...

Глава 56. Быть обласканной

_____________________

Лу Мянь сама прижалась к ней, и Линь Цзянь от этого была приятно поражена.

Воздух был таким тёплым, что кружил голову. Лу Мянь снова и снова слышала её нежные мольбы и восхищённые слова — каждое из них проникало в самое сердце, питая её собственнические чувства.

Женщина повернулась, умоляюще взглянула на неё мягкими, чарующими глазами.

— Мянь-Мянь…

Лу Мянь поддалась соблазну, схватила её за подбородок и наклонилась, запечатывая её губы поцелуем. Линь Цзянь ответила с той же страстью.

Будто забыв обо всём на свете, она полностью утратила контроль. В её голове была лишь одна мысль — стать ближе к Лу Мянь. А когда разум, опустошённый от наслаждения, наконец прояснился, она уже оказалась на полу.

Маленькая фиолетовая игрушка исчезла — Лу Мянь её забрала. На покрывале расплылось большое тёмное пятно.

Лу Мянь не спешила помогать ей подняться. Лениво откинувшись на кресло, она осмотрела свои пальцы, поднесла их к носу, вдыхая аромат, а затем наклонилась вперёд и легонько похлопала Линь Цзянь по щеке, призывая прийти в себя.

Та сразу поняла намёк. Собрав остатки сил, приподнялась и, обхватив её пальцы губами, принялась очищать их.

Лу Мянь действительно была жестока. Каждый раз после подобных сцен она заставляла её делать это. И всё же Линь Цзянь нравилось это унизительное чувство.

А ещё всё происходящее отчётливо фиксировалось камерами.

Эта мысль пробудила в её воображении яркие картины.

Лу Мянь была так искусна, так наслаждалась и одновременно так ревновала.

Как жаль… Они обе многое упустили.

На самом деле, именно она должна была научить её всему — шаг за шагом, своим телом передавая каждый навык, каждое ощущение. Это было бы незабываемо.

Мянь-Мянь принадлежит только ей. Каждая тёмная, извращённая черта её натуры должна раскрыться исключительно в её руках.

Никто другая не сможет дать ей того, чего она жаждет.

— Ты сегодня пила таблетки? — спросила Лу Мянь, вынимая руку.

Линь Цзянь медленно поднялась с покрывала, подползла ближе, уложила голову ей на колени и взглянула снизу вверх.

— Как только проснулась, сразу выпила. Я даже сняла видео и отправила тебе.

— Правда?

— Конечно! Достань телефон и проверь.

Лу Мянь пока решила поверить ей на слово.

Время после было наполнено нежностью.

Она целовала её с ласковой медлительностью, а затем бережно перенесла в постель.

Линь Цзянь обнимала её, голос звучал мягко и удовлетворённо:

— Мянь-Мянь, сегодня весь день был таким насыщенным.

— Почему? — хрипло спросила Лу Мянь.

— Потому что я занималась только тем, что связано с тобой. А не так, как раньше, когда могла только наблюдать, как ты занята.

Линь Цзянь тихо спросила:

— Мянь-Мянь, если я всегда буду рядом, ты не устанешь от меня? Тебе не будет надоедать?

Будет ли? Лу Мянь и сама не знала.

Исходя из её опыта, если двое проводят вместе каждую секунду, рано или поздно это наскучит, начнёт раздражать.

Именно поэтому, вступая в отношения, она всегда считала важным сохранять пространство друг для друга.

Но Линь Цзянь…

— А ты чего хочешь? — спросила Лу Мянь.

— Просто быть рядом с тобой, заботиться о тебе, — ответила Линь Цзянь. — Я не хочу, чтобы такое повторилось. Чтобы ты заболела или с тобой что-то случилось, а я могла только беспомощно переживать дома. Чтобы я всегда приходила слишком поздно и ничего не успевала.

Она крепче прижалась к ней, голос её дрожал:

— Я не могу доверить тебя кому-то другому. А ещё… Тебя так много кто любит. Что, если кто-то этим воспользуется, а ты и правда влюбишься? Мне снова придётся ждать несколько лет? А потом мне уже будет тридцать. Вдруг тебе начнут нравиться молодые девушки? Мне так не хватает уверенности…

— Мянь-Мянь, в твоей работе ведь так часто бывают командировки. Уезжаешь на несколько дней, а я могу только ждать дома, не зная, когда тебя увижу… Это мучительно.

Линь Цзянь приводила один пример за другим, перечисляя свои страхи и тревоги, а затем осторожно озвучила свою просьбу:

— Позволь мне стать твоей ассистенткой, а? Я очень способная, точно справлюсь.

