42.
Зря я разрешила Тому влезть в дела своих родителей.
У меня есть очень плохие подозрения.
Похоже он снова занимается подпольными боями.
Могу даже сказать, я в этом уверена. Мне он говорит что работает в охране в ночные смены. Я в это верила целую неделю, пока однажды он не пришел с разбитым носом и синяками по всему телу. Он отделался тем, что у них было ограбление, и поэтому пришлось приложить физическую силу.
Я этому поверила, звучало слишком реалистично.
Но такое стало повторяться всё чаще и у меня появились подозрения.
Он не называл мне адреса работы. Это капец как напрягало. Мы даже умудрялись ссориться из-за этого.
Я решила, что прослежу за ним. Если я не увижу всё сама своими глазами, то точно сойду с ума.
Том спустился на первый этаж поправляя ворот куртки. Он зашел на кухню. Подойдя ко мне он поцеловал меня.
— Всё, мне пора. Не скучай, малышка,— он потрепал мои волосы и направился в гараж.
— Пока пока,— я послала ему воздушный поцелуй и вернулась к своему йогурту и ноутбуку.
Время было 22:40.
Когда ворота закрылись, я метнулась в прихожу. Напялила кроссовки и захватила сумочку. Я выбежала на улицу, быстро закрыла дверь и тоже самое сделала с воротами. За углом меня уже ждало такси.
Я запрыгнула на переднее сиденье и прикрепила на панель свой телефон с навигатором.
Да, это подло, но я подкинула Тому в машину свой наушник, и теперь я видела куда направляется Том.
Я обязательно наругаю себя за это, но потом. Когда уверюсь в том, что Том меня не обманывает и действительно работает в охране.
Такси ехало на достаточном расстоянии, чтобы Том ничего не заподозрил. Я мысленно молилась, что бы сейчас мы действительно свернули к какому то складу и заводу, но не как к тому грёбаному району с грёбаным подпольным клубом.
Но не могло быть всё хорошо. Так редко бывает. Поэтому машина Тома свернула в тот самый райончик, в который остальные жители боялись заходить.
Я вздохнула и закрыла лицо руками. Ну как так?
— Девушка, извините, но дальше я не проеду. Могу вас высадить здесь?— водитель посмотрел на меня с извинениями.
— Да да, конечно. Вот,— я протянула ему деньги.
— Вы бы не ходили одна в этом районе. Опасно тут,— он забрал деньги и сунул их в сумку.
— Я аккуратно, спасибо. До свидания,— я улыбнулась ему и вышла из машины.
Посмотрев на телефон я ещё раз убедилась, что Том остановился возле клуба.
Вот же гад!
Вот так он охраняет значит.
Ещё и мне врал. А сам продолжает драться.
И разве я не правду говорила, что он только и может кулаками махать?
Я побежала в сторону клуба. Где то сзади слышался свит и что-то вроде «Красавица, постой».
Я была злая, расстроенная, напугана, разочарована. И всё это смешалось во мне в противный коктейль.
Когда я прибежала к бару, там невозможно было пройти. Столько машин и мотоциклов!
Я пробралась сквозь этот лабиринт. Даже умудрилась зацепится ремнем сумки за зеркало машины.
У входа меня остановил амбал. Где же таких великанов берут?
— Красавица, ты бар с торговым центром не перепутала?— ухмыльнулся тот и сложил руки на груди, от чего его мускулы проступили ещё сильнее.
— Нет, не перепутала. Могу пройти? — я хотела зайти, но он выставил руку в перёд и не дал пройти.
— Не место тебе здесь. Ясно?
— Мне нужно туда! Пожалуйста!
Парень даже не поменялся в лице.
Продолжил стоять, как скала.
— Мой парень там,— если уж это не поможет, то тогда будем переходить на флирт. За что я снова себя наругаю, после того, кск наругаю себя за слежку за Томом.
— Да? И кто же?— он ухмыльнулся с издевкой.
— Том Каулитц.
Парень явно удивился, но молча пропустил меня. Я ухмыльнулась, но почти моментально ко мне вернулся образ обиженной и напуганной девушки.
В баре противно пахло алкоголем. Меня сразу начало тошнить.
А ещё было душно и воняло сигаретами.
