Похожие, но такие разные

Мы с Оди сидели на полу, скрестив ноги, друг напротив друга, так что мои колени упирались в её. На ней уже была чёрная повязка, за моей спиной шумел телевизор, она искала. Спустя некоторое время Оди сообщила:

— Я нашла его.

Чуть занервничав, я выпрямилась и посмотрела на неё. В носу начала скапливаться кровь, я прикрыла глаза, а в следующую секунду снова открыла их, но уже в её сознании.

Оди стояла рядом и молча смотрела на меня, потом перевела взгляд в сторону. Я посмотрела туда же и увидела Билли, просто сидящего на кровати и смотрящего в пол. Эта картина сильно напрягала — позавчера бабушка сидела точно так же, и ничем хорошим это не закончилось.

Мы медленно двинулись в его сторону и спустя время уже стояли рядом с ним. Я вновь посмотрела на Оди, она не очень уверенно кивнула. Ответив ей более уверенным кивком, я перевела взгляд на Билли.

За пределами сознания Оди кровь из моего носа потекла активнее — я пыталась пролезть в разум Билли. С самого начала ничего не менялось. Переломным моментом послужило то, что он поднял на меня глаза, словно увидел нас. Моё сознание буквально затянуло в его разум, будто он сам этого хотел.

— Получилось, я в его сознании. — сообщила я.

Мысленно передавая в его мозг фразу "Скажи, где всё началось", я сверлила его взглядом. Перед глазами, словно в кино, начали проплывать мутные картины из его воспоминаний.

— Я попросила сказать, а не показать. — сурово сказала я.

В глазах Билли проблеснуло удивление, и это было большой ошибкой — дело в том, что когда человек поддаётся хоть какой-то эмоции, его разумом легче управлять. Решив воспользоваться моментом, я надавила сильнее.

Поняв свою ошибку, он попытался помешать мне, но было уже поздно. Выдавив из себя ненормальную ухмылку, больше похожую на звериный оскал, Билли прохрипел:

— "Плавильни Бримборн".

Он встал и повернулся к нам спиной. Обернувшись через плечо, оглядел нас сверху вниз и просто растворился в воздухе. Повисла напряжённая густая тишина.

Я повторила его вслух для ребят. Отовсюду раздался приглушённый голос Джонатана. Он продиктовал какой-то номер, а потом сказал, что это недалеко отсюда.

— Девочки, всё, возвращайтесь. — со всех сторон шёл голос Майка.

Я кинула взгляд на Оди, изо всех сил пытавшуюся вернуть нас к ребятам. Она распахнула глаза, чуть напуганно посмотрела на меня и медленно покачала головой.

— Я не могу. — сказала она.

— Сейчас. — ответила я.

Закрыв глаза, я попыталась вылезти из её разума. Не получилось. Что-то мешало, точнее кто-то. Я чувствовала сопротивление Его сознания. Сильного, натренированного, непобедимого. Я открыла глаза и теперь уже с настоящим страхом посмотрела на Оди.

— Я... тоже не могу. — выдохнула я. — Он мешает... не отпускает.

Ощущения внешнего мира вдруг обострились. Я чувствовала, как в висках стучит кровь, слышала своё прерывистое дыхание.

— Сейчас... я ещё раз попробую. — я глубоко вдохнула и выдохнула.

Зажмурившись и приставив пальцы к вискам, я вновь попыталась взять ситуацию под контроль, как бы абсурдно это не звучало. Меня будто что-то останавливало. Будто передо мной было какое-то препятствие. И я даже знала, что играло роль этого препятствия — разум Истязателя.

Открыв глаза, я отчаянно посмотрела на сестру. В её глазах стоял страх, но было видно, что сдаваться она не собирается.

Снаружи я почувствовала, как она сжала мои руки в своих. Её взгляд сам за себя говорил: "Давай, Джесс, ты сможешь!". И я старалась. Старалась победить сильнейший разум в своей жизни. Внутренний голос подсказал, что осталось совсем чуть-чуть. И спустя мгновенье я распахнула глаза.

Мы с Оди оказались в комнате. У меня будто камень с плеч упал. Тяжело дыша, она резко стянула с головы повязку. Мой взгляд скользнул по дивану, а потом по всему помещению.

— Ребят? — позвала я, когда поняла, что их здесь нет.

Оди тоже обернулась, но тут же развернулась ко мне, на её лице вновь отобразились тревога и испуг. Сказать, что я ничего не понимала — ничего не сказать. Они же не могли просто взять и уйти, оставить здесь нас.

— Ребята. — чуть громче повторила я.

— Майк? — позвала Оди. — Майк!

— Эй! Вы где? — крикнула я.

— Они вас не слышат. — раздался знакомый мужской голос, заставляющий трястись всем телом.

В комнату медленно вошёл Билли. Его зрачки были огромными, такими же, как и у бабушки. Тело блестело от капель пота.

Из лёгких будто выбило весь воздух. Мы с Оди инстинктивно шагнули ближе друг к другу, взявшись за руки.

— Не следовало вам меня искать. — Билли полностью вышел на свет. — Потому что теперь я вижу вас. — он медленно поднял руку и затушил сигарету в пепельнице. — Мы все вас видим. — он мучительно медленно двинулся в нашу сторону.

Мы попятились назад. Вытянув руку в сторону, я чуть задвинула за себя Оди, параллельно отдавая Билли приказ остановиться. Это было чертовски сложно — сердце, колотящееся в груди, заглушало всё, что только можно.

— Ты нас впустила. — обратился он к Оди. — И теперь ты позволишь нам здесь остаться. — в его глазах заблестели капельки слёз.

— Я не позволю. — я выделила слово "я".

— А разве ты не видишь? — ответил мне Билли. — Всё это время мы создавали его. Для вас. Сначала ты. — он указал на Оди. — Потом ты. — его взгляд переметнулся ко мне.

— Нет. — я хотела, чтобы голос звучал грозно, но смогла выдавить из себя лишь жалкий всхлип.

— Вся эта работа. Вся эта боль... для вас. — продолжал Билли.

Спиной я упёрлась в Оди — дальше идти некуда. Я почувствовала её прерывистое дыхание в районе своего уха, её тихий всхлип.

— И теперь время пришло. Время заканчивать. Мы прикончим вас, а когда вас не станет, прикончим ваших друзей.

— Нет! — истерично крикнули мы одновременно.

— Мы прикончим всех, кто остался. — почти прошептал Билли.

Óдино "отстань" смешалось с моим "уходи". Эмоции достигли пика. Мне стало страшно, больно в груди, ярость накатила волной, голова загудела, но не как при головной боли.

— Хватит! — крикнула я.

В одно это слово было вложено столько ненависти, оно было выкрикнуто с такой силой, что смогло переглушить даже самое сильное сопротивление разума.

В один момент голову пронзила острая боль, но тут же стихла. Как же сейчас я ей обрадовалась. У меня получилось одолеть Его. Головная боль стала просто побочным эффектом проявления такой силы.

Теперь напряжение пропало по-настоящему. Я медленно открыла глаза и поморгала, так как из-за слёз, застилавших их, ничего не было видно. Майк уже обнимал Оди. Та в открытую рыдала у него на плече. На обеих моих щеках появились тонкие дорожки слёз.

———————————————————
Продолжение на 8⭐️
Тгк: valyrs write