Будь хорошей девочкой

Милашку долго на приём ждать не пришлось. В первую же субботу она прибывает в клинику. Вокруг сразу меняется атмосфера, прям как от Вани. Словно с её появлением мир становится светлее. Хочется веселиться и шутить. Я откладываю все свои бумаги, и переключаюсь на эту обаятельную девчушку.

— Привет! — та почти визжит.

— Привет, Милашка!

— И ты туда же? Папа добьётся чего хотел, и меня каждый встречный будет так называть.

— Тебе не нравится? Только скажи.

— Просто Милана, пожалуйста. Это прозвище делает из меня пятилетнюю козявку.

Я улыбаюсь. По моему мнению, это очень уютная замена имени. Но если хозяйке это неприятно, зачем тогда её мучить?

— Пойдём провожу тебя в кабинет. А потом схожу за ассистентом.

Зову Жанин. Давненько мы не работали вместе. Та откладывает сплетни с девчонками и соглашается помочь. Правда жутко недовольна, что я дёргаю её с обеда. Ворчит, что я ненормальная, раз соглашаюсь на работу нон-стоп. Да и вообще продолжаю пахать при своём-то любовнике. Я на это только отшучиваюсь. Нет настроения спорить.

На ресепшене встречаем Олега. Здороваюсь. Тот благодарит за помощь. Что ж, ради Миланы я готова на многое.

— Знакомьтесь. Это Милана — племянница Вани. Это Жанин. Администратор данной клиники. По совместительству моя подруга, — представляю девушек в кабинете и тянусь за хлопковым халатом. Да. Сверлить зубы в дорогущем костюме так себе идея. В следующий раз надо будет переодеться.

— Приятно познакомиться!

— Взаимно.

Осмотрев Милану, нахожу лишь пару мелких недочётов, которые тут же и исправляю. Делов-то. Идеальный пациент. Хотя, со сложными случаями работать интереснее.

— Вот и всё, — резюмирую я. — Даже слишком быстро.

— Да. Спасибо, — Милана улыбается. — Насмотрелась я на ужасные зубы деда. Почти вся челюсть искусственная. Я так не хочу. Вообще никак не пойму, чего тут страшного? Как думаешь, страх стоматологов может передаваться по наследству? У меня в семье все мужчины боятся. Совсем вы и не пугающие.

— Я так точно, — подмигиваю.

— У отца зуб ноет уже несколько дней, и знаешь, что он делает? Ничего! Как так можно? Принимает обезболивающее и мучается дальше.

— Скажи ему, что это не дело. Можно очень усугубить проблему. В обморок будет не только от цены за лечение падать, но и от боли. Я знаю, о чём говорю.

— Я-то понимаю! А вот ему не могу втолковать. Он порой как ребёнок. Как будто это я родитель, а не он, — Милана закатывает глаза.

— Передай ему слова высококвалифицированного специалиста, то есть мои.

— Слушай, а может ты сама ему и скажешь? Меня он не слушает. А ты вон какая деловая. Тебе точно поверит. У тебя сейчас есть время? Впервые радуюсь тому, что я несовершеннолетняя и для заключения договоров мне нужен папа.

Разве могу я бросить человека с больным зубом? Нет. Конечно, постараюсь помочь. Наверняка моей репутации в их семье это пойдёт на руку. Может, расхвалят меня перед Анжеликой оба её сына и внучка, и та сдастся? Примет меня. Самой себе противно за эти мысли.

— Пойдём. Попробую что-нибудь сделать.

— Варя, я тебя просто обожаю! А уж если ты уговоришь папу, то... то... не знаю! В ресторан тебя свожу мой любимый. Давай?

— Я не против, — улыбаюсь. Понимаю, что хочу провести побольше времени с Миланой. Почему? Неясно. С ней уютно. Комфортно. Весело. Она вселяет в меня уверенность. Даже гордость за саму себя. Такое пьянящее ощущение. А кроме как на семейных вечерах мы и не встречаемся. Вот появился повод пообщаться вне рамок официальных приёмов.

Подходим к Олегу, он тут же делает серьёзное лицо. Секунду назад явно кривился от боли. Мужчины все такие? Не любят показывать слабину. Не выносят жалости. Но сейчас это глупо и даже опасно. Гной, киста, воспаление, потеря зуба, разрушение костной ткани, грануляции, гайморит, менингит — вспоминаю все последствия отсутствия лечения. Стоит пугать Олега всеми этими словами?