— Ассистенткой?

Линь Цзянь кивнула, игриво намотав на палец прядь её волос. В голосе всё ещё звучали мягкие, сладкие нотки недавней близости, и она капризно добавила:

— Угу. Мне даже не нужно платить, хватит еды, жилья… и чуть-чуть больше твоей любви каждый день.

Лу Мянь приподняла бровь. Может, похвалить её за экономность?

Чуть-чуть больше любви каждый день… Уж точно она метит на большее, чем зарплата в десяток тысяч.

А вдруг Линь Цзянь просто хочет в конце концов прибрать к рукам все её деньги?

Очень даже возможно. Эта мысль рассмешила Лу Мянь. Когда Линь Цзянь только вернулась в Цзянчэн, она ведь именно так её и подозревала.

Как же подозрительно.

— Я точно справлюсь! Ну пожалуйста, Мянь-Мянь, Мянь-Мянь~ — Линь Цзянь смотрела на неё с ожиданием, в её глазах мерцали звёзды, делая её взгляд особенно сияющим и притягательным.

Лу Мянь, глядя на неё, уже представляла, каким разочарованным будет её лицо, если она скажет «нет».

Может, потому, что только что хорошенько её помучила, заставила плакать… Но Лу Мянь вдруг ощутила к ней ещё больше нежности. И отказать стало почти невозможно.

Впрочем, она и не особо собиралась отказывать.

На самом деле, предложение было неплохим.

Её работа — не офис с графиком с девяти до пяти. Постоянные командировки, нестабильное расписание. Не раз бывало, что Линь Цзянь готовила ужин, который в итоге остывал и оставался нетронутым.

Каждый раз она старалась скрыть разочарование, улыбалась, как ни в чём не бывало.

Но Лу Мянь помнила.

Когда Лу Мянь уезжала за границу на показ, она смотрела записи с камер наблюдения. Линь Цзянь почти всё время просто сидела в задумчивости. Даже кормила Морковку механически, без души.

Будто в её мире ничего не осталось, ничто больше не могло её заинтересовать.

Это тоже часть её болезни? Разлуки были неизбежны, но каждый раз Линь Цзянь приходилось проходить через мучительную тень одиночества?

Даже когда Лу Мянь видела, как её кот сидит у двери в ожидании, у неё сжималось сердце. А Линь Цзянь? Она была такой хрупкой. Её нужно было беречь.

Почему бы не взять её с собой?

Лу Мянь уже в мыслях согласилась, но всё же решила пошутить:

— Ты хочешь отобрать работу у Тан Мэйли?

Линь Цзянь тут же замотала головой, поспешно ответив:

— Нет, вовсе нет! На самом деле, Сяо Тан давно хочет уволиться. У её родителей проблемы со здоровьем, они купили ей магазин в родном городе, хотят, чтобы она осталась там и заодно могла за ними ухаживать. Просто всё случилось так внезапно, а у тебя было не лучшее настроение, вот она и не успела тебе сказать.

— Разве она не брала отпуск из-за семейных обстоятельств?

— Да, но увольнение — это не просто мысли, она уже всё решила, — Линь Цзянь посмотрела на неё серьёзно.

Лу Мянь слегка прищурилась.

— Правда? Откуда ты знаешь?

— Я добавила её в WeChat, она сама мне рассказала.

— Сегодня?

— Угу…

— Значит, ты решила стать моей ассистенткой спонтанно?

«Спонтанно» — какое несправедливое слово. Если бы Лу Мянь только знала, как долго она этого добивалась…

Всё должно идти шаг за шагом.

В конце концов, упрямая просьба была удовлетворена.

Ночь выдалась поздней. Лу Мянь лежала на спине, Линь Цзянь устроилась рядом на боку, боясь на неё навалиться.

Они пожелали друг другу спокойной ночи.

Лу Мянь закрыла глаза, и сон быстро окутал её.

Сквозь дремоту она почувствовала, как Линь Цзянь осторожно коснулась её лба, затем нежно прижалась щекой, проверяя температуру. Убедившись, что всё в порядке, оставила лёгкий поцелуй.

Это не разбудило её. Напротив, ощущение было приятным, словно убаюкивающим.

Кровать была широкой, почти в два метра, а они занимали меньше половины.

Тёмные стены, сдержанный интерьер, но почему-то комната казалась такой тёплой.

Глубокой ночью, в неопределённый час, Лу Мянь вдруг проснулась.

