...

Глава 18: Извинение

Извинение, которое запоздало на семь лет.
_________________

Лу Мянь на мгновение застыла, но затем хладнокровно ответила:
— Да, я её знаю. Что случилось?

— Дело в том, что мы посмотрели её список контактов и обнаружили, что она трижды пыталась вам дозвониться. Скажите, вы сейчас в Цзяньчэн? Она находится в полицейском участке, её психологическое состояние не очень хорошее. Могли бы вы забрать её?

Это было не то, чего Лу Мянь боялась в худшем случае, и она слегка выдохнула с облегчением. Повернувшись, она направилась к прихожей. "Хорошо, я сейчас приеду," — ответила она.

Дождь продолжал лить, и по пути Лу Мянь несколько раз пыталась отправить сообщение Линь Цзянь. Каждый раз, как останавливалась на светофоре, доставала телефон, но ответа не было. Это её беспокоило. Она не могла избавиться от множества тревожных мыслей. Когда она припарковала машину и раскрыла зонт, быстрыми шагами направилась к полицейскому участку.

Полицейский, встретивший её у входа, спросил, по какому поводу она пришла. После объяснений её проводили в комнату отдыха. В комнате была только Линь Цзянь — одинокая и подавленная. Лу Мянь встала в дверях и тихо окликнула её:
— Линь Цзянь?

Линь подняла взгляд, и в её пустом взгляде мелькнула смесь радости и чувства вины.

— Мянь... — начала было Линь, но осеклась. Она встала, вытащила платок из кармана и подошла к Лу Мянь, чтобы вытереть дождевые капли с её лица.

Лу Мянь отстранила её руку, не позволяя делать что-то лишнее. "Что случилось?" — с волнением и заботой спросила она, оглядывая Линь Цзянь.

Линь молчала, и полицейский ответил за неё:
— Некоторое время назад эта девушка позвонила нам и сообщила, что её преследуют. Преследователя, некоего Хо, мы уже задержали.

Хо... Тот самый Хо Сюн, который устроил скандал в ресторане?

Лу Мянь нахмурилась.
— А она...?

— Не волнуйтесь, девушка не пострадала. Мы уже записали её показания, и она может идти домой. Но из-за такого сильного дождя все наши полицейские машины заняты, и, возможно, ей сейчас нужно быть с кем-то рядом, поэтому...

Линь Цзянь стояла в стороне, опустив голову.

Лу Мянь поняла, что вела себя слишком резко, и кивнула:
— Поняла.

---

Когда они вышли из полицейского участка, холодный ветер и дождь делали воздух почти непроницаемым. Лу Мянь раскрыла зонт, и они встали рядом. Зонт был достаточно большим, но дождь лил так сильно, что к моменту, когда они добрались до машины, обе промокли.

— Ты не пострадала? — спросила Лу Мянь, доставая несколько салфеток, чтобы вытереть себя, и протянула их Линь Цзянь.

Мокрые волосы Линь липли к её лицу. Она послушно взяла салфетки и начала вытирать своё лицо.

— Совсем нет, не переживай, — ответила она.

«Хо Сюн всё это время преследовал тебя?»

«Да, но теперь у него, скорее всего, не будет такой возможности».

Естественно, ему придётся отправиться в тюрьму. Лу Мянь больше не стала задавать вопросы — она явно чувствовала, что Линь Цзянь не хочет говорить об этом, её это раздражает.

В машине был включён кондиционер, и напряжённое, дрожащее тело Линь Цзянь постепенно начало расслабляться. Она тихо извинилась:

«Прости, что снова доставила тебе столько хлопот. В тот момент я действительно сильно испугалась, и первой, о ком я подумала, была ты. Я импульсивно позвонила тебе. Я не хотела тебя беспокоить, а потом уже вмешалась полиция...»

Лу Мянь бросила на неё короткий взгляд и заметила на лице Линь выражение вины и беспокойства.

Она переживала? О чём? О том, что Лу Мянь станет ещё больше её ненавидеть?

Лу Мянь прекрасно понимала: Линь знает, что она не хочет быть рядом с ней. Линь помнила её слова — кроме возвращения ключей, никаких других контактов. Но в такой ситуации, когда дело касалось неотложных и серьёзных обстоятельств, Лу Мянь не могла поступить чересчур жестоко.

«Всё в порядке, я понимаю», — сдержанно ответила Лу Мянь.

Лу Мянь выглядела более мягкой, чем в прошлый раз, но Линь Цзянь прекрасно осознавала, что это всего лишь вежливость, забота о её состоянии. Внутри Лу Мянь оставалась такой же, как прежде — холодной и отстранённой. И после того, как она отвезёт Линь домой, снова не захочет иметь с ней никаких дел.

