...

Глава 47: Рана

Почему она отвергла её, но при этом не позволила сменить место?
________________________

Наконец Лу Мянь решилась произнести эти слова. Она почувствовала, как с души свалился камень, но тут же накатила всепоглощающая нервозность. Лу Мянь пристально смотрела на Линь Цзянь, боясь упустить хоть одно движение её лица, хоть малейший намёк на эмоции.

Сердце билось так сильно, будто вот-вот вырвется из груди, чтобы доказать, насколько она напряжена, насколько ей важно услышать ответ.

Линь Цзянь слегка распахнула глаза. В её взгляде мелькнуло нечто, что Лу Мянь не смогла понять.

Наступила пауза. Несколько секунд длились как вечность.

— Лу Мянь... — наконец, Линь Цзянь тихо окликнула её.

— Да? — ответила она, чувствуя, как горло пересохло.

— Что именно ты во мне любишь? — прошептала Линь Цзянь, её длинные ресницы задрожали, а голос прозвучал смущённо.

Что именно она любит в Линь Цзяни? Её красоту? Её характер? Её доброту? То, как она всегда внимательна к ней?

Лу Мянь могла перечислять это бесконечно, ведь она любила в Линь Цзянь всё.

— В тебе так много всего, что меня притягивает, — мягко и искренне сказала она. — Для меня ты идеальна.

После этих слов Линь Цзянь снова погрузилась в молчание.

— А чего ты хочешь, Лу Мянь? — её голос звучал так нежно и трепетно, что казалось, она готова исполнить любое желание.

— Я… — Лу Мянь набрала воздуха в грудь. Раз уж она уже всё признала, нечего больше скрывать.

— Я хочу встречаться с тобой, — слова прозвучали тихо, но решительно. И всё же сердце её сжалось от чувства вины. — Ты согласна?

— Лу Мянь… — Линь Цзянь взяла её за запястье. Её мягкая ладонь обжигала, заставляя дрожать. Она повела Лу Мянь в уголок класса.

Она подняла на неё взгляд. Её глаза заблестели, будто в них клубился туман, а уголки век покраснели, как у человека, который вот-вот расплачется.

У Лу Мянь защемило сердце. Она ощутила горечь сожаления — не слишком ли поспешно она решилась? Линь Цзянь казалась такой хрупкой, будто одно резкое движение могло причинить ей боль.

В то же время в душе росла надежда. Линь Цзянь ведь взяла её за руку. Может быть...

Но Линь Цзянь тихо произнесла:

— Лу Мянь, мы не…

Лу Мянь задержала дыхание, напряжённо вслушиваясь в каждое слово.

Будто не в силах ранить её, Линь Цзянь сделала долгую паузу, прежде чем продолжить:

— … не можем.

Лу Мянь застыла, словно удар грома разорвал её сознание. В ушах зашумело, а кровь прилила к голове. Спустя мгновение она с трудом выдавила:

— Это потому, что ты меня не любишь?

Линь Цзянь крепче сжала её запястье, закусив губу, и молчала, на её лице читалось смятение.

— Линь Цзянь, ты… — начала было Лу Мянь.

Неожиданно Линь Цзянь поднялась на носочки и обняла её.

Лу Мянь застыла, спина выпрямилась, а взгляд ушёл в сторону. Она откинула волосы за ухо и тяжело выдохнула, совершенно не понимая, как теперь дышать.

Каждый вдох и выдох был наполнен лёгким ароматом, исходящим от Линь Цзянь.

Линь Цзянь уткнулась лицом в её шею и тихо прошептала, как будто уговаривая:

— Лу Мянь, пожалуйста, не грусти, хорошо?

Она делала самые неоднозначные жесты и говорила слова, мягкие, но словно с лезвием внутри.

Отказала ей, но при этом утешает объятиями. Сказала, что они не могут быть вместе, но пытается убедить её не расстраиваться. Может быть, Линь Цзянь действительно видит в ней только хорошую подругу?

Лу Мянь усмехнулась в душе с горькой иронией.

Когда Линь Цзянь отпустила её из объятий, перед ней предстало лицо Лу Мянь, полное разочарования.

В глазах Линь Цзянь зажглась искренняя жалость. Она сжала её ладонь, нежно поглаживая её центр — жест настолько интимный, что посторонний мог бы подумать, что она согласилась на её признание.

Но Лу Мянь молчала. Между ними повисла неловкая тишина, какой никогда прежде не бывало. Линь Цзянь хотела что-то сказать, но так и не решилась. Спустя время она наконец убрала руку.

— Я пойду домой, — сказала она.

Лу Мянь не знала, что ответить. Её душу разрывало на части ощущение пустоты и боли.

— …Хорошо, — только и смогла выдавить она.