Людей было дохренища. Ну как людей. Пьяных и обкуренных мужиков.
Вдруг свет в клубе погас и включился только на ринге.
Посередине стоял мужчина лет 40. В руке он держал микрофон.
— Дорогие гости! Сегодня будет долгожданный бой! — по залу пронеслись крики и свисты.— В правом углу Брендом Стоуч! — На ринг вышел высокий парень. Всё его тело было в татуировках. Он был очень крупным. Взгляд у него был в прямом смысле бешеным. Находясь от него достаточно далеко, я всё равно утопала в страхе. Этот тип буквально герой фильма ужасов, где маньяк точно выиграет.
Жаль человека, который сейчас выйдет с ним на ринг.
— В левом углу ринга — Том Каулиц! — снова выкрикнул мужчина в микрофон и залом пронеслись крики.
— Что? — моё сердце упало в пятки и ноги подкосились. Я упала на стул, который стоял рядом. По мне пошел мороз и голова пошла кругом. Мне пришлось зажмуриться и побить себя по лицу, чтобы не потерять сознание.
Я снова посмотрела на ринг. Мои глаза подтвердили то, что услышали мои уши. Там стоял Том. Он готовился. Что-то говорил со своим тренером.
Это был страшный сон. Да, страшный сон.
Получается Том снова вернулся в бои, ведь тут платят хорошие деньги. Таким способом он хотел помочь моим родителям.
Но он мог найти другую работу.
А не снова махать кулаками.
Хотя почему я хочу обвинить его?
Это же мои родители. А значит и мои проблемы.
Это я должна была идти на ещё одну работу. Зарабатывать больше денег и отправлять их родителям.
Но он обманывал меня. Столько времени. Столько времени дрался...
Пока я была в своих мыслях парни уже начали драться.
Я не могла не заметить, насколько этот Брендон был крупнее за Тома.
Гонг.
Брендон рванул вперёд без раздумий. Первый удар — в скулу, второй — в печень. Том пошатнулся, выдохнул сквозь зубы. Ещё один хук в голову, и он едва не упал. Толпа завелась, свистя и крича имя Брендона.
— Давай, Том! — донеслось издалека, но гул голосов заглушил всё.
Первые минуты были адом. Том почти не успевал блокировать удары — Брендон гнал его по рингу, прижимал к канатам, обрушивал на него кулак за кулаком. Один сильный апперкот выбил из Тома воздух, и он согнулся, хватая ртом воздух. Судья почти шагнул между ними, но Том поднял руку, показывая, что продолжит.
Брендон усмехнулся и снова пошёл в атаку, но на этот раз Том сделал шаг в сторону, пропустив кулак мимо уха, и впервые за бой ударил в ответ — короткий хук в челюсть. Брендон отшатнулся, но тут же вернулся.
Дальше всё стало похоже на изнуряющую шахматную партию. Том терпел, ловил удары на блок, кружил по рингу, выжидая. Пот и кровь заливали глаза, ребра ныли. И вот, в момент, когда Брендон замешкался, Том рванул вперёд: правый в корпус, левый в висок, и ещё один мощный крюк.
Толпа заорала.
Брендон пошатнулся, но попытался ответить. Том ушёл в клинч, сбил дыхание сопернику, а затем, собрав последние силы, пробил серию — левый, правый, апперкот.
Я стояла, вцепившись пальцами в холодный металлический барьер, и молилась только об одном — чтобы он остался жив. Мои глаза неотрывно следили за каждым его движением, а руки сами тянулись к лицу, прижимая ладони к губам, лишь бы не сорваться и не закричать.
С каждым ударом, что обрушивался на Тома, внутри меня всё сжималось. Сердце колотилось так громко, что заглушало гул толпы. Я ощущала почти физическую боль, когда он пошатывался, когда кровь стекала по его губе.
Мне хотелось броситься на ринг, вцепиться в него, прижать к себе, закрыть от всего этого кошмара. Хотелось закричать, чтобы всё прекратилось. Но я могла только стоять и смотреть, чувствуя, как от бессилия перехватывает дыхание.
Том выглядел очень измотанным — плечи опущены, дыхание сбилось, кулаки едва держались на весу. Каждое его движение давалось с усилием, как будто тело стало свинцовым. Что не скажешь про его соперника — Брендон стоял перед ним почти невредимый, с ухмылкой на лице, словно издевался, смакуя каждый момент.
