Revenge

Холодный ветер гонял обертки от конфет по пустырю за школой Дунхуа. Сун Яо стояла на коленях, вдавливая пальцы в мелкие острые камни. Ее школьная форма была испачкана грязью, а волосы растрепались - кто-то из компании Сяо Бэя дернул ее за хвост, когда она пыталась убежать.

- Эй, Яо! Ты чего так быстро убегаешь? Мы же просто хотим поиграть! - Лин Сяо Си, милая на первый взгляд девушка с дорогим телефоном в руках, снимала происходящее на камеру, заливисто смеясь.

Сун И Тин, стоящая рядом с ней, брезгливо поправила свою сумочку.
- Фу, Сяо Си, не подходи к ней близко. От нее воняет дешевым маслом для жарки. Она же официантка в забегаловке. Представляешь, этими руками она тарелки моет, а потом за парту садится.

Чу Гуй Хун, тощий парень с наглыми глазами, пнул валявшийся рядом портфель Сун Яо, и тетради разлетелись по лужам.
- Слышь, нищенка. Ты завтра контрольную по математике напишешь за меня. Если хоть одна ошибка будет - я твою богадельню в соцсетях засвечу. Адресок твоей халупы скину всем, пусть приходят посмотреть, как живут крысы.

Сяо Бэй, лидер этой компании, просто стоял и ухмылялся, наслаждаясь своей властью.

Сун Яо молчала. Она давно перестала плакать. Слезы кончились еще в прошлом году, когда она поняла, что жалеть ее некому. Сирота, живущая на съемной квартире, работающая по ночам в закусочной, чтобы оплатить эту самую квартиру и жалкие остатки еды. Учителя? Директор? Они видели только деньги родителей этих «деток». Пока те не лезут в драку при свидетелях, можно делать вид, что ничего не происходит.

- Эй, Яо, смотри на меня, - пропел Чу Гуй Хун, подходя ближе и замахиваясь ногой, чтобы пнуть ее сумку с вещами, которые она пыталась собрать.

В этот момент Сун Яо подняла голову. Она посмотрела не на Чу Гуй Хуна, а прямо в камеру Лин Сяо Си. В ее темных, почти черных глазах не было страха. Там было что-то другое. Что-то, отчего Лин Сяо Си на мгновение перестала смеяться и опустила телефон.

Сун Яо медленно, не обращая внимания на боль в разбитых коленях, поднялась. Она отряхнула юбку и спокойно пошла собирать тетради из лужи.

- Ты оглохла?! - взбесился Чу Гуй Хун от ее игнора, но Сяо Бэй остановил его движением руки.
- Ладно, Гуй Хун. Оставь ее. Завтра на контрольной встретимся. - Сяо Бэй посмотрел на Сун Яо с прищуром. - Если что, мы знаем, где ты работаешь. Будет весело прийти всей толпой в твою столовку.

Они ушли, громко смеясь и обсуждая, куда поедут вечером развлекаться.

Сун Яо осталась одна на пустыре. Она сжала в руке мокрую тетрадь, с которой капала грязная вода. Потом перевела взгляд на свои ладони - содранные в кровь о камни.

«Достаточно, - пронеслось у нее в голове. - Я устала быть жертвой».

В эту ночь она не пошла на работу. Она сидела в своей крошечной съемной комнате с облупившимися обоями и смотрела в одну точку. Перед ее глазами мелькали лица: улыбающаяся Сяо Си, брезгливая Сун И Тин, наглый Чу Гуй Хун, самодовольный Сяо Бэй. Она вспомнила каждый пинок, каждое унижение, каждое слово, сказанное шепотом у нее за спиной.

Закон не поможет. Учителя не помогут. Остается только одно.

Сун Яо достала старый потрепанный блокнот и ручку. Кровь с ее ссадины капнула на белую бумагу, оставив алое пятно. Она не обратила на это внимания. Медленно, старательно она вывела четыре имени.

1. Чу Гуй Хун
2. Лин Сяо Си
3. Сун И Тин
4. Сяо Бэй

Она посмотрела на список. Ее пальцы дрожали не от страха, а от предвкушения.

- Я превращу вашу жизнь в ад, - прошептала она в пустоту комнаты. - Я стану тем кошмаром, который вы не сможете контролировать.

***

Ли Цзинь Юй устало потер переносицу. Первая пара в медицинском университете прошла как в тумане. Мысли постоянно возвращались к больнице, где он проходил стажировку. Мама, главный врач, устроила его туда, надеясь, что работа отвлечет его от мыслей об отце. Не отвлекла. Каждый раз, проходя мимо приемного покоя, он вспоминал, как сюда привезли отца. Пациент-убийца. Псих, напавший с ножом. Скорая не успела.