Она смотрела, как Линь Цзянь торопливо собирает вещи и уходит. Тяжёлый вздох сорвался с её губ. Тело казалось чужим, каждая мышца отказывалась двигаться. Ещё долго она стояла в углу, прежде чем тоже начала собираться.

Слишком поспешно, — упрекала она себя, вернувшись домой. Даже после душа ей не удалось успокоиться. Весь вечер и ночь она снова и снова прокручивала в голове момент признания, слова Линь Цзянь, её движения, выражение лица.

Линь Цзянь её отвергла.

Линь Цзянь её не любит.

Если не любит, почему была с ней так добра? Если не любит, почему уделяла ей столько внимания?

Если не любит, то зачем отказ сопровождался такой нежностью? Хотя… Линь Цзянь всегда была мягкой, это её природа.

Впервые в жизни Лу Мянь испытала такую боль. Внутри стало пусто, как будто вся смелость, что она собрала, превратилась в прах.

Она не сомкнула глаз всю ночь. Утром её тело ломило от усталости, а глаза горели от напряжения. Однако сон всё равно не приходил.

Предстоял учебный день. Лу Мянь заварила себе кофе. Мать, заметив её бледность и подавленный вид, встревожилась:

— Ты заболела? Тебе плохо? Может, остаться дома, взять выходной?

Лу Мянь хотела согласиться. Но был конец семестра, скоро экзамены, и на уроках обсуждали самое важное. Да и разве это не будет слишком мелодраматично — пропустить занятия из-за несчастной любви?

Она вошла в класс, едва успев к звонку. Перед тем как пересечь порог, её взгляд скользнул к партам. Линь Цзянь не было.

Лу Мянь облегчённо выдохнула, быстро прошла к своему месту, опустила рюкзак и села. Она делала вид, что занимается делами, словно ничего не произошло. Но частое биение сердца выдавалось. Она не могла себя обмануть.

Лу Мянь была настолько рассеянной, что даже не заметила, как староста попросил её сдать домашнюю работу.

— Ох, оставь её. Наверное, у А-Мянь сегодня плохое настроение, — вмешался одноклассник. — Может, её работа у Линь Цзянь. Попробуй позже спросить у неё.

— Точно, так и сделаю.

Домашняя работа у Линь Цзянь? Это было вполне вероятно. Иногда, когда Лу Мянь быстро справлялась с заданиями, Линь Цзянь забирала их, чтобы проверить. Это давно стало нормой — не только для самой Лу Мянь, но и для всего класса. Никто этому не удивлялся, все привыкли.

Но разве обычные одноклассники делали бы подобное? Именно такие мелкие, но значимые жесты придавали Лу Мянь смелости верить, что она занимает особое место в жизни Линь Цзянь.

В груди вновь защемило. Лу Мянь вдруг обратилась к парню за соседней партой:

— А где Линь Цзянь?

— Учитель позвал её. Должна скоро вернуться.

— Понятно.

Скоро вернётся? Лу Мянь совсем не хотелось её видеть. Что может быть хуже, чем продолжать сидеть за одной партой с человеком, который отверг твоё признание?

Стараясь избежать встречи, она направилась в медпункт, где, воспользовавшись знакомством с медсестрой, прилегла в кресло. Голова раскалывалась, сознание путалось. В полудрёме её разбудил громкий голос из динамиков:

— Всем ученикам одиннадцатого класса явиться в актовый зал для участия в лекции.

Лу Мянь совсем не хотела туда идти, но медсестра настояла, сказав, что это важно. Пришлось покинуть кабинет.

Актовый зал находился далеко, и Лу Мянь пришла последней. Внутри уже было шумно. Она оглядела зал, чтобы найти место, и заметила, что её одноклассники сидят плотной группой. Все места были заняты. Кроме одного — рядом с Линь Цзянь.

Лу Мянь на мгновение застыла, а затем повернула голову в сторону соседнего класса. Там было свободное место. Не раздумывая, она направилась туда.

У свободного места сидела девушка, которая, увидев Лу Мянь, казалась взволнованной и радостной, даже нервно сжала руку своей соседки.

— Лу… Лу Мянь, ты что-то хотела? — заикаясь, спросила она.

— Простите за беспокойство, это место свободно?

— Да, у нас как раз одного человека не хватает. — Девушка поспешно добавила: — Ты хочешь сесть?

— Можно?

— Конечно! — Девушка с готовностью подняла подлокотник, приглашая её.

Лу Мянь села, и тут же из её класса раздался возмущённый голос:

— Эй, Лу Мянь, ты что, предала нас? У нас же есть место! Зачем ты к четвёртому классу пошла? Линь Цзянь специально оставила место для тебя!

Лу Мянь видела это, конечно. Но…

— Я просто хочу сидеть здесь.

— Да что с тобой?