Стоило ей чуть пошевелиться, как Линь Цзянь тут же встрепенулась, мгновенно придя в себя. Поднялась на локте, коснулась её лба, включила прикроватную лампу и, встревоженно глядя на неё, спросила:

— Тебе плохо?

Лу Мянь не было плохо.

Просто ей приснился сон.

Сон о той далёкой ночи, когда она заболела, а Линь Цзянь по ошибке дала ей не те таблетки.

Тогда её оставили в больнице на ночь под наблюдение. Линь Цзянь ни за что не хотела уходить. Осталась, чтобы ухаживать за ней.

Больничная койка была узкой, и Линь Цзянь заняла только самый краешек, боясь прижаться слишком близко.

Ночью, проснувшись от жажды, Лу Мянь увидела, как Линь Цзянь в темноте тянется к её лбу, так же, как сейчас, и тревожно спрашивает:

— Тебе плохо?

Она сама тогда устала, ей хотелось спать, но она не позволяла себе уснуть глубоко.

Она была там, рядом, охраняя её покой.

В ту ночь…

В тот момент, когда Лу Мянь увидела её взгляд, она так сильно её полюбила.

Настолько сильно, что поставила её на первое место в своём сердце.

Настолько сильно, что захотела быть с ней долгие-долгие годы.

Настолько сильно, что едва не поддалась безрассудному желанию — отдать ей всё, что у неё есть.

Лу Мянь говорила, что ей нужно время, чтобы принять это.

Но сейчас ей едва удалось сдержаться, чтобы снова не сказать, как сильно она хочет быть с ней.

Сдержаться, чтобы не поцеловать её.

Но она не смогла сдержаться, чтобы не обнять.

Линь Цзянь не сопротивлялась, только тихо спросила:

— Так не неудобно?

Нет.

Наоборот.

Обнимать её было удивительно приятно.

Впервые в жизни Лу Мянь поняла, что значит, когда говорят: «сердце наполняется».

— Мянь-Мянь? Почему молчишь? Не пугай меня… — встревоженно позвала её Линь Цзянь, снова коснувшись её лба. Она звала её раз за разом, в глазах нарастала паника.

Лицо перед ней слилось с образом девушки из сна, и Лу Мянь на мгновение потерялась в этом ощущении. В груди поднялась тёплая волна — воспоминания, нежность, желание удержать этот момент.

Она скучала по Линь Цзянь.

Покачав головой, она протянула руки и крепко притянула её к себе.

— Всё в порядке, я просто вдруг проснулась.

Линь Цзянь, как и тогда, послушно прижалась к её груди. Лу Мянь ощущала её тепло, её доверие.

С момента их воссоединения это был первый раз, когда она так открыто обняла её.

Линь Цзянь даже растерялась от неожиданности.

— Мянь-Мянь?..

— Со мной всё хорошо. Спи, — тихо проговорила Лу Мянь, не открывая глаз.

Её голос, глубокий и чарующий, звучал так мягко…

Она её убаюкивала.

Вот оно — чувство, когда тебя бережно лелеют и любят…

Линь Цзянь опустила взгляд, задумавшись о чём-то своём. Спустя долгое молчание, она тихонько придвинулась ближе к тёплому объятию, закрыла глаза и быстро уснула.

Она спала так спокойно.

Когда-то в больнице Линь Цзянь провела возле Лу Мянь всю ночь, даже не пытаясь скрывать свою заботу и тревогу. Вскоре об этом узнала вся школа. Это стало чуть ли не главной темой для обсуждений: разве они уже не встречаются?

То они на школьной экскурсии делили одну большую кровать, то потом всю ночь не отходила от больничной койки, не соглашаясь идти домой. А ещё эта особенная мягкость Лу Мянь, которую она позволяла только Линь Цзянь. Даже если они пока не были вместе, то явно шли к этому.

Сплетни разошлись так широко, что дошли даже до учительской. Там тоже шли разговоры, но в целом учителя решили не вмешиваться. С тех пор как Линь Цзянь села с Лу Мянь за одну парту, её оценки начали стремительно расти. А Лу Мянь была не из тех, кто вообще прислушивается к учителям — если бы она действительно увлеклась Линь Цзянь, то точно не из-за педагогического влияния.

Да и, в конце концов, могли ли учителя стать их главным препятствием?

Через несколько дней после болезни Лу Мянь родители оформили ей трёхдневный больничный, так что в школу она не ходила.

