так унесло, хах? —усмехнулся Тоору, прикрыв рот рукой. —Дурында, не умеешь пить - не пей.
—Нечего смеяться... Ик!
—Поехали домой.—брюнет одел на свою "дурынду" ее белое мягкое пальто и повязал сверху шарф. Его теплый взгляд дарил ощущение важности и нужности. Его аккуратные движения были вновь слишком правильными, но она уже свыклась с его идеальностью, поэтому послушно стояла, как маленькая девочка, которую одевает ее папа (daddy huh)
Усадив девушку на заднее сидение, Тоору завел безупречно белый автомобиль и, набрав скорость, направился домой.
—Почему ты мне не рассказывала о ней?—слегка разочарованно спросил он.
—Я нечасто ее вижу, в последний раз это было в седьмом классе, поэтому я не думала, что тебе будет интересно.—пробормотала сонная девушка. То, что она сказала, казалось полнейшей бессмыслицей, но Тоору лишь усмехнулся и сказал то, чего ожидала Хираи: "Мне интересно все, что хоть как-то касается тебя"
—А о чем ты ей рассказывала?—он прекрасно понимал, о чем его спутница рассказывала своей дальней родственнице, и понимал, что та не признается из-за своего стеснения и гордости. На лице образовалась игривая ухмылка, но благодаря темному вечеру ее не было видно.
—Да об учебе, все нормаль...Ик! но..—девушка почти засыпала. Быстро меняющийся пейзаж за окном авто успокаивал и убаюкивал.
—А что там обо мне? На чем ты остановилась, когда я вошел?—пользуясь случаем, чтобы позабавиться, ведь он впервые видит ее в нетрезвом состоянии да и такую милую и беззащитную, Тоору постепенно выводил ее на ту самую тему. —Что то о том, кто украл твое сердце и всякое такое.—еле слышный смешок закончил фразу.
—Ах это...—тяжело вздохнула она.—Да, есть такой, Наоми...
—"Как тебя так унесло с одной лишь бутылки, Клубничка?"—расплылся в умиляющейся улыбке Тоору, продолжая вести машину. Ария едва соображала, что рядом с ней уже не дальняя сестра, а ее спутник и любовь всей ее жизни.
—Он такой... такой... такой...—сонный, хриплый и еле слышный голос пытался подобрать правильное прилагательное, чтобы описать, но это давалось Арии с трудом.—Он иногда такой, что мне хочется исчезнуть. —на этих словах Тоору словно током ударило: ухмылка сползла с ехидного лица, а в груди сердце забилось чаще. Как же так, что любви всей его жизни, той, ради кого он готов умереть, той, что спасла его от всего мира, что защитила и дала надежду, что уберегла и бережет его, как самое дорогое, что у нее есть, хочет исчезнуть?—Он настолько идеальный, что это делает меня несносной... И он мне говорил, что мне незачем беспокоиться, ведь я для него прекрасна, но я не понимаю, как он может любить меня?... Я как черная дыра, я уничтожаю все, к чему прикоснусь, а он... Он мечта, он свет!...Но это не свет, противоположный мне, он такой же, как я... И я люблю его сильнее всего на свете! Я не знаю, что бы делала, если бы он не появился в моей жизни....Несмотря на то, что он такой идеальный, безупречный и неповторимый, словно модель, его глаза так часто сияют... Этот детский блеск в глазах так греет мне душу, ты бы знала, Наоми!... Его мягкий взгляд, от которого веет теплом, его блестящие глаза смотрят только на меня, заставляя меня чувствовать себя единственным бриллиантом в этом мире!
—Я тоже тебя люблю.—прошептал он. —Сильнее всего на свете...
Добравшись до дома, Тоору вышел из машины, подал ей руку, и они вместе пошли к лифту. Ее коленочки тряслись, вероятно, от холода, а глаза были призакрыты, словно она уже спала. Однако, она спокойно передвигалась самостоятельно, но Ойкава все же не отпускал ее руки. Зайдя в лифт, она облокотила свою голову о его руку. Она была настолько крошечной, по сравнению с ним, что доставала головой чуть выше его локтя. Тоору приобнял ее, Хираи сильнее прижалась к нему, издав кроткий стон.
—Тоору,—промямлила она.—Прости, что не предупредила... Я сорвала весь твой план..