Толпа ревела, подзуживая их обоих, но в ушах у меня звенела тишина. Я видела только, как очередной удар Брендона врезается в Тома, и тот пошатывается, едва удерживаясь на ногах. Он пытался поднять руки для защиты, но его движения становились всё медленнее.
В глазах Брендона не было жалости — лишь хищный блеск. Он кружил вокруг Тома, выжидая момент, чтобы нанести решающий удар.
В баре стоял такой гул, что, казалось, ещё чуть-чуть — и из моих ушей польётся кровь. Толпа ревела, комментировала бой, кто-то орал прямо за спиной, а музыка из колонок только добавляла хаоса.
Вдруг я почувствовала, как на мою талию легли чьи-то тяжёлые, настойчивые руки. Резко обернувшись, я увидела перед собой незнакомого парня — высокий, с наглой ухмылкой и мутным взглядом.
— Отпусти, — процедила я, отталкивая его ладони, но он и не думал убирать руки. Его пальцы лишь крепче сжали меня, как будто он проверял, сколько я выдержу, прежде чем закричу.
— Ты что, охренел?! — выпалила я, резко дёрнувшись в сторону. — У меня вообще-то парень есть!
Я снова попыталась отпихнуть этого упыря, но он, словно назло, только сильнее притянул меня к себе. Его горячее дыхание коснулось моего уха, и от этого по спине пробежал мерзкий холодок.
— И где он сейчас? — хрипло усмехнулся он, скользя взглядом вниз, будто я была каким-то трофеем.
Я сжала кулаки и уже готова была врезать ему, как вдруг заметила, что на ринге Том на секунду перевёл взгляд с соперника... и его челюсть напряглась.
Я поймала его взгляд.
Всего пару секунд — и между нами будто промелькнула невидимая искра.
Если бы не мерзкая лапа парня, которого я никак не могла оттолкнуть, этот момент можно было бы назвать почти романтичным.
Но Том... Том изменился прямо на моих глазах. Его плечи выпрямились, дыхание стало ровнее, а удары — точнее и сильнее.
Словно эта короткая зрительная пауза между нами вдохнула в него новую жизнь. Он рванул вперёд с такой яростью, что его соперник начал пятиться.
Его кулаки летали так быстро, что я едва успевала следить за каждым ударом. Брендон пытался защищаться, но Том, словно хищник, учуявший кровь, преследовал его по рингу без передышки.
Каждый его выпад был точным, каждое движение — выверенным. В зале гул стоял такой, будто все стены дрожали, а пол готов был расколоться под ногами.
И вот — решающий момент.
Том резко ушёл в сторону, пропуская мимо себя размашистый удар Брендона, и, используя этот промах, вложил всю свою силу в мощный правый хук.
Звук удара был глухим, как если бы что-то тяжёлое упало на землю. Соперник пошатнулся, глаза его закатились, и он рухнул на пол, будто марионетка, которой перерезали нитки.
Судья тут же подбежал, начал отсчёт.
— Раз... два... три...
Я уже знала — он не встанет.
Том не стал ждать, пока судья поднимет его руку и объявит победителя. Он, едва отдышавшись, одним движением перепрыгнул через канаты ринга и, прорываясь сквозь толпу, шёл прямо к нам, расталкивая людей плечами так, что те шарахались в стороны.
Парень, до этого держащий меня за талию, растерялся, отпустил и сделал шаг назад.
— Так это... чё, твой парень? — пробормотал он, уже не таким уверенным тоном.
— Сюрприз, — прохрипел Том с кривой ухмылкой.
И, не давая тому ни секунды на реакцию, врезал ему кулаком прямо в челюсть. Парень отлетел в сторону, сбив пластиковый столик и пару пустых бокалов, которые с грохотом разлетелись по полу.
В зале раздались одобрительные крики и свист, но Том даже не посмотрел на окружающих. Он уже тянул ко мне руку, чтобы увести подальше.
Он вывел меня на парковку, крепко сжимая мою руку, и остановился прямо передо мной. В темноте его лицо казалось ещё более суровым, а в глазах горел опасный огонь.
