Призрачные касания

— Хватит на меня так смотреть, — девушка поднимается на ноги вся красная, как помидор.

— Ты родилась такой, не я этому причина, — в след за ней он встал на ноги и отряхнул одежду от листвы, еловых иголочек и прочей грязи, что успела прилипнуть к одежде, — Ты говоришь, что твои щёки огромные, но я же вижу маленькое целованное солнышком создание, что затмит всех крашенных сучек, — почти крикнул он, а Катерина широко заулыбалась, стараясь не показывать этого.

— Не кричи на всю улицу, — оправившись от смущения и лестной лавы, она повернулась к нему и строго глянула.

— Хватит, — он подошёл к ней впритык и положил свои руки на скулы девушки, — Выкини эти мысли из головы, — Сергей убрал спавшую прядь обратно за ухо, — Ты красивая, милая, интересная, а самое главное настоящая...

От этого слова скулы свело до боли. Нет, она не настоящая... Она держит в себе всю грязь, улыбаясь на публику. Это ненастоящие эмоции, как и она сама...

— Нет, — поникнув головой, она убрала его руки со своего лица, — Я такая же двуличная, как и весь этот мир, — она, скрыв глаза за ладонями, отворачивается от его зелёных.

— Ты сильная. Да, ты улыбаешься через боль, но ты всё равно настоящая, — Разумовский берёт её за руку и разворачивает к себе, смотря в закрытое ладонями лицо, — То, что вижу я, и что я слышу в твоей голове, это прекрасно. Ты творишь, ты фантазирует, ты видишь... Видишь, то что не замечают другие, — он убирает её руки с лица, видя выступившие из глаз слёзы, — Ты особенная...

"Не правда"

— Правда. Я не могу тебе соврать, — он смахивает слезинку с её щёк, — Я говорю тебе со стороны, как вижу, а поверить ты просто обязана.

— Но...

— Никаких "но". Скажи, что ты самая прекрасная девушка на всём белом свете, — серьёзно сказал он.

— Я же, — он сверкнул зелёными глазами и тогда она сдалась, — Я самая прекрасная девушка на всём белом свете, — крикнула она  в блистающую гладь воды.

***

Дома никого не оказалась, кроме пушистого друга, что прибежал встречать хозяйку и Сергея.

— Привет, любовь всей моей жизни, — девушка взяла на руки питомца и поцеловала в макушку.

— Ты его каждую минуту целуешь, а меня вот ни разу ещё, — возмущённо пробормотал Сергей и отвернулся от Катерины.

— Не заслужил ещё, — отпустив кота, она сняла с себя обувь и прошла в комнату.

— А он заслужил? — состроив удивлённый тон, продолжил возмущаться рыжик.

— Ещё восемь лет назад, когда только появился в моей жизни, так что, да. Он заслужил, — пошла на кухню за котом, дабы покормить прожорливое создание.

Парень фыркнул, смотря на кота, что тёрся у ног девушки, пока та мыла его миску. Он аккуратно подобрался к пушистику и шикнул из-за спины, однако кот и усом не повёл.

— Я думаю, ты ему тоже не нравишься, — смеясь поставила она на подоконник миску, и кот принялся уплетать еду.

— Хоть где-то у нас проскальзывает взаимность.

— Не возмущайся, — выключив свет на кухне, она удалилась в комнату.

Солнечные лучи проскальзывали сквозь окна и дарили тепло и уют. Гробовая тишина во всей квартире расслабляла и успокаивала, унося в дивный мир фантазии и красок.

Катерина надела наушники и легла на освещённую светилом кровать, что пригрела и убаюкала почти сразу. Её глаза закрылись, мышцы расслабились, а разум воспринимал дивные мелодии.

Без тебя жизни нет, я не могу найти...
Сколько не жмись к стене сквозь неё не пройти...
Не одного пути, грешной души в земель...
Без тебя смысла нет, без тебя жизни нет...

Мелодия наполняла разум приятными воспоминаниями прошлого, в которых она резвилась, в которых она была счастливой, как никогда.

Говорят, за счастье нужно платить. Видимо, это была правда, ибо другого подлого объяснения всему не найти. А цена счастью велика. Не заплатишь – потеряешь его, заплатишь – будешь разорён до конца своей жизни, но зато с улыбкой на лице.

Без тебя жизни, нет... Жизни нет...

Одинокая фотография, как по закону подлости, падает на пол и разбивается на множество осколков. Из забвения музыки её выводит, именно, звук бьющегося стекла. Она подлетает с кровати и поднимает фотографию. Маленький прозрачный осколок скользит по бумаге, а после касается нежной кожи, раня руки.

Катерина одёргивает их и подносит ранку к губам, слизывая кровь с пальца.

— Чёрт!

— Что случилось? — Разумовский пришёл на звук, как и кот стоящий сзади парня. Наверное, оба выясняли отношения наедине.

— Ничего страшного, — махая рукой на кучу осколков, говорит девушка.

— Я так тебе и поверил, — он подходит к ней и смотрит на ранку, что совсем не кровоточит спустя пару минут.

— Видишь, — стараясь не вызывать лишнее беспокойство, сказала Катерина.

— Как это случилось?

