Криптоханса

Я быстро обжилась на новом месте. Наверное, потому, что к хорошему привыкаешь быстро. После следственного изолятора, приюта, да и что привирать, моего родного дома, я очутилась в комфортных условиях. Своя отдельная кровать с ортопедическим матрасом, большой двухстворчатый шкаф, туалетный столик, письменный стол. Это всё было в моём персональном пользовании, чему я была безумно рада.

А ещё, Дамир позволил выбрать нужные мне вещи из каталога, который принёс мне Волков, так что теперь я ношу новые шмотки, от которых пришлось отрезать бирки. Ощущения непередаваемые, мне их даже стирать не хотелось поначалу, потому что они пахли не приторным хозяйственным мылом, которое, казалось, впиталось в мою кожу, а чем-то новым, магазинным. Это было приятно.

Также, мне сделали новую стрижку, исправили то кошмарное недоразумение, которое росло в разные стороны и ложилось, как ему вздумается. Дамир привёз на дом женщину-парикмахера. Хоть мои волосы по-прежнему короткие, но стрижка теперь аккуратная и непослушная растительность в глаза не лезет. Признаться, я так и не смогла привыкнуть к мальчишескому ёжику, мне всегда нравились мои длинные, чуть завивающиеся на концах, локоны. Я заплетала их в косу или стягивала в высокий хвост на затылке, пока одна из сестёр не принесла домой, невесть откуда, табун вшей и поделилась ними со всеми. Мать отвела всю нашу дружную семейку к соседке, у которой была машинка для стрижки, и нас всех обрили наголо. Я была в ужасе, но не ревела. Ещё чего! В школу ходила в шапке, отказывалась её снимать даже на уроках. Со мной воевать учителям было сложно, и они попросту решили, что я снова демонстрирую свой бунтарский дух. И только школьная медсестра, нагрянувшая с проверкой на предмет обнаружения живности в патлах, громко объявила, что в нашем классе есть счастливый обладатель педикулеза. Нетрудно было понять, кто этот «счастливчик». Хорошо, что в классе мало кто решался связываться со мной, поэтому насмешек я избежала. За спиной они, возможно, и посмеивались, но в лицо сказать какую-нибудь пакость никто не решался.

В целом, за неделю я свыклась со своей новой жизнью, хотя жить по режиму мне было очень трудно. Ян говорит, что чёткий режим дисциплинирует, утром он заставляет нас вставать ни свет, ни заря, делать зарядку и пробежку, а в течение дня всё время присматривает за нами. Цербер он, а не нянька. То рявкает, то рычит. Хотя, нужно отдать ему должное. Утром следующего дня, после нашей ночной прогулки по лесу, я обнаружила складной нож с гравировкой в кармане своей куртки. Как он туда попал, осталось неизвестным. Выспрашивать у Волкова об этом я не решилась. Не хочет он со мной дружить, и не надо. Тоже мне, волк-одиночка. Тиран он, помешанный на дисциплине и физических занятиях. Но за его молчание о моём побеге в лесную чащу я была ему благодарна.

В тот же день, когда я отдала Косте его складной нож, все малолетние обитатели дома всей гурьбой вторглись к нам в спальню после девяти вечера. Ребята принесли с собой простыни и фонарики. На лицах у них было просто непередаваемое выражение, будто это действительно очень важное событие. Никто из них не улыбался, все сохраняли серьезный вид.

- Женя, - Костя дождался, пока я поднимусь с кровати, а ведь я была увлечена чтением и никого из них не ждала. – Мы принимаем тебя в нашу семью. Ты с достоинством прошла испытание на прочность.

Он накинул мне на плечи белую простынь, словно это был рыцарский плащ, не меньше. От нелепости ситуации мне хотелось рассмеяться, но я благоразумно этого не сделала. Лишь неловко ухмыльнулась, но сбрасывать с плеч простынь не стала, придержала её рукой.

- А это обязательно? – с сомнением переспросила, поглядывая на серьезные лица ребят.

- Ты теперь одна из нас, - Иван снисходительно, словно неразумному чаду, пояснил. – А значит, можешь рассчитывать на нашу поддержку.

- Ты не держи на нас зла, мы просто пошутить хотели, - Костя согласно закивал и ребята принялись синхронно кивать в ответ. - Никто не думал, что ты без тормозов. Нет, правда. Никто из нас не рискнул бы пойти ночью в лес. Как ты мимо охраны прошла? Мы думали, они тебя мигом вернут.

