10 глава.
Я не стала никого будить и вновь уснула. Разбудил меня тихий шепот, который принадлежал двум самым близким мне людям: брату и другу.
— Она просыпалась? — спрашивал Феликс.
— Я не видел... Наверно, нет. — с грустью произнес Джисон где-то рядом.
Я не стала их мучать и открыла глаза, мне было лучше, чем после того пробуждения. Я улыбнулась, взглянув на них.
— Джиу! — брат тут же оказался рядом со мной, по другую сторону стоял друг. — Как ты?
— Я в порядке. Что произошло? — последнее, что я помнила, — это звонок Камен.
— Ты потеряла сознание. Тебя нашел прохожий. Вызвал скорую, и тут вызвали меня. А Феликса я сам позвал. — объяснял он, но как-то долго думал, что сказать. Он никогда не умел врать. Но разбираться с этим я не буду.
— Понятно...
— Прости, сестренка. — Джисон заметно погрустнел.
— За что? — спросила я и попыталась сесть.
— Аккуратнее, — Феликс помог мне, а Джисон тем временем ответил:
— Что не был рядом.
Я посмотрела на него и фыркнула:
— Глупый. Ты здесь. Всё остальное неважно.
— Я тогда скажу доктору, что ты проснулась. — Феликс двинулся к выходу, а брат присел на кровать.
— В следующий раз не задерживайся нигде и лучше сообщай, куда идешь. Хотя, надеюсь, следующего раза не будет, обойдёмся одним, хорошо? — он взял меня за руку.
Я кивнула.
Когда пришёл доктор, он всего лишь осмотрел меня и, сказав, что задерживаться мне необязательно, разрешил уходить, как только закончится капельница. Мою потерю сознания после разговора со мной он объяснил психоэмоциональным истощением — других признаков не было, я была полностью здорова.
На следующий день я сидела в своей гостиной, но не одна, а с братом и другом. Они остались, чтобы последить за мной еще со вчерашнего дня, но не учли один момент: их слежка мне не особо нужна.
— Когда уйдёте? — невзначай спросила я, пока читала книгу, а они играли в приставку.
— Выгоняешь? — ухмыльнулся Джисон. — Я тут еще раз ночевать собрался.
— Нет, нет, нет. Ни за что. У тебя свой дом есть, вот там и спи.
— А не устроить ли еще раз ночёвку? — предложил Феликс, на что я замотала головой.
— Да просто свалите, а! — я любила этих дурачков, и было приятно, что они рядом, но я уже устала находиться в компании людей. Мне нужна своя территория, свой уголок. Казалось бы, нет ничего сложного — уйти в свою комнату, но они же пойдут за мной. Я пыталась...
Они меня проигнорировали. Тогда я поднялась с дивана, намереваясь пойти в ванную — хоть там отдохнуть от общества.
— Ты куда?
— В ванную. Там тоже будете караулить? — я закатила глаза.
— Нет, иди, — спокойно ответил Джисон и вернулся к игре.
Заперев дверь, я уселась в ванну — в совсем пустую, не наполненную, но от этого не менее уютную. Я залезла в телефон и стала листать ленту, наслаждаясь тишиной. Никто не дышит над ухом, не спрашивает, как я себя чувствую, в двадцатый раз. Благодать. Но тишина длилась недолго.
— Джиу, ты там не уснула? — раздался голос Феликса из-за двери.
— Я в ванной, Феликс. В ванной. Что может случиться с человеком в ванной? — крикнула я в ответ, чувствуя, как раздражение поднимается где-то изнутри.
— Мало ли, — буркнул он, но я услышала, как его шаги отдалились.
Я выдохнула и уткнулась лбом в колени. Они, конечно, заботливые. Я знаю, что им не всё равно. Но иногда эта забота душит сильнее любой болезни. Я просто хотела побыть одна — хотя бы полчаса, хотя бы в ванной, где никто не видит меня.
В этот момент телефон завибрировал. Пришло сообщение от Чана в общую группу, там, где были все актёры. Он звал гулять. Все начали отказываться — кто-то устал, кто-то занят, кто-то просто не хотел выходить из дома. А я в этом увидела причину сбежать. Выбраться из этой квартиры, где за мной следят два гиперопекающих человека. Вдохнуть свежий воздух и просто прогуляться.