- Цзинь Юй, ты идешь? - Нин Юань Чжоу, его лучший друг, хлопнул его по плечу. - У нас смена через час. Жэнь Жу И сказала, что там сегодня завал, скорая привезла двух парней после драки, орут на весь этаж.

- Иду, - коротко ответил Ли Цзинь Юй.

В больнице было шумно. Нин Юань Чжоу, как всегда, быстро переключился в рабочий режим, подкалывая медсестер, пока они шли в ординаторскую. Жэнь Жу И, милая девушка с добрыми глазами, встретила их с папками в руках.

- О, мальчики, привет! Юань Чжоу, тут к тебе пациентка из двадцать третьей палаты, говорит, что у неё аллергия на твои шутки, - засмеялась она.

Нин Юань Чжоу театрально схватился за сердце.

Ли Цзинь Юй прошел в свою сменку. Работа помогала заглушить боль. Он мельком взглянул в коридор. Там, на жесткой больничной скамейке, сидела девушка. На ней была школьная форма, но вид у нее был... странный. Она сидела очень прямо, сцепив руки на коленях. Ее лицо было бледным, под глазом расплывался свежий синяк, а губа была разбита. Но самое жуткое было не в этом. В ее взгляде, устремленном в одну точку на стене, не было боли. Не было страха. Там была ледяная пустота.

Вокруг девушки суетилась женщина в дорогой шубе - видимо, мать кого-то из пациентов. Женщина кричала на медперсонал, требуя лучшую палату для своего сына. И вдруг эта женщина обернулась к школьнице.

- Это ты во всем виновата! - взвизгнула женщина, тыча пальцем в девушку. - Это из-за таких, как ты, мой мальчик связался с плохой компанией! Тебя саму надо лечить, душевнобольную!

Девушка даже не моргнула. Она продолжала смотреть в стену.

- Кто это? - тихо спросил Ли Цзинь Юй у проходившей мимо Жэнь Жу И.

- А, это... - Жэнь Жу И понизила голос. - Из школы Дунхуа привезли. Драка. Вернее, на нее напали. Компания богатеньких детей. Эту девушку зовут Сун Яо. Ее избили, у нее сотрясение, но она отказывается говорить, кто это сделал. А та дамочка в шубе - это мать одного из нападавших. Представляешь? Она еще и орет на пострадавшую, что та сама виновата.

Ли Цзинь Юй снова посмотрел на Сун Яо. В ней не было ни капли слабости. Только какая-то страшная, концентрированная ненависть, запертая глубоко внутри.

Внезапно девушка повернула голову и встретилась с ним взглядом. Черные, бездонные глаза смотрели прямо на него. В них не было просьбы о помощи. В них был вопрос. И приговор. Ли Цзинь Юй почувствовал, как по спине пробежал холодок. В этом взгляде было что-то нечеловеческое, что-то от загнанного в угол зверя, который готовится к прыжку.

- Что с ней будет? - спросил он Жу И.

- Полежит до вечера, и отпустят. У нее нет родителей. Не к кому обращаться. Она живет одна, - вздохнула Жэнь Жу И. - Бедная девочка.

Но Ли Цзинь Юй вдруг понял, что «бедной» эту девушку назвать нельзя. Сун Яо снова уставилась в стену, но теперь на ее разбитых губах появилась едва заметная, пугающая усмешка.

Чуть позже, когда Ли Цзинь Юй выходил из больницы, он увидел, как к крыльцу подъехала дорогая машина, из которой вывалилась шумная компания. Четверо парней и девушек в дорогой одежде. Они смеялись и громко обсуждали, как сегодня «оттянулись» на какой-то нищенке из их класса.

- Слышь, Гуй Хун, а ты ей хорошо заехал? - спросил высокий парень, которого называли Сяо Бэй.

- Да я еле остановился, а то бы вообще откинулась! - ржал Чу Гуй Хун.

Ли Цзинь Юй замер. Он перевел взгляд на окно больничной палаты, где, по идее, лежала Сун Яо. А потом снова на этих смеющихся ребят.

Внутри у него что-то щелкнуло. Он вспомнил глаза девушки. И эти лица. Ему вдруг показалось, что эти четверо даже не подозревают, какую бурю они выпустили на волю, издеваясь над той тихой сиротой.

Той ночью Сун Яо выписалась из больницы. Она шла по темной улице к своей квартире, сжимая в кармане осколок стекла, подобранный возле больничной ограды. Сегодня Чу Гуй Хун ударил ее первым. Но это был его последний раз, когда он кого-то бил. Она обещала себе это.