Криптоханса

Бессонница стала моим верным спутником. Я могла всю ночь провертеться с боку на бок, но так и не уснуть. Я стала бояться снов. Меня часто одолевали кошмары. Как потом выяснилось, не меня одну.

Мне казалось, я всё же уснула, когда ощутимый толчок в плечо разбудил меня. Не знаю, что это за фокус, но рядом с моей кроватью никого не было. Я посмотрела на часы и убедилась, что ещё царила глубокая ночь. Откинула в сторону одеяло, опустила ноги на пол и поднялась. В горле пересохло, а стакан, который я всегда держала у кровати, был пуст. Я взяла его и поплелась на кухню. Всё равно уснуть сразу не удастся.

Деревянные половицы поскрипывали под моим весом. Я сонливо терла глаза и медленно брела в сторону кухни. Несмотря на настойчивую жару, дом ещё не успел нагреться, и пол был ледяным, но я совершенно не подумала об обуви. Зато облако сонливости стремительно развеялось, уступив место бодрости и ясности разума.

Я спустилась на первый этаж и, проходя мимо кабинета Дамира, уловила странный звук, доносившийся из глубин коридора. Я застыла на минуту, прислушиваясь. Сомнений не было: это были звуки мычания или чего-то подобного. Внутренний голос побудил меня потихоньку направиться к источнику этого тревожного шума. Чем ближе я подходила, тем яснее осознавала, что звуки исходили из комнаты Волкова. Хоть мне и не доводилось бывать в его спальне, я знала, что она находится здесь. Я видела, как он выходил оттуда, запирая дверь на ключ, оставляя за собой воздушную завесу таинственности. Этот момент наводил неопределенное любопытство, как будто за закрытыми дверями скрывалось нечто большее, чем просто личная комната. Будто именно там Волков хранил свои таинственные секреты.

Я осторожно постучала в дверь, шепотом позвала парня по имени и спросила, всё ли с ним в порядке. Ответом мне была тишина. И только когда стон снова повторился, повернула ручку двери и медленно распахнула её. Мне бы не хотелось разбудить спящих поблизости психолога и доктора, поэтому я, немного поколебавшись, вошла.

В комнате царила кромешная тьма, окна были плотно зашторены. Я впустила немного света из коридора и медленно, на цыпочках, подошла к кровати, на которой спал Волков. Он беспокойно метался по подушке, ему явно снилось что-то не очень хорошее. Когда я приблизилась и склонилась над ним, я сфокусировавшись, разглядела его влажный лоб и прилипшие к нему волоски.

- Ян, - я осторожно позвала парня и немного потрясла его за плечо. – Проснись.

Волков мгновенно распахнул глаза, и прежде чем я успела осознать, что происходит, его руки уже сжали моё горло с силой, способной сломить. Хватка у него железная, я изо всех сил пытаюсь вырваться из его лап, да тщетно. Лишь смотрю в его безумные, широко распахнутые глаза, и раздуваюсь, словно жаба. В ушах звучал гул, сердце замерло от страха, и тут же пустилось в пляс в бешеном ритме.

Не знаю, сколько времени он держал меня за горло, но вскоре его злобный взгляд сосредоточился на мне. А когда он отпустил меня, или даже скорее оттолкнул, то процедил через стиснутые зубы:

- Какого черта ты делаешь в моей спальне? Убирайся вон!

Я, подчиняясь своим рефлексам, тут же сделала несколько шагов назад, а подойдя к самой двери, остановилась. Я дала себе минуту отдышаться и успокоиться, потому что сердце просто бешено стучало. Ян сел на кровати, а его руки сдавили голову, словно она была в тисках. Подумав, что вряд ли он снова повторит этот фокус, я осторожно прикрыла дверь и сделала несколько шагов в сторону его кровати.

- Ян, ты кричал во сне, - я мягко и почти шепотом произнесла, но ближе подойти не решилась. - Тебе снилось что-то плохое?

- Почему ты все ещё здесь? Я приказал тебе уйти.

Его голос не показался мне грубым или резким. Скорее, сломленным и уставшим.

- Я не уйду. Мне кажется, тебе лучше не оставаться одному.

Я потопталась на месте, но всё же сделала ещё пару шагов вперёд. Мои глаза немного привыкли к темноте, и я могла разглядеть очертания Яна. Он повернул голову в мою сторону и замер. Хоть не спорил, а это уже шаг к диалогу.

