kill me

Сара вошла в дом, кинула ключи на тумбочку и упала на пуфик, с облегчением вытянув ноги. Если честно, она ненавидела байк Эрика — после поездок на нём у неё болела спина и тряслись ноги сильнее, чем после пятичасовой езды на лошади.

Девушка сняла куртку и бросила её на пол, рядом с рюкзаком. В это мгновение раздался тихий топоток мягких кошачьих лапок. Сара улыбнулась:

— Алиса! Иди сюда, моя девочка.

Возле девушки присела на задние лапы очаровательная тайская кошечка. Сара взяла её к себе около трёх лет назад и ни разу не пожалела. Алиса скрашивала одинокие вечера и помогала спать без кошмаров, убаюкивая нежным мурлыканьем. Кажется, именно с тех пор, как Алиса впервые появилась в доме, Саре перестали сниться родители и кровь их на новеньком персидском ковре цвета слоновой кости.

*flashback*

Физика, алгебра, география, биология, история... Сара с отвращением швыряла книги на кровать. Голубые глаза потемнели и метали молнии.

— Пошло всё к черту, — проворчала девчонка, устало плюхнувшись на пол и закрыв лицо руками.

Ей четырнадцать лет; самое время для первых поцелуев, сумасшедших и весёлых вечеринок, но нет... Она вынуждена учить всякую чушь, которая, скорее всего, никогда ей не пригодится. Ей хотелось читать книги по психологии, но она читала Вальтера Скотта; хотелось решать, что надеть на вечеринку, но она решала квадратные уравнения.

Сара поднялась с пола и с ненавистью уставилась на портрет Исаака Ньютона на потрёпанном учебнике физики, который, впрочем, она открывала всего лишь пару раз.

— И что мне теперь делать? Сидел бы ты спокойно и не выдумывал всякий бред, который никому и даром не нужен, — злобно сообщила она портрету.

Ньютон безмолвствовал. Его взгляд выражал равнодушие к проблемам девушки.

Сара зашвырнула книгу куда подальше, села за компьютер и нашла в Интернете сериал "Друзья". К чёрту физику.

Ожидая, пока загрузится серия, Освальд прошлась по комнате, расставляя в правильной последовательности флакончики духов и тюбики с блеском для губ. Педантично пересчитала. Ну конечно! Её любимые духи от DKNY пропали. Мама постоянно их забирает. Нет, Сара не против — в конце концов, её мать их и купила — но можно же поставить на место!

— Родила перфекционистку — терпи, — буркнула Сара маминой фотографии в рамочке на полке. На фото сама Сара, её мать и отец и Бриджит — бабушка девушки по материнской линии. Бабуля умерла в прошлом году; Сара поначалу думала, что никогда не оправится, но, к счастью, пришла в себя спустя время.

Заботливо поправив рамку на полочке, девушка направилась в комнату родителей. Дверь оказалась слегка приоткрыта. Сара тактично постучалась и, не услышав ответа, осторожно вошла. В следующее мгновение все слова вылетели из её головы.

Мать и отец лежали на полу.

Мёртвые.

Сара беззвучно завопила. Она упала на колени и монотонно твердила:

— Этого не может быть, не может быть, не может быть...

Она осторожно поползла в сторону родителей. Трясущейся рукой коснулась щеки матери, кожа была всё ещё теплой и бархатистой. Девушка молча рыдала над телами родных. Она даже не осознавала этого; просто ушла в оцепенение. Время для неё остановилось.

Родители были застрелены аккуратным выстрелом в левый висок. Пол уже был весь в крови; у девушки возникла дикая мысль, что привести в порядок любимый мамин персидский ковёр будет проблематично.

Чёрт, Сара, ты вообще в своём уме?!

Она медленно встала и как-то отдалённо отметила, что ноги больше не дрожат. Судорожно перебирала в голове свои дальнейшие действия:

— позвонить в скорую (Серьёзно?! Им вышибли мозги! Может, ещё аспирина им принесёшь?);
— позвонить в полицию (и здравствуй детский дом);
— позвонить Эрику.

Последний вариант показался девушке наиболее приемлимым. Родители девятнадцатилетнего Эрика О'Дейра, её лучшего друга, — серийные убийцы. Замечательная профессия, не правда ли?

У них огромная корпорация; возможно, О'Дейры смогут выяснить, что тут произошло, и не возьмут и фунта.

Но Эрик не брал трубку. Решительно настроенная, Сара рванула к нему домой. Дверь ей открыла его мать. Она улыбнулась девушке и впустила её в дом. Сара взлетела по винтовой лестнице и со стуком распахнула дверь в комнату Эрика. Он лежал голый (?!) на кровати с какой-то рыжей девушкой, которая пронзительно завизжала, увидев Сару в дверях.

— Какого чёрта, Освальд?! — прорычал Эрик, стремительно накинув на себя плед.

Сара тяжело дышала и пыталась собраться с мыслями.

— Мои родители... Они... Дома, лежат и... Там кровь...

Ужасное событие наконец сполна обрушилось на неё. Если до сего момента Сара будто бы находилась под стеклянным колпаком, в среде вакуума, отгородившись от эмоций, то сейчас они накрыли её с головой, проникая в каждую клеточку тела, словно смертельный яд.

Девушка упала в обморок.

Она очнулась спустя минуту или около того и отметила, что лежит на кровати Эрика. Рыжая незнакомка успела исчезнуть, а друг — одеться.

— Сара, — выдохнул друг, схватив её за плечи и легонько встряхивая. — Что произошло?

Ощущая себя бесчувственной тварью, она с удовольствием отметила, что "стеклянный колпак" вернулся.