Хотя какова вероятность, что они не пойдут за мной? Джисон и Феликс — они же как приклеенные. Скажут, что я ещё раз пропаду, что мне нельзя, что лучше посидеть дома. Но об этом думать я не стала. Решила — значит, сделаю. А там будь что будет.
Я вылезла из ванны и, вылетев из ванной комнаты, побежала в свою спальню. Шкаф тут же был открыт, и на пол полетели все возможные вещи — джинсы, свитера, футболки, всё, что попадалось под руку, летело в разные стороны, потому что я ничего не успевала, но в то же время успевала всё.
— Это не подойдёт, — сказала я вслух сама себе и швырнула джинсы куда-то назад, даже не глядя, куда они упадут.
В дверях, сбежавшись на шум, стояли Феликс и Джисон. Их глаза сначала были испуганными — они явно подумали, что-то случилось, — но как только они увидели, что на самом деле происходит, засмеялись. Феликс даже прислонился к косяку, наблюдая за моим личным апокалипсисом.
— Это какое-то посттравматическое расстройство? — спросил он, глядя на то, как я бросаю вещи на пол одну за другой, не разбирая, что куда летит.
— Какое ещё расстройство? — Джисон стукнул его по лбу, даже не поворачивая головы. — Это её банальная сборка погулять. — Он усмехнулся, скрестил руки на груди и посмотрел на меня с таким видом, будто знал меня лучше, чем я сама. — И куда?
Я повернулась к ним, улыбнулась — широко, почти вызывающе, — и вновь вернулась к шкафу, продолжая перебирать вещи, хотя на самом деле уже понятия не имела, что ищу.
— Чего молчишь-то? — не унимался Джисон. — Мы с тобой. Я приведу тебя домой в целости и сохранности.
— Пошли, — ответила я, даже не оборачиваясь. Я знала, что он пойдёт. Знала, что спорить бесполезно. — Только можете выйти, мне переодеться надо.
Феликс и Джисон вышли. Дверь за ними закрылась, и я наконец осталась одна посреди этого бардака — с кучей одежды на полу и странным чувством свободы, которое только начинало зарождаться где-то в груди.
Я обернулась к кучке одежды — вещи валялись буквально везде. Джинсы, которые не подошли, свитер, который оказался слишком тёплым, какая-то футболка, уже забытая мной. Посреди этого всего бардака я и искала то, что в итоге отложила. Светло-голубые джинсовые кюлоты — я отыскала их в самом низу кучи, придавленные всем, что накидала сверху. Они широкие, удобные, с чёткой линией по талии. Белую майку я нашла быстро — всё скучное всегда лежало в одном месте. К джинсам подобрала коричневый ремень и милый брелок с котом. Должно выглядеть неплохо.
А розовую рубашку я сначала не заметила. Она висела на другой вешалке, прикрытая чем-то серым и невзрачным, и я нашла её уже в самом конце, когда почти решила, что надену просто майку. Но когда накинула её поверх майки, поняла — это то, что мне надо.
Когда я переоделась, то вышла в коридор, чтобы посмотреть, какая у меня есть подходящая обувь. Можно взять что-то нежное, может даже розовое — оно отлично подойдёт к рубашке. Я открыла шкаф с обувью, и на меня уже смотрели розовые новые кроссовки. Такие милые, такие идеальные — будто они ждали именно этого момента.
— То что надо! — сказала я вслух и улыбнулась своему отражению в зеркале на дверце шкафа.
Я встала перед большим зеркалом в прихожей, оглядела себя со всех сторон. Всё выглядело прекрасно. Я поправила воротник рубашки, подтянула ремень, одёрнула кюлоты, чтобы сидели ровно.
— Ну как я вам? — спросила я, зайдя в зал, и встала посередине комнаты, как на подиуме.
— Отлично, — сказал Феликс, но потом прищурился и добавил: — А ты точно гулять? Будто на свидание собралась.
