Плохие дни
Хуа Чэн/Се Лянь
Яяя принесла вам зарисовку в честь того что заболела😔😔😔😔Очень спонтанная, потому что написанная она меньше чем за два часа на одном вдохновении и словах цзецзе о том чтобы я продолжала, потому что они милашки и ей понравилось.
Осторожно, что-то может триггернуть вас!!!
***
В плохие дни Се Лянь не хотел никого видеть. В плохие дни Се Лянь не хотел ничего делать. В плохие дни Се Лянь чувствовал себя ожившим трупом. В плохие дни ему было нужно только тепло рядом.
Тепла этого он никогда не искал от кучи одеял, что накладывали на него друзья, потому что беспокоились. Никогда его не хотел от обогревателя, прикаченного впритык к постели где он лежит. Ни от кипятильного чая, ни от горячей воды в ванной, потому что "Се Лянь, нужно!". Тепло это было от чего-то таким далёким будто так могло светить только солнце. В плохие дни солнце обычно не светило. Было пасмурно или шёл дождь, потому что в плохие дни всегда ломило кости, Се Лянь отчётливо это помнит. Но тепло всегда было. Далеко, но даже когда это была гроза оно грело. Совсем-совсем слабо, но всё же грело.
Се Лянь хотел найти его. Порывался в самые-самые плохие, когда уже невыносимо было больно и холодно, когда успокоить не могли даже грелки и горы обезболивающих, когда он орал на друзей, срывая голос, когда раздирал себе горло в порыве горьких воспоминаний и плакал. Много-много плакал. Се Ляню не хотелось ранить это тепло своим холодом, своими криками и действиями, поэтому он успокаивался и зарывался в одеяла, стыдливо пряча голову в подушку. Потому что тепло обязательно должно было видеть в нём только хорошее.
Се Лянь старался показывать Теплу только хорошее. Се Лянь дарил Ему цветы и водил в кафе, заливисто смеясь с Его шуток. Се Лянь Ему улыбался. Се Лянь Ему в плохие дни писал, чтобы не беспокоился и спокойно учился, потому что он просто подхватил простуду и не хочет Его заразить. Тепло всё равно пришло к нему в плохой день.
— Гэгэ! Этот Саньлан решил, что раз уж гэгэ болеет, стоит принести ему лекарства. И я принёс горячий куриный бульон. — Тепло кричало из гостиной, пока шло к нему в комнату, когда Он распахнул дверь улыбка с Его лица сползла и Он уставился на забившегося в угол Се Ляня, царапающего своё горло. Тепло тут же подбежало к нему, схватив за руки, останавливая от вреда себе и посмотрело в глаза. — Гэгэ! Гэгэ!
Се Лянь уставился на Него. Нет, нет, нет!! Его Тепло не должно было увидеть его таким. Он зажмурился и сглотнул, тяжело оперевшись головой о стену, для этого склонив голову. Неудобно.
— Хуа-эр... — прохрипел Се Лянь и заплакал, потому что "Нет, Он не должен был видеть! Ему нельзя, Он уйдёт, точно уйдёт!". Он почувствовал как Тепло прижимает его к Себе и гладит по волосам. — Солнышко-о-о-о, — Захныкал он и вжался в Него, цепляясь за одежду, ткнулся в плечо, всхлипнув зашептал: "Прости, прости, прости".
— Гэгэ, гэгэ, тише... Саньлан тут, — Хуа Чэн растерянно гладил его по волосам и прижимал ближе к себе, мыслями метался от того чтобы остаться тут и успокоить гэгэ до того чтобы перенести возлюбленного в постель укрыть одеялами, накормить тёплым супом, и напоить чаем, и остаться. — Саньлан всё сделает, только гэгэ нужно сказать что именно.
— Рядом... Ты.. Хочу... — Неразборчиво хрипел Се Лянь, и всхлипывал, и цеплялся за своё Солнце, за свой Мир.
Саньлан аккуратно поднял их и перенёс в постель укрыв одеялами, хотел уже пойти за горячим чаем, но Се Лянь его не пустил, вцепился словно утопающий в спасательный круг и глядел глазами такими безумными. Утопающим он и был: в своём прошлом, в своих мыслях, в Нём. В Саньлане. В его Тепле.
Хуа Чэн остался.
***
В плохие дни Се Лянь не хотел никого видеть, кроме Саньлана. В плохие дни Се Лянь не хотел ничего делать, кроме того чтобы проводить время с Саньланом. В плохие дни Се Лянь себя чувствовал ожившим трупом, только Саньлан делал его не ожившим, а живым и даже не трупом, а человеком. В плохие дни Се Лянь позволял Саньлану быть рядом, потому что он - Тепло.
Они просыпались рядом и Саньлан сразу знал, что у гэгэ сегодня плохой день. Потому что ночью гэгэ ворочался и прижимался ближе к нему. Саньлан позволял гэгэ не отпускать себя столько времени, сколько гэгэ надо, чтобы проснуться окончательно и понять что кости ужасно сильно болят. Тогда Саньлан вставал, укрывая гэгэ одеялами и они грели, потому что это Саньлан его накрыл. Саньлан шёл за грелками и они грели - Саньлан ведь их подготовил и положил на него. Саньлан готовил им горячий завтрак с чаем и это тоже грело - Саньлан ведь сделал. Кости переставало ломить всего-то пару часов спустя и день уже не казался таким уж плохим, потому что Саньлан всё ещё рядом, и целует его, и гладит, и обнимает. И шепчет, что всегда будет рядом и, что гэгэ обязательно станет лучше. Саньлану не нужно было упрашивать его не скидывать с себя одеяла, потому что Се Лянь не скидывал. Саньлану не нужно было упрашивать его поесть, потому что Се Лянь уже, потому что Саньлан очень вкусно готовит. Саньлану не нужно было упрашивать его пить лекарства, потому что они больше не были нужны. Потому что Саньлан был его Теплом, Саньлан его очень скоро вылечил.
Теперь кости болели только когда погода была дождливая. Теперь он не царапал себе горло и не кричал. Теперь он улыбался больше. И даже в плохие дни на губах обязательно проскакивала улыбка, потому что Солнцу улыбаться легко.
***
— Гэгэ, сегодня пасмурно, дать тебе таблетку? — Спрашивает Саньлан с самого утра, целует в лоб, уже поставив завтрак на тумбочку у кровати.
— Солнышко моё, — шепчет в ответ Се Лянь и притягивает его к себе за шею, видя как очаровательно Саньлан краснеет, не смотря на то, что Се Лянь уже пару лет его так называет. Они улыбаются друг другу. — Останемся сегодня дома, м? — Саньлан кивает и чмокает его в губы.
Теперь у Се Ляня под боком всегда мило сопело собственное Солнце.
***
Возможно немножко смазанно, но я старалась 😔😔