...

Глава 37. Очарование

Когда она обняла её, Лу Мянь нахмурилась, пытаясь сбросить это чувство жара и головокружения, но безуспешно. Опьяняющее ощущение не уходило. Кажется, она действительно немного опьянела, но не понимала, почему фруктовое вино так на неё подействовало. Может, оно оказалось крепче, чем казалось, или, возможно, сегодня её состояние было не лучшим.

— Мянь-Мянь, ты вся красная. Тебе нехорошо? — Линь Цзянь, сидя напротив, обеспокоенно посмотрела на неё.

Когда Лу Мянь не ответила сразу, Линь Цзянь встала и протянула руку, чтобы проверить её температуру.

— Всё нормально, — Лу Мянь отложила палочки для еды и поднялась, забыв, зачем изначально согласилась поужинать с Линь Цзянь. — Я наелась.

— Хорошо, — кивнула Линь Цзянь, опуская руку. — Отдыхай, Мянь-Мянь.

Пока Лу Мянь направлялась к своей комнате, Линь Цзянь спокойно вытерла рот салфеткой и посмотрела ей вслед с лёгкой улыбкой. В её глазах блеснуло что-то торжествующее и уверенное, как у человека, который видит близкую цель. Она погладила рыжую кошку, угостила её куриным филе и, неспеша убрав со стола, ушла в свою комнату. Открыв шкаф, она выбрала наряд, который, как она знала, понравится Лу Мянь.

Войдя в свою комнату, Лу Мянь сразу умылась и переоделась в шёлковую ночную рубашку, затем устроилась на диване и закрыла глаза, пытаясь немного расслабиться.

Однако чем дольше она сидела, тем больше голова тяжелела, а лицо пылало всё сильнее. Спустя минут десять дверь открылась, и Линь Цзянь вошла в комнату.

На её лице играла улыбка. Она тоже уже приняла душ и, пользуясь тем, что в доме было тепло, была одета лишь в тонкий чёрный топ на бретелях. Хотя Линь Цзянь вольна была носить что угодно, Лу Мянь, даже в своём нетрезвом состоянии, помнила, что Линь Цзянь не должна быть в её комнате.

— Что тебе нужно? — хмуро спросила она.

Линь Цзянь взглянула на её покрасневшее лицо и мягко улыбнулась, отвечая:

— Мянь-Мянь, ты ведь опьянела, я просто пришла посмотреть, не нужна ли тебе помощь.

— Нет, не нужна, — отрезала Лу Мянь. — Если тебе нечего сказать, выходи.

Но Линь Цзянь не расстроилась и, казалось, не собиралась так просто уходить. Она смотрела на неё, словно пытаясь запомнить, какой Лу Мянь была в этот момент — с раскрасневшимися щеками, в лёгкой шёлковой ночнушке, совсем не похожая на себя обычно. Даже холодные слова теперь не звучали так угрожающе.

— Если тебе нечего сказать, уходи, — в голосе Лу Мянь зазвучала твёрдая нотка, не терпящая возражений.

Но Линь Цзянь, будто не услышав её, подошла ближе, заглянув ей в глаза с кокетливой улыбкой, в которой было что-то почти умоляющее:

— Мне правда нужно с тобой поговорить, но… боюсь, что ты рассердишься.

Лу Мянь хмуро посмотрела на неё, будто пыталась понять её намерения, но всё же закрыла глаза, давая ей возможность остаться.

Линь Цзянь, воспользовавшись этим, начала массировать её плечи, осторожно и нежно приближаясь к ней, обдумывая, как начать разговор. В уютном, тёплом воздухе, наполненном запахами их духов, возникла мягкая, притягательная атмосфера.

Кожа Лу Мянь была гладкой и упругой, приятной на ощупь. Линь Цзянь продолжала массировать её в тишине, не отвлекая её ни на секунду. Казалось, что её тело будто излучает тепло, как будто у неё жар.

Понизив голос, Линь Цзянь склонилась к ней и тихо позвала её имя. Лу Мянь открыла глаза, и её взгляд был затуманен от выпитого.

— Тебе было приятно, правда? — прошептала Линь Цзянь. — Ты даже немного задремала.