- Ты всегда один. Никого к себе не подпускаешь. Плохо быть совсем одному.

- Мне хорошо одному.

- Никому не хорошо, просто есть причины, почему мы ограждаем себя от всех. И я тому не исключение. Мне тоже сложно доверять другим людям.

- И, как видишь, совершенно не беспочвенно.

Ян потянулся рукой к лампе, которая стояла на тумбочке, у его кровати, и комнату озарил яркий свет. Мы разом зажмурились. Парень сидел на кровати, до пояса прикрытый одеялом, тогда как его торс был совершенно не покрыт одеждой. Конечно, я догадывалась, что под широкими безразмерными футболками он прячет спортивную фигуру, ведь этот парень совершенно помешан на спорте, но моё воображение не заходило так далеко. Теперь, осознав реальность, я ощутила прилив смущения и, не выдержав взгляда, отвела его в сторону.

- Как-то это недвусмысленно выглядит, - я пробормотала, насупившись. - Я явилась, без приглашения, среди ночи, к парню, в его спальню. Но ты не подумай чего дурного. Я просто услышала странные звуки и подумала, что, возможно, тебе нужна помощь.

- Мало ли, какие звуки могут быть у парня, в его комнате, - ухмыляясь, заметил Волков.

- Тебе не стоит совсем вгонять меня в краску. Я же просто помочь хотела...

- Ты не должна бродить по дому в ночное время, - снова «включил» свою функцию воспитателя Волков.

- А тебе не стоит жить в своей раковине. Человеку хотя бы иногда необходимо живое общение. А не только изнуряющие тренировки.

- Ты что, за мной наблюдаешь?

- Я не виновата, что окна нашей спальни выходят как раз на площадку. А в свободное время действительно мало чем можно заняться, вот я и наблюдаю за тобой. Ты действительно много занимаешься.

- И тебе не мешало бы. А то у тебя дыхалка ни к черту и выносливости нет.

- Спасибо, тренер, учту.

Я, как завороженная, глупо таращилась на Волкова, который прочёсывал свои волосы длинными пальцами. Смотрела, как играли его мышцы на бицепсе. Как тяжело вздымалась его грудь при дыхании.

Он переловил мой взгляд и, кажется, он ему совсем не понравился.

- Иди к себе, Женя. И прекрати наблюдать за мной.

Я кивнула и на минуту отвела взгляд. Хотела было сделать так, как он мне велел. Да подумала, что другого шанса поговорить с ним может и не представиться. Поэтому я взяла стул, который стоял на противоположной стороне комнаты, и придвинула его ближе к кровати.

- Ян, ты можешь мне объяснить, что происходит в этом доме?

- Я не стану говорить об этом с тобой сейчас.

- Я не уйду, пока ты не поговоришь со мной.

Чтоб ему было понятней, я села на стул и уставилась на него. По крайней мере, если он и не захочет говорить, я смогу насмотреться на парня вдоволь. А потом скажу, что я ему вообще приснилась, и меня здесь не было. Он недовольно хмурится, откидывает одеяло и поднимается с кровати. Мне приходится снова отводить взгляд. Нет, он не спит нагишом, но мне всё равно неловко.

Ян натягивает штаны. А когда поворачивается ко мне спиной и тянется за футболкой, я невольно натыкаюсь взглядом на его глубокие и грубые шрамы. Даже татуировка в виде крыльев, красочно украшающая всю его спину, не в состоянии скрыть их. Он исполосован ими полностью, просто живого места на спине нет. Я чувствую, как мурашки ползают по моему телу, стоило мне увидеть эту картину.

- Кто это сделал с тобой?

Я ткнула пальцем на его спину, но Ян быстро натягивает футболку и садится напротив меня. Вижу, что ему не нравится моё любопытство.

- Слишком много вопросов.

Что-то моя жизнь уже не кажется мне такой уж трудной. Били меня в семье, это было, но чтоб до таких ужасающих последствий... Нет, никогда.

- Ян, мне больше не у кого спросить. Я просто хочу понять, почему я здесь и что меня ждёт.

- Сама-то ты как думаешь?

Что-то как-то мне совсем не помогал этот диалог. Я начинала злиться.