— Какое ещё свидание? — я закатила глаза и скрестила руки на груди. — Что ещё придумаешь, сказочник? Если вы не идёте, то иду я. Пока!
Я помахала им рукой и направилась к двери, но они оказались рядом мгновенно — бросили всё, чем занимались, и встали по бокам, будто охрана. Перед выходом Джисон поправил причёску перед зеркалом, а Феликс улыбнулся сам себе, оценивая своё отражение. Самовлюблённые какие.
— А ключи от дома? — спросил Джисон, когда я уже взялась за ручку двери.
— Ты возьмёшь, — ответила я, даже не оборачиваясь. — Ты же меня всё равно назад приведёшь. А вдруг потеряю.
Я ухмыльнулась, толкнула дверь и радостная выскочила на лестничную площадку. Идти без сумок и всяких портфелей было круто — ничего не тянуло плечо, не мешало шагать. Единственное, что немного напрягало, — телефон в руке, но он был мне нужен.
Место нашей встречи был парк. Подходя туда я заметила Чана и Лису, которые болтали о чем-то интересном. С другого конца парка подходили ещё три парня, это были: Хёнджин, Чонин и Сынмин.
— Джиу, рад тебя видеть? Как себя чувствуешь? — спросил Чан, подойдя.
— Отлично, спасибо, что спросил.
— Не думал, что ты пойдешь гулять на следующий день после больницы... — продолжил он.
— Все хорошо, правда.
— Вот и прекрасно! Пошли, надо срочно обсудить кое-что!! — Лиса взяла меня за руку и повела прочь от всех.
— Куда? — Джисон бросился следом.
— Парням тут быть необязательно! Брысь! — она махнула рукой. — Мы будем на виду.
— Ладно. — Он вернулся, а мы с Лисой сели на лавочку в паре метров от собирающихся друзей.
— Рассказывай, — сказала она, а меня аж передёрнуло. Это уже триггер какой-то — после всего, что случилось с Камен.
— Чего?
— Что у вас с Минхо? Я же вижу. Он тебе нравится! — она взяла меня за руки и улыбнулась так широко и искренне, будто раскрыла великую тайну.
— Кто? Что? Он?? — я аж подскочила на лавке, чуть не уронив телефон. А потом заметила, что на меня все смотрят. Лиса в этот момент испугалась, будто увидела перед собой что-то страшное — её глаза расширились, и она на секунду отпрянула. — Прости, я...
— Нет, ты меня прости, — быстро заговорила она, сжимая мои пальцы. — Я не должна была лезть в это, тем более мы даже не особо подружки.
— Всё в порядке, — сказала я, стараясь унять бешено колотящееся сердце. — Просто Минхо, он... Как бы тебе сказать.
— Он тебе внешне не нравится? — Лиса удивилась, приподняв бровь, будто услышала что-то немыслимое.
— Нет. Он красивый! Даже очень, — выпалила я, и тут же пожалела об этом, потому что слова вылетели слишком быстро, искренне. — Правда, просто...
— Кто красивый? — раздался голос прямо за спиной. Я обернулась — это был Хёнджин. Он стоял в двух шагах, улыбался во все тридцать два и явно слышал достаточно, чтобы сделать свои выводы.
— Да я же сказала — не для мужских ушей наш разговор! — завопила Лиса, подскочила с лавки и схватила Хёнджина за руку. — А ну брысь отсюда!
Она оттащила его обратно к остальным, а я осталась сидеть, чувствуя, как горят щёки, и проклиная себя за то, что вообще открыла рот.
Когда она вернулась, времени на разговор почти не осталось — последние люди подходили к нашей компании, и в любой момент мы могли уже уходить. И я решила сказать то, что нужно было.
— Чёрт, я не хочу об этом говорить, — выдохнула я. — Я не могу его любить, всё. Он плохой человек.
— Плохой? — Лиса посмотрела на меня так, будто я сказала, что трава оранжевая, а небо зелёное. — Минхо? Этот отзывчивый, добросердечный человек? Тот, кто всегда приходит на помощь, даже когда сам находится на дне? Тот, кто отдаст последнее ради других? Мы говорим об одном и том же Минхо?