Лу Мянь прищурилась, её голос прозвучал глухо:

— Так почему ты всё ещё здесь?

— Ты действительно хочешь, чтобы я ушла?

Линь Цзянь надменно приподняла бровь и, словно обиженная, надула губы, но при этом не отодвинулась. Она нежно провела рукой по её волосам, затем по плечам, а потом, осмелев, уселась к ней на колени, обвив её шею руками.

Лу Мянь попыталась оттолкнуть её, но Линь Цзянь лишь крепче обняла её, прижимаясь ещё сильнее, так, что их лица почти соприкоснулись. Линь Цзянь, глядя ей прямо в глаза, сказала с ласковой мольбой:

— Мне нужно попросить тебя об одном деле, Мянь-Мянь…

Лу Мянь посмотрела на неё с обострившимся взглядом и тихо, но твёрдо сказала:

— Слезь.

— Не хочу, не слезу, — Линь Цзянь обняла её за шею, прижимаясь ещё ближе и ласково, как маленький котёнок, ткнулась носом в её щёку. — Мянь-Мянь, прости меня…

Тёплый выдох её слов касался лица Лу Мянь. Она отвернулась, но Линь Цзянь тут же снова приблизилась.

— Мянь-Мянь…

— Я правда виновата перед тобой. Прости меня за то, что моя кошечка поцарапала тебя… но… но…

Лу Мянь не выдержала этой тесной близости и, потеряв терпение, спросила:

— Но что?

Однако Линь Цзянь лишь неловко замялась, продолжая прижиматься к ней, касаясь лица и плеч, будто не решалась сказать всё прямо, время от времени выдыхая нежные слова, едва слышные. Она знала, как Лу Мянь реагирует на подобные прикосновения, и понимала, что выпитое вино уже подействовало на неё. В какой-то момент Лу Мянь уже не пыталась отстраниться.

Спустя мгновение её взгляд изменился, глаза заблестели, а румянец на щеках стал ещё ярче от горячего дыхания Линь Цзянь. В её глазах промелькнула тень смятения и какого-то неясного желания.

— Мянь-Мянь, ты ведь хочешь поцеловать меня, правда? — шёпотом, с хрипотцой спросила Линь Цзянь, взгляд её был не менее туманным.

Лу Мянь, балансируя на грани между ясностью и соблазном, с прищуром спросила:

— Линь Цзянь, ты специально меня напоила?

Линь Цзянь с лёгкой обидой в голосе ответила:

— Но ведь тебе самой понравилось это вино, и ты сама его выпила, не так ли?

Лу Мянь лишь тихо фыркнула.

Линь Цзянь, нежно и чуть капризно, продолжила:

— Но, Мянь-Мянь, у меня не было другого выхода… Я просто не хочу расставаться с моей кошечкой…

— Я боюсь, что трезвая ты не будешь такой мягкой.

С этими словами она склонилась и поцеловала Лу Мянь в губы, затем отстранилась, улыбаясь с очаровательной игривостью. Лу Мянь почувствовала себя словно пойманной в сети, не находя пути к отступлению.

После нескольких лёгких поцелуев и множества нежных слов, от которых её сердце замирало, Лу Мянь начала ощущать, как её мысли уплывают, дыхание стало прерывистым, а лицо ещё больше вспыхнуло. Взгляд её изменился, теперь он выражал не только сопротивление, но и заметное влечение.

Теперь Лу Мянь была не просто на грани — её взгляд стал захватывающе решительным. Линь Цзянь почувствовала дрожь по телу от того, как она на неё смотрела.

— Мянь-Мянь, тебе ведь хочется поцеловать меня, да? — мягко продолжала Линь Цзянь, запуская пальцы в её волосы. — Ты же взрослая, и нет ничего плохого в поцелуе, он может стать настоящей привычкой. Возможно, тебе просто понравилось то, что я дала тебе в прошлый раз?

С этими словами Линь Цзянь, медленно и соблазнительно, убрала волосы за ухо, обхватила лицо Лу Мянь и, склонившись, поцеловала её снова. Лу Мянь закрыла глаза, приоткрыла губы, и их поцелуй стал глубоким, сладким, будто они полностью погрузились в океан чувств.