- Никак. Я не знаю. Дамир говорит, что мы все гении и уникумы. А вакцина, которую нам вкалывают, помогает раскрыть этот...

- Потенциал? – подсказал мне Волков.

- Ну, да.

- Так и есть, - неохотно, но отвечает парень. - Вам вводят экспериментальный препарат.

- Зачем?

- Чтобы развить ваши способности.

- Какие?

- Я повторюсь, что препарат только тестируется и как он подействует на того или иного человека, пока неведомо. Может, ты сможешь двигать предметы силой мысли, а может, будешь лазать по стенам, как человек-паук.

Вот что мне с ним делать? Как разговорить? Мне стоило немало усилий, чтоб состроить жалобную моську, добавить в тон своего голоса просящие нотки и взять руки Волкова в свои, для усиления эффекта. Вышло хорошо, он явно не ожидал от меня подобной прыти, опешил, и сейчас смотрел на меня, как на диковинное создание.

- Расскажи мне всё. Что меня ждёт дальше?

Нужно знать этого парня. Он очень быстро умеет брать ситуацию в свои руки. Может, это его сверх способность, не знаю. Ян приблизил ко мне своё лицо и прошипел, словно змей:

- Ничего тебя не ждёт. Я считал и считаю, что это напрасная трата времени. Не будет из тебя толка.

- Почему это? – я слегка опешила, но успела и оскорбиться. – Думаешь, я хуже других?

- Ты обычная. Нет у тебя никаких способностей. Запомни это. Нет. И не будет.

- Но я же слышала твой голос! – упрямо возразила я. - Он был в моей голове.

- Конечно, был. Я ведь телепат, могу тебе хоть сейчас приказать убраться отсюда, и ты послушаешь меня.

Вот это было обидно. Я что ему, собака? Молча выполнять его команды? Ни на ту напал.

- А ещё я слышу голоса мёртвых! Ясно тебе? Ну, каково? Съел?

Об этом я не должна была говорить никому и никогда. Это же белый билет в психиатрическую клинику. Но желание утереть нос этому зазнайке оказалось сильнее инстинкта самосохранения.

Я попала в яблочко. Эффект оказался, что надо. Волков перестал сверлить меня колким взглядом и озадаченно нахмурился.

- Мёртвых? И давно?

- Нет, пару дней назад.

- Чёрт, видимо стрессовый пусковой механизм сработал. Права была Ирина.

Парень выдохнул и, словно сдувшийся шарик, опустился на кровать. Он мрачно взглянул на меня и жестом пригласил присесть рядом. Садись, мол, чего уж. Спорить я не стала, но отсела подальше. Мало ли, вдруг снова захочет меня придушить.

- Ты никому, слышишь, никому об этом не скажешь, - тихо, еле слышно, пробормотал он. - Иначе плохо твоё дело. Будешь потом, как я, на транквилизаторах сидеть.

Он замолчал, я тоже не знала, что сказать. Так вот и сидели некоторое время, молча, каждый думал о своём.

- Ничего это не меняет, ясно? Физически ты не подготовлена. Рассредоточена. Ты не сможешь достичь высоких результатов. А слабые потуги казаться кем-то здесь никому не нужны. Потратить уйму времени на пшик? Нет уж, уволь.

- А вот и нет! – вспылила я и тут же вскочила на ноги. - Дамир считает по-другому. Он видит во мне потенциал.

- Он во всех видит. Потому что хочет видеть. Но он не способен чувствовать то, что чувствую я.

- И что же ты чувствуешь? – как попугай, передразнивала я Волкова.

- Ничего.

Мне стоило немало усилий, чтоб не скиснуть. Неприятно мне было слышать это, уж не знаю, в чём дело. Я же и не хотела быть одной из «них». Зачем мне это? Чтобы потом тронуться умом, как Мишка? Но в тот момент, может из духа противоречия, я решительно запротестовала. Вот назло этому Волкову, такому уверенному в своей правоте.

- Это мы ещё посмотрим! – я ткнула пальцем в его сторону и мигом выскочила из комнаты. – Кто чего стоит.

Я пулей рванула в свою спальню, даже про жаждупозабыла. В голове лишь прокручивала одну мысль раз за разом: «Я тебе докажу, пожалеешьещё о своих словах». Уснуть в эту ночь удалось лишь под утро.