Вечерело. Закат окрасил небо мягким золотом. Линь Цзянь шла по дороге домой, за спиной школьный рюкзак, на плечах — белая форма, аккуратно выглаженная, без единой складки. Солнечные лучи ложились на её силуэт, и в этом было что-то красивое и немного печальное.

— Линь Цзянь!

Раздался голос. Она остановилась, обернулась — на лице уже играла лёгкая улыбка.

К ней подбежала Цзянь Сысы, едва переводя дыхание:

— Чего так быстро идёшь?

— Я не спешу, — спокойно ответила Линь Цзянь. — Что-то случилось?

Цзянь Сысы ухмыльнулась, схватила её за запястье и потянула в сторону тёмного переулка.

— Пошли, покажу тебе кое-что интересное.

Интересное?

Линь Цзянь не особенно удивилась. Она уже догадалась, что именно ей хотят показать, поэтому, когда Цзянь Сысы развернула экран телефона, демонстрируя подготовленный пост для форума, на лице Линь Цзянь не отразилось никакого шока. Только выражение немного помрачнело.

Цзянь Сысы насмешливо фыркнула:

— Видишь? Вот она — твоя настоящая суть.

Настоящая Линь Цзянь?

Брошенная после развода родителей. Девочка с «испорченными» генами. Ненужная обуза в доме дяди и тёти. Та, кто в детстве подбирала чужие сломанные игрушки, воровала еду…

Строка за строкой. Всё её прошлое — выставленное напоказ. Некоторые моменты были настолько детальными, что даже сама Линь Цзянь о них уже не помнила.

Она спокойно дочитала текст, затем вернула телефон хозяйке.

Цзянь Сысы усмехнулась:

— Ты ведь так старательно строила свой идеальный образ… Как думаешь, если я выложу это в сеть, тебе останется хоть капля лица, чтобы появляться в школе?

Она прекрасно знала, что для Линь Цзянь такой удар будет болезненным.

Как можно, обладая таким «грязным» прошлым, позволять себе выглядеть настолько безупречно?

Линь Цзянь посмотрела на неё, голос её был ровным:

— Чего ты хочешь?

— Ты и Лу Мянь встречаетесь?

— Нет.

— Врёшь?

— Нет.

— Хорошо, но ведь ты её любишь. И она тебя тоже, правда? — голос Цзянь Сысы стал тише. — Только не вздумай мне врать, иначе тебе это дорого обойдётся.

Линь Цзянь промолчала.

Но в такой ситуации молчание — уже ответ.

Цзянь Сысы усмехнулась, притворно всплеснув руками:

— Ой-ой-ой, интересно, а какую версию тебя любит Лу Мянь? Наверняка не ту, у которой за спиной это жалкое грязное прошлое.

Она сделала шаг ближе, голос её стал едким:

— Ты же понимаешь, что богатые презирают бедных? Посмотри на Лу Мянь — настоящая наследница. А её окружение? Сплошь обеспеченные люди. Единственное исключение — ты.

— Цзяньчэнская Первая Гимназия — почти элитная школа. И ты, наверное, самая нищая из всех её учеников, верно?

— Ты правда веришь, что Лу Мянь может любить тебя? Богатые притягиваются к богатым — их влечёт чужой статус, их восхищает чужая дальновидность. Хотя, о чём это я… тебе всё равно этого не понять.

Линь Цзянь слегка изогнула губы в улыбке — только вот тепла в ней не было.

— Да. Не понимаю.

— А хочешь, я опубликую всё это на форуме?

Она взглянула на неё, на секунду задумалась, затем спокойно произнесла:

— Не хочу.

Ну, разумеется. Цзянь Сысы этого и ожидала. Её усмешка стала ещё насмешливее, а голос — твёрже:

— Тогда быстро выкинь из головы мысли о Лу Мянь. После распределения по классам держись от неё подальше. И сама, и её чувства тоже должны забыть о тебе. Поняла?

Она лениво встряхнула в воздухе телефоном.

— Если я вдруг узнаю, что вы всё же встречаетесь…

Цзянь Сысы знала: перед ней стоит та же Линь Цзянь, которую она сломала много лет назад. Это уже стало привычкой — быть для неё давящей тенью, травмирующим воспоминанием, от которого невозможно сбежать.

Как и сейчас: Линь Цзянь стоит перед ней, без возможности сопротивляться, загнанная в угол.

Именно в этом заключалась уверенность Цзянь Сысы.

Ответ прозвучал таким, как она и хотела.

— Я поняла.

Но кому принадлежит Лу Мянь? Она любит Линь Цзянь? Насколько сильно?

Если она действительно её, разве главной преградой станет Цзянь Сысы?