— Какого чёрта ты здесь делаешь? — его голос был низким, но в нём ощущалось столько ярости, что по моей спине пробежал холодок.
Я выпрямилась, хотя сердце стучало так, будто вот-вот выпрыгнет.
— Я хочу тебя спросить то же самое, Том. — Я скрестила руки на груди, стараясь выглядеть спокойной.
— Значит, вот такой ты охранник, да? — я вскинула руками, не в силах сдержать возмущения.
— Я же говорила, что ты только и можешь кулаками махать!
Его челюсть напряглась, взгляд стал ещё холоднее.
— А ты, значит, предпочитаешь, чтобы тебя лапал первый встречный? — рявкнул он, делая шаг ближе.
— Ты видел этого амбала?! — я почти кричала, чувствуя, как горло сжимает от обиды. — Я не могла вылезти из его хватки! И мы сейчас вообще про другое говорим! Ты мне врал!
— Да, я врал! — взорвался он, голос прозвучал так громко, что где-то вдалеке обернулись люди. — Уж извини, что я умею только кулаками махать!
— Ты же обещал, что не будешь больше драться! — мой голос дрогнул, а глаза наполнились слезами, горячими и колкими.
— Ну уж извини, что я такой обманщик! — рявкнул он, но в голосе прозвучала не злость, а отчаяние. — Но я это делаю не ради себя! А ради твоих родителей, которые влезли в долги!
— Я не заставляла тебя помогать моим родителям! — выкрикнула я, чувствуя, как в груди всё сжимается от злости и обиды.
— Да плевать, заставляла или нет! — Том ткнул себя пальцем в грудь. — Я сделал это, потому что не мог смотреть, как ты сходишь с ума от беспомощности!
— А ты думаешь, мне легче, когда я вижу тебя в крови?! — голос сорвался, и я еле сдержалась, чтобы не расплакаться прямо сейчас.
— Лучше я буду в крови, чем твои родители окажутся в могиле! — прошипел он, а в глазах мелькнуло что-то дикое, больное и слишком честное.
Я замерла, а в голове будто раскололась громовая тишина.
— Но почему ты соврал мне?!
— Потому что если бы ты узнала, что я снова возвращаюсь в бои, то устроила бы истерику! Ты не обращаешь внимания на те деньжища, которые я получаю за эти бои. Да я уже насобирал, чтобы закрыть долг твоим родителям. И где слова благодарности, малышка?! В последнее время я только и терплю как ты пилишь меня своим грёбаным контролем! Я тоже человек! У меня есть свои предпочтения! — он был зол. Очень зол. Ещё никогда не видела его таким. Он был весь мокрый, потный, грязный, в синяках и ссадинах, в крови.
Но мне было так больно от его слов. Мне даже не хотелось жалеть его. Как он мог мою заботу назвать контролем?
— Да? Вот так? Тогда может тебе нужно другую девушку?! Которой будет плевать на тебя, на то, что ты приходишь полудохлым после своих боев?! Которая не будет тебя контролировать?! Ну возвращайся тогда в клуб! Там таких выше крышы! Давай. Чего стоишь?!
— Серьёзно?! Я значит зарабатываю деньги, чтобы вытянуть твоих родаков из жопы, в которую они сами влезли, а ты ещё и недовольна?!
— Тебя никто не просил о помощи! Ты сам решил из себя героя сделать!
— Нам и вправду не стоило начинать отношения,— он отвернулся от меня и посмотрел на клуб.— Ты ещё не доросла до моей жизни. Да и до меня тоже.
— Значит ищи себе взрослую! И дерись хоть до смерти! Мы расстаемся! Поздравляю тебя! Теперь тебя никто не будет контролировать!
— Пожалуйста, прекрати строить из себя дуру! — он сделал несколько шагов ко мне, но я отступила.
— Ты не расслышал? Со слухом уже проблемы, да? Говорю, мы расстаёмся! Всё, сказке конец. Иди своей дорогой, я пойду своей! — я развернулась и пошла. Но когда услышала его шаги то побежала.
— Ну и вали! Только не впутайся снова в проблемы, ты же это любишь!
Я ткнула ему средний палец.
Сыта обидой я вызвала такси. Приеду уже не к НАМ, а к НЕМУ домой, заберу свои вещи и уеду к родителям. Так будет лучше.
****