— Родители убиты. Застрелены. Оба.

Смесь боли, ярости и сочувствия пронеслась по лицу парня. Он молча обнял свою маленькую подругу.

Ну что, что он мог ей сказать?..

*the end of flashback*

Сара вздохнула и яростно потёрла глаза. Алиса настороженно наблюдала за хозяйкой, склонив голову набок и постукивая хвостом по паркету.

— Всё в порядке, Алиса, — всхлипнула Сара, глядя на кошку. — Я просто скучаю по ним, понимаешь?

Та тихо мурлыкнула, что можно было расценить как согласие.

— Хорошо, что у меня есть Эрик, — продолжила девушка, обращаясь скорее к себе самой, нежели к питомице. — Он спас меня. Дал работу, — Освальд невесело улыбнулась. — Теперь я убиваю людей.

Кошка неодобрительно фыркнула.

— Осуждаешь? — спросила Сара. — Ну извини. Ничего не могу с собой поделать. Убивая всяких подонков для родителей Эрика, я... восстанавливаю справедливость. Почему они мертвы, Алиса? Они не сделали ничего плохого.

Кошка в последний раз дёрнула хвостом, встала и ушла в гостиную, недовольно сопя носом.

— Ну и иди, — буркнула Сара, пиная обувницу. — Всё равно ты ничего не понимаешь.

Через час девушка нежилась в ванне, полной ароматной пены, и пила виски "Red label" прямо из бутылки. Родители, работа... Всё это угнетало и тянуло на дно. Какой бы она стала, если бы не смерть отца и матери? Возможно, она была бы счастливой. Однозначно, стала бы лучше, чем многие.

Сара не успела напиться до чёртиков, как планировала. Вибрирующий телефон вывел её из мрачных мыслей и приближающегося алкогольного опьянения.

— Ох, Кендис, как же ты вовремя, — облегчённо выдохнула Освальд, без малейшего сожаления выливая дорогущий виски прямо в воду.
— Что у тебя опять случилось? — верная подруга Сары напряглась на том конце провода.
— Ничего, просто депрессия, — девушка поставила пустую бутылку на пол.
— А, дай угадаю, сейчас ты уничтожаешь содержимое своего бара? — в голосе Кендис послышалась угроза.

Сара хихикнула.

— Я не выпила и половины бутылки, как ты позвонила.
— Надеюсь, ты вспомнишь о существовании такого замечательного человеческого органа, как головной мозг, и не станешь продолжать бухать, — подруга, казалось, готова была побить Сару.
— О, не беспокойся. Я вылила всё в ванну.
— Вылила?! Мажорка.
— Уж какая есть.
— И в чём же причина твоей депрессии?
— Новое дело, — вздохнула Освальд. — Ну, ещё вспомнила родителей. И мне кажется, что Алиса меня не понимает.
— Алиса — всего лишь кошка. У неё иные жизненные принципы, — хмыкнула Кендис.
— Всё равно мне обидно, — упрямо возразила Сара, сдувая с ладони воздушную мыльную пену. — Моя кошка должна поддерживать мои взгляды на жизнь.
— Ну, я тоже не согласна с твоими — как бы помягче выразиться — увлечениями, — проворчала Кендис. — Но ты же не делаешь из этого проблему, верно?
— Не делаю, но всё же...
— Кстати, ты до конца своей никчёмной жизни собираешься промышлять убийствами всяких идиотов?
— Не знаю, Кен. Я запуталась, — Сара вздохнула, бездумно теребя мочалку. — Всё слишком сложно.
— Ладно, — подруга решительно закрыла тему. — Расскажи лучше, что там за дело.
— А, ну да. Знаешь, наверное, именно это и выбило меня из колеи. Мне всегда заказывали конченых ублюдков в возрасте, а он...
— Кто "он"?
— Луи Томлинсон. Ему всего лишь двадцать четыре, Кен, понимаешь? Младше меня.
— На год, — уточнила Кендис.
— На год, — эхом отозвалась Сара. — Разве это меняет суть? Раньше я не задумывалась о тех, кого убиваю. А сейчас... Знаешь, может, у него есть семья или любимая девушка, или, не приведи Господь, дети...
— Кажется, у тебя переломный момент.
— Возможно. В любом случае, я всё ещё работаю в редакции Cosmopolitan.
— Тебя что, до сих пор не уволили?
— А вот прикинь.

Они помолчали.

— Сара, — Кендис тихонько позвала девушку.
— Да?
— Ты знаешь, что я тебя люблю любую, что бы ты ни делала, но... Ты подумай. Зачем тебе всё это?
— Я подумаю, — отозвалась брюнетка, устало вздыхая. — Честно.
— Сделай правильный выбор, хорошо?
— Хорошо.

Сара выключила телефон, вылезла из ванны и вздохнула. Ну почему Кендис всегда пытается переманить её на сторону добра и праведности? Неужели ей не ясно, что Освальд уже не вернуть?

Девушка накинула халат и легла в постель обессиленная. Она решила для себя, что поедет в Донкастер, о чём незамедлительно сообщила Эрику в WhatsApp.

Он откликнулся мгновенно:

"Отлично. Родители довольны. Всё, что тебе необходимо — деньги, данные — будет, как обычно, короче говоря. Только о жилье тебе придётся позаботиться самостоятельно. Поедешь послезавтра".

"О'кей".

"Наставления перед отъездом будут, мистер О'Дейр?"

"Как обычно".

Сара вздохнула. У киллеров О'Дейров есть один принцип, весёленький такой: провалил дело - готовься быть убитым.

Vote & comment.♡