Будь хорошей девочкой

Все фанатки Олега, простите автора за такую главу 😭
________________________________

Новый день не приносит облегчения. Скулю от боли и обиды в своём тайном кабинете, а потом выхожу, надевая маску управляющего. Даже не с кем поделиться горем. Лишь Яна и брат. Номер психолога удалила. К нему больше не буду обращаться. Я для себя закрыла всё, что могло как-то касаться Вани.

Сегодня сдам все ювелирные украшения. Поеду в автосалон. Обменяю свою шикарную машину на вариант попроще. Всё же привыкла к тому, что можно сесть за руль и угнать туда, куда глаза глядят. Хотя сейчас и ехать-то некуда.

Днём, смущаясь, заходит Настя. Что-то случилось? Только не это. Хватает своих забот. Я, в надежде забыться, взяла ещё работы. Пусть голова будет забита только ею. Нет моральных сил думать о несправедливости Вани и любви Олега. Бежать глупо. Но пока дала себе передышку. Надо успокоиться. Понять. Принять.

— Варвара Степановна...

— Да? — откладываю бумаги, приведённые в порядок. Через двадцать минут будет пациент. Выпить кофе или посмотреть ещё одну смету?

— Не знаю, входит ли это в круг моих обязанностей... — Настя мнётся. Когда успела покрасить волосы в огненно-красный цвет?

— Говори.

— Случайно наткнулась на статью... она касается Ивана Сергеевича и... вас. Сожалею о расставании...

Закрываю глаза и медленно выдыхаю. Эти журналисты уже не первый раз портят мне жизнь. Когда успели прознать, что мы порвали? Прошёл всего день! Мамочки родные.

— Не стоит. Где прочла? — словно моё сердце не рухнуло на пол и его не растоптало стадо лошадей. Неужто Ваня так подставил? Решили же расстаться друзьями. Якобы.

Настя открывает ссылку на компьютере и покидает кабинет. Умничка. Не жалею, что наняла её. Смотрю на экран. Всё та же жалкая «газетёнка». И всё тот же человек даёт интервью. Анжелика Ивановна. Хочется кричать! Меня точно ждёт катастрофа. Пробегаюсь по строчкам глазами. Ох...

«...Наконец эта жалкая пародия женщины оставила моего сына в покое! Ваня достоин большего. Я ему с самого первого дня говорю — бросай её. Ничего хорошего она не принесёт в семью. Он принял верное решение...»

Комната плача, я иду к тебе! Колочу подушку. Бесшумно кричу все ругательства, что знаю. Пускаю десяток слёз. Так хочется взять что-нибудь тяжёлое и пойти к этой старухе. Высказать всё, что накипело. Сделать ответный ход. Опозорить её. Но... нет. Не мои методы. Заставляю себя угомониться. Работа поможет мне забыть обо всём. Хотя бы до того, как лягу спать.

Стоило шагнуть в свой светлый кабинет, вижу его. Этот облик. Такой родной и такой ненавистный. Со своей любовью, которая не нужна никому! Может, спрятаться? Глупо. Тем более, что он меня заметил. Обернулся. Стоит тут с шикарным букетом. Смотрит этими преданными глазками. Делает шаг по направлению ко мне. Качаю головой.

— Серьёзно?! Имеешь наглость приходить сюда после того, что сделал? — вместо приветствия бросаю ему в лицо.

— Варвара...

— Уходи! Видеть тебя не могу! Мне опостылела ваша проклятая семейка! Чёртова мать! Ваня! Ты! Сговорились? Ты мне противен! — с каждым предложением его лицо становится всё мрачнее. Взгляд непривычно пуст. — Что ты хочешь? К чему эти цветы? Ты разрушил мою жизнь. Понимаешь? Зачем вообще явился?

— Я люблю тебя, — наконец, эти слова доходят до того, кому предназначались. Вот только я не желаю получать этот «презент».

— А мне не нужна твоя любовь! — зло кидаю я. Олег вмиг меняет. Сжимается. Не может защититься от такого удара. Нет, я не должна жалеть его. Не должна переживать о его чувствах. Нужно поставить себя на первое место. — Зачем ты вмешался в наши отношения? Тебя это совершенно не касалось!

— Что он давал тебе кроме секса?

— А ты мог подумать о том, что меня это устраивало?

— Устраивало? — Олег в разочаровании опускает букет, но достаточно быстро возвращается из фрустрации. — Знаю, что ты хочешь большего. Я дам тебе всё. Всё, что пожелаешь. Варвара, я готов ко всему. Переезжай к нам с Милашкой. Я... — лезет во внутренний карман пиджака и достаёт то, о чём я так давно мечтаю. Белый квадратный футляр. Мгновенно раскрывает его. Кольцо. Стою не моргая. Поставки воздуха в организм прекращены. — Выходи за меня. Давай создадим то, что нужно нам обоим. Семью.