— Вы уже закончили? — невозмутимо уточняет он.

— Пройди в мой кабинет, пожалуйста, — с какого края подступиться? В панике выдумываю варианты.

— Зачем?

— Нужно обсудить план лечения.

Да, только не Миланы, а его самого. Вхожу в комнату, где только что занималась зубами Миланы, и включаю спокойную музыку. Поможет это создать умиротворяющую атмосферу?

— У Милашки какие-то серьёзные проблемы? — Олег нервно озирается по сторонам, смотря то на кресло, то на пугающие инструменты.

— Нет, у твоей дочери всё прекрасно. Она очень ответственно подходит к этому делу.

— Да уж. Даже не знаю, в кого она такой любитель врачей.

— Позволь мне помочь с твоим... — указываю в сторону его лица. Флюс? Или мне мерещится воспаление? — У тебя нет повышения температуры?

— Со мной всё в порядке, — лицо снова принимает мученическое выражение, но лишь на долю секунды.

— Ты в курсе, что можешь лишиться зуба? Не стану тебя пугать остальными страшными последствиями, но боль, которую ты испытываешь сейчас — начальная стадия. Если ничего не предпринимать — она будет только нарастать.

Олег хмурится и молча смотрит на меня.

— Позволь мне взглянуть. Я не вру пациентам, и, если тебя ждёт порция мук, я озвучу это. А также вколю двойную порцию анестезии. На какое-то время ты перестанешь испытывать страдания, — продолжаю я.

Признаться, у меня был опыт уговоров в предыдущей клинике, но он не был настолько личным. Обычно медики в госучреждениях не занимаются подобными вещами. Если человек не хочет быть здесь — скатертью дорожка. Пациентов было слишком много для того, чтобы умолять их приходить. Но я не могла так просто отпустить мученика. Я знала — последствия могут быть очень плачевными. Скорее всего вернутся сюда же за лечением. И расхлебывать мне. Только будет в три раза сложнее.

Олег молча садится в кресло. Я снова вызваниваю свою подругу и надеваю перчатки и маску. Олег открывает рот. Слава богу, гнойных воспалений нет. А вот кариес... Они с Ваней правда похожи. Что у первого куча проблем (была), что у второго. Надо сделать снимок, для уточнения. Теперь на это уговаривать?

— Не всё так плохо, — улыбаюсь, стараясь успокоить его нервы. Как раз входит Жанин. — Нужно сделать КТ, чтобы я точно понимала, как за один раз избавить тебя от мучений. Но... к сожалению, соседние ребята тоже нуждаются в лечении, — кажется, Олег в шоке. — Сказала же, что не буду лгать. Можешь обратиться за рекомендацией к брату, он подтвердит, что я делаю свою работу максимально аккуратно. Ты не пожалеешь.

Он лишь молчит и хлопает глазами. Справилась?

— Пойдёмте, я вас провожу, — Жанин, соблазнительно виляя бёдрами, уводит Олега за собой. На него тоже глаз положила? Хотя она всегда такая обольстительница. Сейчас крутит с Алексеем. Тот одаривает её подарками. Кажется, наконец Жанин всё устраивает. К сожалению, у меня всё меньше времени на неё. Она недовольна. Я и сама не рада. Я с детства постоянно была чем-то занята и у меня никогда не было времени заводить друзей. Сейчас друзья появились. Но времени на них снова нет.

Ох-ох... картина на снимке не самая красивая. Лечением тут если и занимались, то это было слишком давно, чтобы это вообще можно было учитывать. Стыдить за это — не в моих правилах, но хочется сказать: «Ну как же так?» Согласится он на полноценную терапию? Или излечив то, что приносит боль, больше не вернётся? В любом случае, это его ответственность. Олег взрослый мужчина, который в состоянии сам принимать решения.

Даже с Ваней я не была так аккуратна, как сейчас с его братом. Мало того, что Олег боится, так ещё и небольшое воспаление здесь. Одно неверное движение, и муки усилятся.

Пятьдесят минут пролетают незаметно. Зуб вылечен, и, когда ткани вокруг успокоятся, он перестанет беспокоить.

— Готово, — озвучиваю я. — Анестезия будет сходить около пары часов. Может немного ныть, но со временем всё пройдёт.

— Спасибо, — кажется, он всё ещё в шоке от происходящего.