Лу Мянь обняла её за талию, желая поцеловать ещё крепче, а Линь Цзянь, без остатка отдавая себя, позволяла ей чувствовать всё глубже и полнее. Она поняла, что Лу Мянь больше не выплёскивает гнев, как в тот прошлый раз, а напротив, погрузилась в этот момент с полной самоотдачей.

— Мянь-Мянь… — Линь Цзянь с трудом оторвалась, тяжело дыша, и, нежно поглаживая её лицо, смотрела на неё с мягкостью и обожанием.

«Морковка* ведь правда хорошая, — мягко произнесла Линь Цзянь, — сегодня он, наверное, напал на тебя, потому что подумал, будто ты пытаешься обидеть меня…»

[*по-хорошему, там должно было быть имя Рыжик, но оно для котов, так что я адаптировала имя для рыжей кошечки]

Лу Мянь прищурилась, не скрывая лёгкого недовольства:

— Ты решила так меня ублажить?

После поцелуя её голос звучал особенно низко и маняще, Линь Цзянь это безумно нравилось. Она снова прижалась к её губам, шёпотом умоляя:

— Так что… можно Морковке остаться? Обещаю, больше ничего подобного не повторится.

Лу Мянь с самого начала не планировала отправлять рыжего котёнка прочь. Она коротко кивнула:

— М-м…

И это тихое согласие было как знак, открывший доступ к более страстному поцелую. В порыве они обе оказались на подушке Лу Мянь. Линь Цзянь, сбитая с дыхания, лежала, тяжело дыша, её грудь вздымалась. Она посмотрела на женщину перед собой и прошептала:

— Мянь-Мянь…

Лу Мянь стояла над ней, облокотившись на колени с двух сторон её тела. Лёгкие волны её тёмных волос были слегка растрёпаны, добавляя к образу расслабленной, немного хмельной красоты.

Линь Цзянь смотрела в её глаза, чувствуя, как её сердце и каждое её чувство переполняются ожиданием.

Она ждала, что Лу Мянь позволит себе завладеть ей.

Сама Лу Мянь оставалась в сознании, понимая всё, что происходило, зная, что её поведение было на грани, но действие вина приглушало её самообладание, позволяя желаниям выйти наружу.

— Линь Цзянь, с каких пор ты стала так пренебрегать своими границами? — с тихой укоризной спросила Лу Мянь. — Из-за такой пустяковой просьбы?

— Нет, — Линь Цзянь поправила её, — Мянь-Мянь уже пообещала оставить Морковку. Теперь я прошу о другом.

Она перевернулась на живот, глядя на Лу Мянь с бесконечной нежностью, что плескалась в её глазах.

— Поцелуи… чтобы оставить Морковку, а теперь я прошу…

Она замолчала, наблюдая за тем, как на лице Лу Мянь появилась лёгкая растерянность, которую сменила хищная решимость.

Линь Цзянь ощутила, что Лу Мянь окончательно сломала её последние барьеры. Она прижала лицо к подушке, впитывая её запах, словно уже находясь в её объятиях.

___________________

Снаружи было темно и холодно, но в комнате горел тёплый свет. Часы пробили полночь, в тепле и влажности воздуха разливался сладкий аромат. Линь Цзянь была раскрасневшаяся, выполняя все указания Лу Мянь, заботясь о ней, не обращая внимания на себя.

Лу Мянь, с лёгким румянцем и туманом в глазах, посмотрела на Линь Цзянь и вдруг отстранилась, слегка коснувшись её щеки.

Чуть позднее, слегка обессилев, Лу Мянь встала и отправилась в ванную, чтобы снова освежиться и принять душ.

Когда Лу Мянь вышла из ванной, Линь Цзянь уже сидела на кровати. Окинув её оценивающим взглядом, она, словно предчувствуя, что её могут выгнать, сама потянулась к Лу Мянь и, нежно обняв, принялась целовать её лицо.

Тело Лу Мянь излучало приятное тепло, и Линь Цзянь словно полностью утопала в этом уюте, её каждая клеточка сходила с ума от обожания этого ощущения.

— У меня больше нет сил, Мянь-Мянь… не прогоняй меня…