Ещё пара секунд, и я упаду в обморок. Предложение? Что происходит? Что творит? Мы слишком плохо знаем друг друга. Это невообразимо! Олег спятил!

Вот, сбываются мои мечты. Сколько ночей об этом думала? Сколько грёз было на эту тему. Это твоё. Бери. Олег готов отдать себя целиком и полностью. Но нужен не он. Нужен был Ваня!

— Издеваешься?! — нервно усмехаюсь и чувствую, как дёргается глаз. — Я люблю Ваню. Это ты понимаешь? Не тебя! Какая свадьба? Из ума выжил?

— Да. Я рехнулся. Все мои мысли только о тебе. Не могу прожить и дня, не услышав твой голос. Всё моё существо тянется сюда. К тебе. Я просто бредил от одной только мысли, что ты где-то там, раздеваешься перед ним... он тебя целовал. Он дарил тебе тепло. Но мы знаем, что оно было не настоящим. Тебе нужно только лучшее!

— Это ты-то лучшее? Считаешь себя достойным? — в каком-то умопомешательстве кричу я.

Лучше бы заткнулась. Зачем мучать этого влюблённого дурачка? Для чего растаптывать его сердце? Чтобы сделать так же больно, как он сделал мне? Мщу?

— Наверное, нет, — с грустью соглашается он. Пыл неожиданно угасает. Опускает глаза в пол. Зря пришёл. Эти признания совсем неуместны.

— Если бы не твой брат, я была бы совершенно другой! Питал бы ты нежность ко мне? Слабой, трусливой, жалкой, с самооценкой у плинтуса. Очень легко любить такую сильную женщину какая я сейчас. Вот только мне не нужен ты. Нужен тот, кто поднял меня с колен. Вложил в меня силы. Деньги. Нервы, — презрительно осматриваю его с ног до головы.

— Я готов сделать не меньше! — подаёт голос.

— А я уже не нуждаюсь! Помощь мне больше ни к чему.

— А любовь? Ребёнок?

— Это низко — давить на больное.

— Прости. Я не хотел тебя задеть...

— Тогда надо было молчать! И не лезть не в своё дело! Уходи и больше не возвращайся!

— Варвара... я...

Подхожу к столу и нажимаю кнопку на телефоне, соединяющую с Настей.

— Проводи, пожалуйста, Олега Сергеевича на выход и попроси охрану больше не впускать его в это здание.

Олег ошарашено смотрит на меня. Не ожидал? Шах и мат! Ты мне не нужен. Не нужна ни одна нить, что ведёт к Ване. С работы вот только не уйдёшь. Она слишком необходима, чтобы забыться и обеспечить себе жизнь.

Олег шагает ближе. Кладёт букет на рабочую поверхность. Опускает ту самую заветную коробочку. Раскрывает рот в попытке что-то сказать. Получается лишь невнятный хрип. Не моргает. Мне кажется, или его глаза блестят? Разочарован? Я была такая же вчера. Один: один. Что за мерзкая игра?

Огибаю его и выхожу, хлопнув дверью. Проклятый пациент, который уже наверняка сидит в кресле. Я невероятно зла! Надо продышать своё бешенство.

С ума сойти можно! Пару минут назад мне сделали предложение. Сердце щемит, но не от радости. Все внутренности скулят. Мышцы воют. Это разочарование на его лице... Эта боль... Не хочу винить себя, но зря была так груба. С этим светлым и милым мужчиной. Таким хорошим и... устроившим катастрофу в моём мире. Ядерный взрыв. Катаклизм. Всеразрушающий потоп. Огонь, уничтоживший мою жизнь. Отнявший всю радость.

Ночью вся подушка снова в слезах. Здоровый сон меня покинул. Только несбывшиеся надежды мелькают перед глазами. Вот бы Ваня меня любил. Вот бы он хотел узаконить отношения. Вот бы подарил сына. Или дочку. Дом. Тепло. Уют. Но его образ медленно испаряется, и является Олег. Тянет ко мне руки. Падает к ногам. Молит о возможности осчастливить. А я властно гоню его от себя, словно он чумной.

Пытаюсь забыться в работе, да не сильно получается. Ничего-нечего, надо дать себе время. И Олегу. Рано или поздно он забудет меня, найдёт другую. Душа сжимается в горошину. Я не люблю его, но почему мысль о том, что меня вновь сменят, выворачивает наизнанку? Вроде не нужна его симпатия, но внутренности трепещут от осознания того, что меня, наконец, принимают. Любой. Жизнь так несправедлива. Голова, ты должна быть забита цифрами, а не этим влюблённым остолопом! Покинь мои мысли! Хочу забыть тебя!

Вчерашний букет забрала Настя. А вот кольцо... я была готова смыть в унитаз, но рука не поднялась. Слишком тепло память отзывалась об Олеге. Слишком много приятных воспоминаний, разделённых даже вот за этим столом. Общие мысли и мечтания, которые он разрушил.