— Олег, — прочищаю горло, — не допускай повторения. Займись лечением. Это серьёзный вопрос. Ты же не хочешь искусственную челюсть? Насколько я поняла Милану, в роду у вас есть проблемы с зубами.

Он лишь отрешённо кивает. Надеюсь, что за рулём не он сам. В таком состоянии далеко не уедешь.

— Жанин, проводи, пожалуйста, Олега в комнату отдыха. Ему надо в себя прийти.

— С огромным удовольствием, — та расправляет плечики.

Выхожу к Милане. Она волнуется за папу. Можно её успокоить и даже обрадовать.

— Мы закончили. Надеюсь, не слишком сильно травмировала твоего отца.

— Варя, ты просто чудо! Я ему уже столько раз говорила, а тебя вот с первого раза послушался! Спасибо. Спасибо! Спасибо!

— Всегда пожалуйста. Хотела бы тебе сказать, что лечение окончено, но нет. Проблем много. Будет здорово, если Олег найдёт хорошего стоматолога.

— Да, — вздыхает Милана. — Боится он. Я думала, и тебе не дастся. Но хоть тут повезло.

— Он в комнате отдыха. Отходит от приёма.

Работы много. Пора бы к ней вернуться. Поэтому прощаюсь с Миланой.

— Ещё ужин за мой счёт, я помню. Ты просто... вау! Рада, что Ваня тебя нашёл. Надеюсь, он наконец перестанет менять женщин как перчатки и остановится на тебе.

Знала бы Милана, как я этого хочу.

***

Милана назначила встречу. Кажется, горит идеей встретиться тет-а-тет. Впрочем, как и я.

Сергей везёт за черту города. Тут столько природы. Я почти плачу. Так свободно. Хочется дышать полной грудью и кричать во всё горло. Вот только-только я стала узнавать себя настоящую и понимать, что действительно мне нравится. Открытое зелёное пространство — одна из любовей. И к путешествиям я пристрастилась. Ваня несколько раз вывозил меня в разные страны, и в каждой я с жадностью впитывала новый быт, искусство, образ жизни людей. Как ребёнок рассматривала всё вокруг и понимала, что счастлива по-настоящему.

Зима подходит к концу. Яна родит уже месяца через два, что даёт мне лишний повод для радости. Мы уже выбирались пару раз в детский магазин. И я утаскивала несколько пакетов с милыми розовыми вещами и всевозможными погремушками. У крестницы должно быть всё. Я так решила. И я обязательно помогу с этим.

— Ура! Я так рада тебя видеть, — Милана бежит ко мне с объятиями.

— Взаимно. Я ждала этой встречи.

— Добрый вечер, Милана Олеговна.

— Здравствуйте, мне как обычно, — важно заходит она в ресторан, и отдаёт приказ мужчине в костюме, что нас встречает.

Тот провожает за уютный столик, с панорамным окном, выходившим в лес. Снова этот вид свободы. Как красиво. Вздыхаю. Как я так неожиданно взлетела? Как оказалась в обществе значимых людей? В прошлой жизни ни за что не побывала бы вот тут. В таком шикарном и изящном месте. И дело не только в том, что тут заоблачные цены. Раньше я себя не ценила. Не выводила в свет. Дом-работа — это всё, что у меня было. И самое интересное, что я не стремилась к большему. Даже боялась мечтать. Посвятила себя чудовищу и считала, что такова моя судьба.

— Ваня говорит, тут потрясающие вина, — возвращает меня Милана с небес на землю. — Но мне пока ещё не продают.

— А сколько тебе, кстати?

— Пятнадцать. Но, кажется, отец до сих пор уверен, что мне пять.

— Опекает?

— Слишком! Я, конечно, всё понимаю, но надо же и меру знать. У всех друзей давно личный водитель. А меня папа возит. Представляешь, как мне стыдно? Я его люблю, конечно, но порой мне не хватает свободы.

— Понимаю. Даже слишком. Я о таком слове только в тридцать услышала, так что можешь не рассказывать.

— Правда? Это как?

— За меня тоже все родители решали, а потом и мой мужчина, — голос даже не дрогнул. Да и душа спокойна. Неужели добилась того, что это перестало волновать? Психологи творят чудеса, не иначе.

— И как же ты вырвалась?

— Тут помог твой дядя.

— А как ты с ним познакомилась, кстати? Колись. Так толком ничего и не рассказали мне. Люблю слушать истории первых встреч. Ты знаешь, мужчины не умеют рассказывать так, как это делаем мы.