Кто бы мне дал ответы на эти вопросы. Я-то не очень хорошо помню, как вышла из дома и перебралась через забор. У меня была цель, и я к ней шла. Но, видимо, пройти через охрану мне не очень удалось, раз уж Волков меня нашёл.

- Как тебе это удалось?

Костя сжал мои плечи и заглянул мне в глаза. Я буквально физически ощутила вибрацию на своих плечах, и в этот момент я вспомнила, что так делал Волков в сторожке. И это заставило меня тряхнуть головой и скинуть руки Кости.

- Просто у неё есть яйца, в отличие от тебя, Костян, - разрядил напряженную обстановку Амиго и все дружно захохотали.

- Я смотрю, у вас прям пунктик на ваших причиндалах, - не смогла промолчать я. – Все время ними меряетесь?

- А у нас по-другому никак, - Иван хищно оскалился. – Закон джунглей, слыхала о таком? Либо едят тебя, либо съедаешь ты.

- Ты меня, что ли, есть будешь? – с сомнением я окинула взглядом далеко не богатырское тело.

- Если станет выбор: ты или я... съем, не сомневайся.

Амиго отвесил подзатыльник Ивану и по-товарищески обнял меня за плечи.

- Не боись, Жека, мы тебя в обиду не дадим. Да и Дамир вряд ли будет рад, если мы станем грызться, как пауки в банке. У нас же, типа, религиозный дом и мы тут все братья и сестры.

- Мы всего лишь временные гости в этом доме, - поправил его Костя и передал парню простыню. – Так что я предлагаю сразу перейти к мирным переговорам. Поверь, Женя, это в твоих интересах.

«Мирные переговоры», как их назвал Костя, почему-то проводились под простынями. Ребята уселась прямо на пол кругом, пригласив и меня присоединиться, накрыли нашу странную компанию белой тканью, и включили фонари. Все это выглядело немного по-детски, но я предпочла промолчать и посмотреть, чем это представление закончится.

- У нас есть правила группы, - зашептал Костя. - Это значит, что мы всегда стараемся помочь друг другу в случае необходимости. Если одному из нас нужна помощь, а вслух этого произнести нельзя, то мы показываем два пальца, которые прикладываем ко лбу.

- А почему об этом нельзя просто сказать? – удивилась я.

- Даже у стен есть уши, - Амиго посмотрел на меня, как на неразумное дитя, которому всё нужно объяснять. - Это не всегда безопасно.

- Почему? – упрямо переспросила я, так и не получив ответ на свой вопрос.

- Ты скоро поймёшь, что у нас здесь не совсем обычная приёмная семья, - всё же пояснил Костя.

- Я ещё при первом знакомстве заметила. Вы здесь все сплошь гении и уникумы. Жаль, что мне похвастать нечем.

- Подожди, - Ваня нетерпеливо перебил меня. – Возможно, скоро всё изменится. У Дамира нюх на таких, как мы.

- На каких, «таких»?

- На детей с особой аурой. Дамир говорит, что все мы не такие, как обычные люди. У каждого из нас есть дар, который нужно развивать.

- Как?

- Скоро сама все увидишь и поймёшь, - Костя легонько стукнул меня по лбу, будто после этого ответы сами появятся в моей голове. – Если всё будет идти, как надо, тебе найдут новую семью, Дамир всем ищет новые семьи. Одно только помни, что среди нас есть те, с кем нужно держать ухо востро. Это Ирина, психолог, она сейчас в отъезде, но скоро вернётся. Неприятная тётка, после общения с нею башка вечно трещит. С Волковым ты знакома, он телепат, мысли умеет читать.

- Хорош врать, - фыркнула я, но Костя и ухом не повел, Амиго только согласно кивнул в ответ.

- И ещё есть доктор Листерман. Тебе может показаться, что он добрый и внимательный, но на самом деле редкая гнида. За непослушание может так провести осмотр, неделю на пятую точку не сядешь.

- Ага, - тут же закивал Чижик. – Мне в прошлый раз клизму поставил. Сказал, что она выведет токсины из моего организма, и я перестану сквернословить.

- И хрен у него чё вышло, - захохотал дурниной Амиго и тут же получил тычок в бок от Вани, мол, не шуми сильно.

Ребята перешёптывались и смеялись, а я сидела, поглощённая своими мыслями. Это же шутки у них такие, верно? Странные и несмешные. Какой телепат? Какие психолог и доктор? Зачем они вообще нужны здесь, в этом доме? Но это не было шуткой, и я узнала об этом уже на следующий день.