Лекция началась. Выступал пожилой мужчина с редкими волосами, его медленная речь с акцентом усыпляла всех. Лу Мянь пыталась не думать о Линь Цзянь, но мысли всё равно возвращались к ней. Девушка рядом протянула ей мятную конфету, сказав, что она помогает взбодриться.

— Спасибо, — поблагодарила Лу Мянь, взяла конфету и снова погрузилась в свои размышления.

Она думала о Линь Цзянь, не подозревая, что та весь этот час пристально смотрела на неё.

Наконец, сорокаминутная лекция закончилась. Лу Мянь не успела выйти, как её подруга Сюй Лулу тут же поймала её за руку и потащила на крышу школы.

— Что с тобой происходит? — начала Лулу с порога. — Ты не села рядом с Линь Цзянь и ушла к другому классу! Вы поссорились?

Лу Мянь не привыкла скрывать свои чувства, поэтому тихо, почти шёпотом, призналась:

— Я призналась ей в любви.

— Что?! — Сюй Лулу выпучила глаза, потрясённая до глубины души. — И каков результат?

Хотя ответ был и так очевиден. Этот напряжённый холод между ними, словно тишина перед бурей, говорил сам за себя — Линь Цзянь отказала.

Трудно было поверить, что Линь Цзянь могла отвергнуть Лу Мянь.

Лу Мянь глубоко вдохнула:

— Она сказала "нет".

Ожидаемо, но всё равно больно.

— А что именно она сказала?

Лу Мянь на мгновение погрузилась в воспоминания, её взгляд потемнел, голос дрогнул:

— Она сказала, что… у нас ничего не может быть.

— Да быть не может! — Лулу никак не могла поверить услышанному.

Промолчав несколько секунд, она наконец подняла руку и похлопала Лу Мянь по плечу, стараясь приободрить:

— Да ладно, не бери в голову. Это она виновата, раз не смогла разглядеть, какая ты классная. Не стоит из-за неё переживать, серьёзно. В мире полно людей и красивее, и добрее, чем Линь Цзянь.

Лу Мянь молча бросила на неё мимолётный взгляд.

Лулу, легкомысленная по натуре, наверное, не могла понять, каково это — быть отвергнутой человеком, в которого ты влюблён годами.

Все мечты, все надежды… всё рухнуло в одно мгновение.

Впервые Сюй Лулу увидела такую тоску в глазах Лу Мянь. Это заставило её слегка занервничать. После минутного молчания она выдавила ещё одно утешение:

— Ну, это как испытание, знаешь? Ты же столько людей сама отшила, теперь небеса, наверное, решили дать тебе понять, каково это.

Что? Испытание? Карма? Значит, это наказание за то, что она отвергала тех, кто ей не нравился?

И всё же, если подумать, Линь Цзянь тоже не виновата. Ведь любить невозможно заставить…

Лулу всё же не унималась:

— Знаешь, добиваться чего-то и не получить — это нормально. Нельзя всё контролировать. Погрусти немного, потом отпусти, ладно? А то что тогда делать тем, кого ты отвергла? Они ведь тоже как-то пережили. Эй, ты чувствуешь себя лучше? Лу Мянь, давай смотреть вперёд!

На крыше школы дул прохладный ветер. Он растрепал волосы Лу Мянь, заставив их спадать на лицо. Она молчала, опустив голову. Её лицо, обычно хладнокровное и равнодушное, теперь выражало грусть и редкую для неё хрупкость.

Вид этой беззащитной печали невольно просил утешить её, сделать всё, чтобы она снова улыбнулась.

На крыше был ещё один человек. Сюй Лулу, видя состояние подруги, решила, что ей лучше побыть одной, и ушла, ничего больше не сказав. Зазвенел звонок на урок, но Лу Мянь не пошевелилась. Её руки всё так же лежали на перилах. Она боялась возвращаться. Боялась снова встретиться с Линь Цзянь.

Как она сможет сесть за одну парту с тем, кто разбил ей сердце?

Неизвестно, сколько прошло времени. Наконец, человек, стоявший в стороне, сделал шаг вперёд.

— Лу Мянь.

Голос… На мгновение ей показалось, что это Линь Цзянь. Сердце замерло, а затем замерцало электрическим разрядом. Она обернулась и увидела, что перед ней стоит девушка из соседнего класса — та самая, которая сидела рядом с ней на лекции. Лу Мянь облегчённо выдохнула.

— Что-то случилось? Почему ты не на уроке? — с улыбкой спросила девушка, подойдя ближе.

— Да, немного. — Лу Мянь не хотела разговоров, её мысли были заняты другим. Она мягко намекнула: — Ты лучше иди, урок уже начался.

Но та покачала головой:

— Сейчас литература. Не знаю, знаешь ли ты этого учителя, но Фэн Лаотоу ужасно скучно читает. Я не могу это слушать.