— Всё началось довольно банально. Ваня пришёл в нашу клинику на приём. Как обычный пациент. Видимо, сама судьба распорядилась так, что он попал именно ко мне. Я тогда ещё не была управляющим, — пускаюсь в рассказ, убирая подробность о вакансии «личной проститутки». Мне самой эта история показалась сказкой. Неужели я её главная героиня?

— Так, Ваня тебя отбил?

— Слово «освободил» лучше подходит. Не самая лучшая идея, когда спутника жизни тебе выбирает отец.

— Точно! Или когда говорит, с кем лучше тебе дружить.

Я лишь киваю. Кого-кого, а вот друзей мне никогда не выбирали. А жаль. Хоть купленный, но был бы кто-то, с кем можно поболтать ни о чём, посекретничать и доверить свою боль.

Милана берёт на себя смелость в заказе блюд. Она разбирается во всех этих изысканных словах. Конечно. У неё опыта-то сколько. Не с рождения варится в этом всём, но явно не первый день.

— Милан, а не будет нагло с моей стороны спросить?..

— О чём?

— А где твоя мама? — этот вопрос так интригует. Понимаю, что это может быть больная тема, но так хочу узнать подробности. Может, стоило пытать Ваню? — Если не хочешь, не отвечай.

— Отчего же? Она у меня гражданин мира. Не задерживается надолго где бы то ни было. Ненавидит постоянство. Не выносит общественных правил. Свободная ото всего, — звучит словно мотивирующий текст. Так, что и тебе хочется жить подобным образом. — В том числе, и от дочери, — но эта фраза перечеркивает весь этот настрой.

Ох. Ей явно не хватает материнской любви. И в этом я её тоже понимаю. Поскольку объятия сейчас не совсем удобны, беру руку своей спутницы и крепко сжимаю. Как поддержать? Что сказать? Я не знаю абсолютно ничего о её матери. Не могу утверждать, что та любит Милану или хочет быть рядом. Ведь, была бы, если бы горела желанием.

— Прости, что затронула этот вопрос.

— Всё в порядке, — смахивает слезу. — Мне уже давно пора повзрослеть и принять факт того, что я интересую её максимум как подружка, которой можно позвонить и рассказать о своих приключениях. В том числе и на любовном фронте. Ненавижу слушать про её мужчин!

Я поджимаю губы. Идиотка! Любопытная Варвара — вот кто я. Расстроила эту прелесть. Скомкала и выбросила весь наш позитив.

— А как они познакомились? — надо переключить внимание Миланы, чтобы она перестала плакать.

— Мама в разъездах всю жизнь. В пятнадцать сменила очередную школу и попала в класс к отцу. Он говорит, что она была самая красивая девушка, что он видел. Сейчас добавляет, что теперь это звание моё, — хихикает и шмыгает носом. — Влюбился с первого взгляда. Обе семьи были против этих отношений, и тогда они перешли в разряд запрещённых. И это только усилило их связь. Вдвоём против целого мира! Папа был готов на всё. Любил до потери пульса. Я уверена, что мама не испытывала того же. Не знаю почему. Отец творил то, за что потом бывает стыдно. Несколько раз угонял машину дедушки. Постоянно куда-то сбегали, их было не оторвать друг от друга. Он тратил все свои карманные деньги. Делал немыслимые подарки. Ваня до сих пор вспоминает, насколько папа тогда был наивен — верил в будущее, которого быть не могло. Все знали, что рано или поздно, но и эта школа сменится другой. И останется лишь разбитое сердце. Так оно и случилось. Что ты думаешь они сделали, когда и вправду услышали о переезде? Собрали вещи и отправились в деревню. Были согласны прятаться, лишь бы не расставаться. Отец продал все ценности, что у него были, чтобы было на что питаться. Даже пошёл устраиваться на завод в соседний городок. Но, как ты понимаешь, достаточно быстро беглецов обнаружили. Думаю, соседи растрепали, когда увидели, что дом оживился. А там, кто знает. Маму тут же забрали и увезли. А через месяц объявили о беременности. Папа радовался. Но он был единственным, кому эта новость пришлась по душе. Хоть и говорит, что мама была на седьмом небе, я знаю, что это не так. Ей не нужно бремя. Кто-то заикнулся про аборт, но папа и слышать ничего не хотел. Уговорил бабушку с дедушкой оставить меня. Уверена, там был и шантаж, и угрозы. Даже не представляю... забеременеть в пятнадцать. И понятия не имею, как он смог взять на себя такую ответственность. Ребёнок — это не игрушка.