— Наверно, подул ветер и она упала, — рамку уже точно не спасти, а ведь она так нравилась девушке.

— Кто это? — Сергей указал на фотографию в её руках, а девушка наконец вспомнила, что до сих пор держит её в своих руках.

— Мой дедушка, — показывая на не совсем старого, но уже и не молодого мужчину, Катерина тепло улыбается и показывает на второй силуэт, — А это я.

Совсем маленькая девочка, укутанная в многочисленные слои тёплой одежды, так ещё и в пухавик, стояла рядом с мужчиной, в таком же экипировании. Потерянные глазки смотрели на большую рыбу в руках дедушки, а он сам широко улыбался пойманному трофею.

— Он редко фотографировался, поэтому эта единственная фотография со мной, — она грустно улыбнулась, — Он научил меня любить мир вокруг, и сейчас я просто обожаю выезжать за город, на природу, куда-нибудь подальше от всей суеты и серости, в мир прекрасного, чтобы ощутить его присутствие рядом, — она усмехнулась своим же словам, но так вздохнула о их значение, — Могу сказать, что он внёс в мой мир что-то внеземное.

Катерина подходит к окну, взирая на солнце, что собирается уходить с неба, но увы покинуть его не сможет.

— Моя первая рыбка была золотой. Знаешь, как в сказке. Это был маленький карасик, который запутался в сети. В свете заходящего солнца, она отливал чистым золотом и я подумала, что это рыбка исполнит моё желание. Я вытащила её и, сказав тихо-тихо своё заветное желание, отпустила. Она была счастлива, уплывая от меня, а за спиной стоял дедушка и улыбался.

— Тебе ведь больно, — смотря в прозрачные глаза, в которых мелькали те воспоминания, он коснулся её щёки.

— Нет, что ты, просто... Просто я скучаю, — она поднимает взгляд к небу, к тем самым пушистым облокам и улыбается. — Просто то волшебство из детства, пропало с его уходом. Он, он был таким счастливым...

Она прокручивает в голове его улыбку, его смех, его объятия и приятный странный запах, что исходил лишь от этого мужчины. Он чем-то напоминал запах старинных книг и пыли.

— Наверное он многое отдал за своё счастье. Жаль, что я не смогла... — слеза прокатилась по щеке, спадая на пол. — Когда я болела, меня часто отправляли к дедушке и бабушке. Он любил что-то делать и показывать мне, дарить и смотреть на мою улыбку. У меня до сих пор есть дедушкины бусы, которые он мне подарил в пять лет, — она срывается с места и копается в одном из выдвижных ящиков по итогу доставая небольшое украшение из ярких бусин. — Правда, красивые?

Небольшого диаметра бусы лежали на ладонях. На пожелтевшей, но очень уж крепкой нитке, были нанизаны совершенны разные бусинки. То большие и пёстрые, то маленькие и мрачные, то фактурные и сияющие, то обычные и выцветшие. Оно не было даже симпатичным. Но было дороже бриллиантовых камней, золотых слитков и всех драгоценностей Земли, потому что оно до сих пор пахло старинными книгами и пылью.

Тучкой маленькой обернусь, над твоим крохотным домиком...
Разрыдаюсь косым дождём...
Знаешь я так соскучился...

— Он всегда будет рядом, — поднимает он за щёчки личико девочки, что снова потревожила осиный улий и сейчас мучается от боли.

— Я знаю, но этого мало, — она прижимает к себе фотографию и бусы, будто пытается протиснуть их в свою душу и похоронить вместе с прочими сокровищами, что таятся под присмотром злого дракона. — Я даже не попрощалась...

— Тебе было восемь.

— И я так соскучилась... — она опускает голову и всхлипывает, не держа в себе ни капельки боли.

— Я знаю, солнышко, — он прижимает её к себе и пытается успокоить. — Тихо-тихо, — гладит по дрожащей спине он маленького ребёнка и хочет приласкать расколотое сердечко.

— А ведь я пришла домой веселая и счастливая в преддверии нового года и собирались наряжать ёлку, — она снова смотрит на багровое небо и ели видно улыбается, — А там папа сидит и смотрит в темноту... Он умер, не дожив до 2014, и этот год мы встречали с печалью в глазах и пустотой на душе.

Она перестает улыбаться, всхлипывать и плакать. Она не двигается...

— А потом у меня появился Е́шик, — она смотрит на кота, что лежит на стульчике и нежится в лучах солнца. — Спустя месяц мама принесла этот комочек домой, и он стал моей болью и любовью... Он был таким крохотным, озорным и... он был так похож на меня.

— Ты его любишь, — понимая, что она испытывает каждый раз, видя пушистика на коленях.

— Иногда я думаю, что это дедушка послал его мне, и так образом он приглядывает за мной, утешает и дарит любовь, — кот посмотрел на девочку и подбежал к ней, запрыгивая на колени. — Он был великим человеком, возможно, только для меня, но я никогда не забуду его...

Глаза потихоньку закрылись в затянувшейся тишине, и она опустилась, как листочек осенью, на кровать. Сергей поцеловал её в лоб и устремил взгляд на тусклое небо, прося утешить и забрать боль ребёнка.

________________________

Автор решил немного пооткровенничать и поплакать... Шучу, много поплакать.