— Хм, смело. — Лу Мянь усмехнулась. Девушка выглядела пай-девочкой, но прогуливала уроки с такой лёгкостью, что это даже казалось очаровательным контрастом.

— Лу Мянь, разве ты сама не такая? — с улыбкой спросила Су Юнь.

Лу Мянь промолчала. Су Юнь заметила, что если они продолжат оставаться на крыше, их может застать патрульный учитель, и это обернётся выговором и потерей баллов. Она предложила уйти в одно укромное место, где можно спрятаться и отдохнуть.

Лу Мянь нехотя согласилась. Но, следуя за Су Юнь, она невольно вспомнила, как прошлой зимой Линь Цзянь привела её в их «секретное место». Эти воспоминания тяжёлым грузом легли на сердце. Ей сразу захотелось повернуть назад, но, зная, что в классе сейчас идёт урок, и Линь Цзянь наверняка сидит на своём месте, Лу Мянь с усилием подавила свои сомнения и пошла за Су Юнь.

Они пришли в кабинет студенческого совета. Лу Мянь, не интересующаяся делами совета, даже не подозревала, что Су Юнь — в его составе.

Более того, Лу Мянь даже не знала, как её зовут. Ей казалось, что они уже пересекались где-то раньше, но точно она сказать не могла.

Прошло минут тридцать. Су Юнь заботливо оставила её в покое, не отвлекая разговорами. В тишине Лу Мянь снова и снова прокручивала в голове слова Сюй Лулу: «Не добиваться своего — это нормально».

Она пыталась убедить себя: «Хватит. Нужно перестать её любить». Но сердце снова и снова давало слабину.

Почему она так добра ко мне? Почему делает всё это?

Если бы Линь Цзянь не была настолько внимательной, настолько особенной… Если бы она отказала ей тогда без этого тёплого взгляда, без того прикосновения руки, без того объятия — всё было бы намного проще.

Из-за этих воспоминаний Лу Мянь не могла окончательно отпустить надежду. А вдруг… вдруг Линь Цзянь тоже её любит?

Нет, это просто моя фантазия, — угрюмо подумала она. Линь Цзянь, возможно, ведёт себя так с каждой.

Зазвенел звонок на перемену. Лу Мянь поблагодарила Су Юнь и вернулась в класс. По дороге она чувствовала себя крайне напряжённо. Но, увидев, что Линь Цзянь на месте не оказалось, с облегчением выдохнула.

Её парта выглядела так же, как утром, только теперь книги на столе были сложены ещё аккуратнее.

— О, А-Мянь! — удивилась Сюй Лулу, увидев её. — А Линь Цзянь только что убежала искать тебя!

Линь Цзянь пошла искать меня? Зачем? — Голова Лу Мянь закружилась от догадок, одна тревожнее другой. Она оглядела класс, заметила одну из одноклассниц и подошла к ней:

— Слушай, давай поменяемся местами?

Девушка опешила, словно ослышалась.

— Ты серьёзно?

— Да, серьёзно.

Хотя предложение казалось странным, перспектива сидеть рядом с Линь Цзянь, известной в классе как блестящая наставница, была слишком заманчивой. Девушка кивнула:

— Хорошо, но что мы скажем учителю?

— Я сама всё объясню.

— Ладно, договорились.

Лу Мянь вернулась к своему столу, чтобы собрать вещи. Их совместное соседство с Линь Цзянь оставило слишком много следов. На её столе оказались ручки Линь Цзянь, её подушка, тестовые листы, термокружка…

Каждая мелочь напоминала о днях, проведённых вместе. Грудь сдавило от воспоминаний. Боль и нежелание расставаться переплелись в её душе.

Но всё было решено. Теперь, когда ледяная стена между ними была пробита, их отношения никогда не будут прежними. Продолжать сидеть рядом — это только усугубит ситуацию для обеих.

Она аккуратно сложила все вещи, принадлежащие Линь Цзянь, и одну за другой вернула их на место. Затем, подняв свою парту целиком, направилась к новому месту.

Одноклассники в удивлении наблюдали за её действиями, словно стали свидетелями чего-то невероятного. Шёпот и тихие обсуждения тут же заполнили класс.

Именно в этот момент Линь Цзянь вернулась. Она остановилась в дверях, когда кто-то шёпотом спросил, что между ней и Лу Мянь произошло.

Услышав своё имя, Лу Мянь автоматически обернулась. Их взгляды встретились, но она быстро отвела глаза, стараясь не разглядеть выражение её лица, и продолжила двигаться с партой в руках.

Кто бы мог подумать, что Линь Цзянь вдруг бросится вперёд. Она быстро подбежала, обеими руками надавила на её парту, закрывая собой путь.

Её глаза, чуть покрасневшие, излучали упрямую решимость, немо кричащую: «Ты не должна уходить!».