— Да уж... — слушаю, затаив дыхание. Боюсь даже шевельнуться, лишь бы не прерывать этот сказочный и такой пропитанный чувствами рассказ. Вот бы мне испытать такую бешеную любовь. Так, чтобы крышу сносило. Хотя... от Вани у меня всё бурлит внутри. Кажется, и я готова на подвиги ради него. А он?

— Мама родила. Меня передали в семью отца. Она звонила. Реже чем хотелось бы, приезжала. Мне её безумно не хватало. Бабуля с дедулей хоть и кажутся высокомерными, на деле они не такие. Сделают всё ради счастья своих детей. В том числе помогут вырастить внучку, — легко улыбается. — Если бы не они... Им было так тяжело морально, да и финансово. Они были по уши в долгах. Все мужчины семьи зарабатывали как могли, но было недостаточно, — так вот откуда у Анжелики эта идея фикс о богатстве. Всё дело в том, что они слишком долго были на дне. — Папа говорит, он меня очень ждал. Но что бы серьёзно он смог сделать сам без помощи? Спустя несколько лет работы за копейки, они с Ваней решились на бизнес, дабы обеспечить родителей и меня. Поэтому я не могу всерьёз сердиться на папу. Он столько сделал ради меня.

— Ох, Милана... я даже подумать не могла...

— Всё хорошо. Я ни в чём не нуждаюсь. У меня есть даже больше, чем нужно. Не считая одного из самого главного.

— Можно всё же обниму тебя? — нет, я должна это сделать. Прижать к груди это солнышко.

— Об этом даже спрашивать не нужно.

— Хоть и с нотками печали, но у тебя потрясающая история появления на свет. И такая же семья.

— Да, мне с ними повезло. Прям сразу перехотелось обижаться на отца за его гиперопеку.

— Да, понятно, отчего он так поступает.

— Обязательно скажу, что люблю его, когда увижу. Мы так редко говорим эти слова, правда?

— Слишком.

Я вот вообще не говорю. И в свою сторону, кажется, ни разу не слышала искренне произнесенное «люблю». Может, пора исправляться? В голове всплыли Тимофей и Яна. Я их искренне обожаю. Сложно то же самое сказать про родителей. А Иван? Питаю к нему особые чувства? Надо ответить «нет». Но сердце отбивает «да-да».

Ужин заканчивается быстрее, чем хотелось бы. Мы никак не можем наболтаться. Но пора закругляться. У меня ещё дела, да и Милане завтра в школу. Так что...

— Надо почаще нам с тобой встречаться, — уже на улице воркует Милана. — Папа сегодня даже позвонил всего один раз. Значит, с тобой не страшно меня оставлять, — смеётся. — Когда я с друзьями, он звонит каждый час, наверное. Считает, что они дурные. Но я-то умничка, не буду совершать глупости.

— А может, иногда надо? Чуток, — подмигиваю и вижу Олега, стоявшего у машины и ожидающего дочь. После этой истории он неожиданно вырос в моих глазах. Почему-то хочется гордиться за него и одновременно пожалеть. Первая любовь оборвалась так скоро.

— Ну, наконец. Добрый вечер, Варвара, — здоровается он.

— Добрый, — киваю в ответ. — Дай угадаю. Ты так и не пошёл ко врачу, — то ли в шутку, то ли серьёзно выдаю я. Всё же ему стоит посетить стоматолога и срочно.

— Меня ничего не беспокоит, — пожимает плечами.

— Ты ждёшь, когда начнёт? — мгновенно осознаю, что сейчас стою и отчитываю взрослого мужчину, который ко мне не имеет никакого отношения. — Прости, это не моё дело.

Олег внимательно смотрит на меня. Хмурится. Недоволен? Что ж, имеет право.

— Всё правильно, Варечка. Может, хоть ты ему мозги вправишь, — вклинивается Милана. — Неужели не помнишь, как дед страдал, когда ему всё резали и выдирали? Не стоит играть с огнём.

— До встречи, — бестактно смываюсь. Подняла эту явно больную тему и ушла. Кто так делает? Жмурюсь и сажусь в свою машину. Идиотка. Надо подружиться с родственниками Вани, а не заставлять их ненавидеть меня.