Это так обескураживало.

Ночные улицы были особенно пустынными. В замкнутом пространстве автомобиля казалось, что в мире остались только Линь Цзянь и Лу Мянь.

Это напоминало ту дорогу, по которой они вместе возвращались после поздних занятий в старших классах.

Тогда они обычно шли плечом к плечу. Зимой Лу Мянь привыкла прятать руки в карманы, но с какого-то момента она начала опускать руки вниз, чувствуя, как тыльная сторона её ладони касается руки Линь. Это будоражащее чувство всегда заставляло её сердце замирать, а потом Линь брала её за руку.

Но это всё в прошлом. Сейчас Лу Мянь не стала бы делать ничего подобного.

И уж тем более не стала бы ждать, что Линь возьмёт её за руку.

Лу Мянь вела машину, а Линь Цзянь наблюдала за её профилем. Она выглядела так красиво за рулём — чёткая линия подбородка, высокий нос, идеальный профиль, к которому не придерёшься. Её слегка вьющиеся длинные волосы были заправлены за ухо, а серьги чуть заметно покачивались. В её манере была ленивость, но в то же время — скрытая агрессия. Раньше Лу Мянь была наивной и искренней, а сейчас она действительно напоминала ту самую «плохую женщину».

Ту, которая может заставить многих страдать, оставаясь при этом хладнокровной, холодной и безучастной.

И всё же невозможно было не восхищаться ею.

Линь Цзянь отвела взгляд, словно боялась, что если посмотрит ещё хоть немного, то больше не сможет отвести глаза.

— У меня есть несколько слов, которые я хочу тебе сказать.

— Какие слова?

— Слова, которые я задолжала тебе семь лет.

Слова, которые задолжала семь лет? Лу Мянь, казалось, уже знала, о чём Линь Цзянь хочет сказать.

Они не раз поднимали тему прошлого с тех пор, как встретились снова, но Линь Цзянь ни разу не говорила об этом прямо. Почему сейчас вдруг решила? Впрочем, Лу Мянь не боялась.

Между ними всё изменилось, и теперь Лу Мянь не была в слабой позиции, она могла спокойно смотреть в лицо их общему прошлому.

— Мянь-мянь, прости. Семь лет назад я должна была извиниться перед тобой.

— Раньше... это была моя вина, я сделала твою юность такой тяжёлой и болезненной.

— Понимаю, — спокойно ответила Лу Мянь. — Я принимаю твои извинения.

Линь Цзянь тихо усмехнулась, опустив глаза.

— Мянь-мянь, разве можно быть такой великодушной?

В глубине души она хотела, чтобы Мянь-Мянь разозлилась, чтобы сказала, что никогда её не простит. Тогда у Линь Цзянь была бы возможность попытаться загладить свою вину, разве не так?

Она опустила голову ещё ниже, её лицо почти полностью скрыли волосы. Лу Мянь же оставалась спокойной и сказала:

— Линь Цзянь, неважные вещи можно принимать с лёгкостью, так почему бы не быть великодушной?

— Тем более, ты на самом деле ни в чём не виновата. Моя односторонняя привязанность — это была моя ответственность, независимо от того, каким был результат.

Но как бы то ни было, для Лу Мянь это всё уже не имело значения.

После выпускных экзаменов они полностью прекратили общение и не связывались до недавнего времени.

Честно говоря, Лу Мянь тоже пришлось пережить очень тяжёлый период. В то время она не могла думать ни о ком, кроме Линь Цзянь. Она думала о ней дни и ночи, не зная, как справиться с тем отчаянием.

Но время лечит. Постепенно она смогла выйти из этого состояния, увидеть мир вокруг, познакомиться с новыми людьми, обрести новых друзей. Линь Цзянь вспоминалась всё реже, а когда это происходило, уже не приносила ту же горечь и боль. Лу Мянь наконец оправилась от этой «болезни».

Позже она начала встречаться с добрыми и искренними девушками. Без лжи, без тьмы, без той бесконечной боли. Когда отношения не складывались, они расходились, оставаясь в хороших отношениях. Так она узнала, что расставание тоже может сопровождаться улыбками.

Когда она услышала о свадьбе Линь Цзянь от друзей, она искренне пожелала ей счастья.

Нет ничего такого, с чем нельзя было бы смириться. А если смирилась — значит, это больше не важно.

В салоне машины повисла гнетущая тишина. Только шум дождя и машины окружал их. Глядя на дорогу, ведущую к Иньцюйскому переулку, Лу Мянь заметила, что глаза Линь Цзянь уже были на мокром месте.

От Линь Цзянь исходило такое сильное чувство отчаяния, что даже Лу Мянь могла это ощутить.

Почему так? Ведь это Линь Цзянь сама отказалась от неё.