—Ты знала?—искренне удивился он, бросив выразительный взгляд на понурившую голову Хираи.
—Ты хоть и мастер сюрпризов, все же не умеешь делать некоторые вещи незаметно...
—И как много ты видела?
—Хеее,—тихо посмеялась она, а затем замолчала. Похоже, она все же была в сознании и осознавала, что делала.
—Клубничка?...
—А тебе скажиии....—расплылась она в улыбке так, чтобы Тоору не видел. Но он это понял, ведь ее голос словно стал более игривым. —Не скаж...
—Ты хочешь поиграть, м?—прижав хрупкое тельце буквально за секунду к стенке лифта, он схватил ее руки за запястья и также прижал их к стене, над ее головой. Покрасневшее от алкоголя лицо Хираи продолжала расплываться в улыбке, а глаза с вызовом смотрели на него, выжидая. —Это в тебе от алкоголя столько смелости, любимая?—но Тоору не любил проигрывать, что прекрасно знала девушка. Она так и знала, что он будет действовать именно так, поэтому и спровоцировала его. —Ты и так беззащитная маленькая кошечка, а под воздействием алкоголя мм... Не боишься меня? —его горячее дыхание обжигало нежную кожу шеи сквозь вязанный шарф.—Так какие подробности ты узнала, м?
—А что мне за это будет?—предполагая, что если Хираи будет тянуть бесконечно долго, то Тоору будет столько же ласкать ее шею, заставляя все тело покрыться мурашками, однако, она как всегда, думая, что перехитрила его, оказалась в дураках.
—Приехали. —и он спокойно вышел из лифта, словно позабыв о том, что было пару секунд назад. Его лицо, настроение, голос - все поменялось как по щелчку пальцев.
—Т-Тоору!—обиженная тем, что все так закончилось, она покраснела еще сильнее.
—Как быстро ты перехотела спать, надо было всего то подразнить тебя, хи-хи! Заходи скорей. —перешагнув порог дома, она стала снимать с себя пальто, как вдруг голова стала кружиться то ли от жары, стоящей в квартире, так как окна были закрыты, то ли от того, что она перевозбудилась. Она стояла спиной к нему, продолжая раздеваться. Повесив пальто, шарф и разувшись, ее подхватили сильные руки и понесли в спальню. Он положил ее на кровать, нависнув сверху, так, чтобы она смогла смотреть только ему в глаза. Свет горел только в прихожей, так что в остальных комнатах царила темнота, но и такого незначительного освещения хватало, чтобы видеть лица друг друга. Его глаза горели, в то время как ее лицо было обескураженным. —Я тебя не отпущу, пока ты не скажешь мне, как много ты видела.
—Это так важно для тебя?
—А за каждую дерзость я буду тебя наказывать, начиная с этого момента. Поэтому лучше говори сразу, чтобы потом не плакать.—усмехнулся он.
—Это угроза?—усмехнулась она в ответ.
—Раз.—и, словно молния, он прильнул к ее шее и слегка надкусил, отодвинув воротник черного джемпера. Ария сдавленно вскрикнула, а после простонала, закусив губу, когда его влажный дерзкий язык облизнул укус. —Я предупреждал. Так что, скажешь или ты мазохистка?
—...—пауза—А! Ты ничего не говорил про молчание!
—От тебя почти не пахнет алкоголем, неужели ты меня обманываешь?...—вновь коснувшись языком ее шеи, он провел до самой мочки уха. Кожа горела, что означало наличие алкоголя в теле.
—Я знаю лишь про то, что ты хотел меня сводить куда-то там!—вскрикнула она, чувствуя, как он наклоняется, чтобы еще раз укусить.
—Послушная девочка... Я сейчас принесу тебе водички, а то ты вся горишь.—спокойно произнес Тоору и пошел на кухню, улыбаясь по дороге, вспоминая ее растерянное лицо. Но когда он пришел, то девушка уже была в стране Морфия. Растрепанные волосы, как черные лианы, были разложены вокруг ее головы. Сомкнутые коленки, ручки, лежащие по обе стороны от головы. Еле слышное дыхание, медленно поднимающаяся и опускающаяся грудная клетка, слегка приоткрытый ротик. —Как ты можешь быть одновременно такой непредсказуемой и дерзкой, но в то же время такой беззащитной и очаровательной?... Я не понимаю...