Я замерла. В её голосе было столько уверенности, столько тепла, когда она говорила о нём, что я на секунду усомнилась в собственном восприятии. Но потом я вспомнила его холодные ответы, эта непонятная связь с Камен, его постоянные пренебрежения.
— Если ты о Ли Минхо, который любит мятное мороженое, то да, — сказала я и невольно улыбнулась, потому что эта деталь — такая маленькая, такая глупая — почему-то согревала меня изнутри.
— Мятное мороженое? — Лиса удивилась. — Чего? Он же его не ест! — твердила она.
— Не ест? Я видела, как он ел...
— Может, просто пробовал, — пожала плечами она, и этот жест — такой небрежный, такой обычный — заставил меня замереть.
Пробовал? Или всё-таки любит? И почему меня это вообще волнует?
Вдруг нас прикрыла чья-то тень. Я подняла взгляд — перед нами стоял Минхо. Лиса в ту же секунду рассердилась, скрестила руки на груди и посмотрела на него так, будто он только что испортил ей самый важный разговор в жизни.
— Я рад, что вы говорите обо мне, — произнёс он с лёгкой усмешкой, — но мы можем идти?
Он всё слышал? И сколько? Сколько он слышал? Меня бросило в жар, потом в холод, и я почувствовала, как щёки начинают гореть предательским румянцем.
— Мы пойдём, если ответишь на вопрос, — Лиса улыбнулась такой сладкой улыбкой, будто придумала идеальную ловушку. В её глазах читалось любопытство — она хотела проверить что-то важное.
— Что за давление? — Минхо нахмурился. — Не хочу.
Он собрался уйти, сделал шаг в сторону, но Лиса быстро схватила его за руку. Я перевела взгляд на него… и сердце дрогнуло. Его рука, схваченная Лисой, не отдёрнулась — он не вырвался, не отшатнулся, но кулак непроизвольно сжался, а плечи чуть напряглись. Было заметно, что ему неудобно, что он сдерживает себя из последних сил, пытаясь не выдать лишнего. На мгновение наши взгляды встретились, и в этой секунде промелькнуло что-то, что заставило меня одновременно ощутить лёгкую боль и странное тепло. Что-то похожее на ревность жгло изнутри — едва ощутимо, но так чётко, что я не могла это игнорировать. Я быстро отвернулась, пытаясь скрыть своё внутреннее волнение, но глубоко внутри понимала: он видел это. Он всё видел, даже если не сказал мне ни слова.
— Что хотела? — только и кинул он, аккуратно, но настойчиво освобождая свою руку из её пальцев.
— Какое твоё любимое мороженое? — спросила Лиса, не скрывая своей хитрой улыбки.
— Мятное, — ответил он, и его взгляд упал на меня. Будто он обращался не к Лисе, а ко мне. Будто этот ответ был только для меня.
— Ты же не ел… никогда, — удивилась Лиса, и в её голосе послышалось искреннее недоумение.
— Ел. Ты просто не наблюдательная, — бросил он холодно, даже не взглянув в её сторону.
— Ой, пошёл ты, — фыркнула она, поднялась с лавки и, задев его плечом, прошла к ребятам, оставив нас двоих стоять друг напротив друга.
Я отправилась за Лисой, сделала несколько шагов, но слова Минхо, которые он сказал следом, заставили меня остановиться и замереть на месте.
— Я сам могу рассказать о себе, — услышала я за спиной. — Не надо наблюдать за мной, ненормальная.
Внутри всё оборвалось. Наблюдать. Он сказал «наблюдать». Это слово прозвучало как приговор. Кажется, плохой из меня сталкер.
— Что ты несёшь? — спросила я, не поворачиваясь, стараясь, чтобы голос не дрожал.
Но он мне не ответил — я ощутила его руку на плече. Такую большую. Такую сильную. Она мягко, но настойчиво подтолкнула меня вперёд — к нашей компании.
— Идём. Зачем заставлять ждать..?
______________________________________
Вот такая глава. Дальше будет еще интереснее)
Жду вас у себя в ТГК: Стэй здесь.