Вместе навеки
Нью-Йорк приходил в себя после ливня, задержавшегося в городе на пару дней. Люди торопились на работу, машины вновь сгрудились в многочасовых пробках, закупорив улицы мегаполиса, а это значило, что его сердце продолжало биться.
Кристен мысленно порадовалась, что в издательстве ей нужно было появиться лишь вечером. Сонный взгляд зеленых глаз мягко скользнул по комнате, залитой холодным светом с улицы. Теперь такое освещение казалось не таким враждебным и резким. Напротив. Из соседней комнаты доносилось хныканье Ларри, знавшего график питания лучше, чем его родители. От окна взгляд Кристен переметнулся на будильник, который сегодня, хвала Небесам, был отключен. Десять двадцать. На месте Ларри она бы и сама расстроенно хныкала, если бы в такое время не появился завтрак. Девушка вновь закрыла глаза, ощутив прощальное прикосновение сна и будто пытаясь запомнить небывалый комфорт от лежания в кровати. Руки Дэна все еще обнимали ее талию. Удивительно, как его чуткий сон на сей раз не нарушили вопли из соседней комнаты. Шумно втянув воздух и чувствуя, как чуть затекшие мышцы приходят в движение, Кристен повернулась на спину.
- Подъем. - мягко пропела она, взъерошив темно-русые волосы Дэна, лицом уткнувшегося в ее подушку.
Тот вроде как вздрогнул и чуть отпрянул, щурясь от света с улицы.
- И тебе доброе утро. - пробурчал он, откатываясь на свою сторону кровати.
Кристен мягко улыбнулась, наблюдая за ним, и поднялась с кровати.
- Ох, твою ж мать... - взгляд Дэна тоже упал на часы. Время явно его взбодрило.
- Тебе же не надо сегодня в издательство? - Кристен накидывала легкий халат поверх пижамы.
- Нет, но я обещал созвониться с Джеком, да и дедлайн никто не отменял. - кряхтя, Дэн тоже поднялся с кровати.
Бэв уже не было. Вчера за ужином она обронила что-то насчет встречи с работодателями в риэлторском бюро. То, что девушка по-прежнему находилась в поисках работы радовало. Да, траур все еще не покидал сердца Бэв, однако заинтересованность (пусть даже и минимальная) давала надежду на то, что подруге станет легче. Рано или поздно, но обязательно станет.
Из-за туч наконец выглядывали неуверенные солнечные лучи. В Нью-Йорк наконец приходила настоящая весна. Последнее время погода напоминала скорее осень. Но все же, как утверждал Дэн, календарь никто не отменял, а значит, что несмотря на погоду за окном, пусть и на бумаге, но лето неумолимо приближалось. Это не могло не радовать. Ларри бодро что-то лепетал, сидя на своем персональном троне за общим столом, пока его мать относила тарелки в раковину. Сзади нее вырос второй силуэт, обвивший ее талию руками. Кристен тихо усмехнулась.
- Какие планы на день? - Кристен почувствовала теплое дыхание Дэна на шее.
- Вечером обещала Рейчел заскочить в издательство по поводу статьи. А что? - она чуть откинула голову назад.
- Просто уточняю. Мы впервые за долгое время вообще одни в квартире.
- Ты сначала с Джеком разберись.
- Этот засранец подождет. - усмехнулся Дэн, поцеловав Кристен в шею. Ее губы растянулись в улыбке.
- Так... - пытаясь собрать мысли во что-то целостное, пробормотала Кристен, - Тогда я заскакиваю к Рейчел сейчас, и остаток дня у меня совершенно свободен. - чуть отстранившись, она загадочно взглянула на Дэна.
- Ну ладно. - чуть помедлив, он нехотя согласился, театрально закатив глаза.
Кристен мягко поцеловала его.
Дэн наконец открыл ноутбук. Объемный очерк уже буквально был на перроне перед отправкой Джеку. Дэн бегло просмотрел его. Мысли сейчас казались какими-то свежими, чистыми, словно воздух после ночного дождя. Это было одно из тех немногочисленных утр, когда жуткие образы из кошмаров не просачивались в настоящее, отравляя его своим присутствием. Все потому, что после полуночи Дэна накрыл обычный глубокий сон, во время которого мозг слишком сосредоточен на процессе, чтобы показывать тебе какие-то картинки, пусть даже не особенно лицеприятные. Дэна такой расклад вполне устраивал. Следующие пару минут он просто тупо смотрел на экран ноутбука, пытаясь собраться с мыслями. Это как когда садишься за чистый лист бумаги и решаешься начать работать. Только вместо листа у Дэна был наконец отдохнувший мозг.
Записная книжка стала бы прекрасным мотиватором продолжить работу. Дэн распахнул ящик. Нужный блокнот лежал наверху . Пальцы сжали потрепанную обложку, и Дэн хотел уже было закрыть ящик, но что-то остановило его.
Среди прочих бумажек и документов виднелась глянцевая бумага. Тонкая, блестящая в свете настольной лампы полосочка. Прищурившись и пытаясь понять, что это такое, Дэн вновь открыл ящик и принялся разгребать свои залежи. Наконец он вытянул загадочную бумажку за край. Что-то внутри слабо дернулось.
Это была фотография. Точнее не одна фотография, а целых пять, сделанных в фото будке. На обратной стороне красивым почерком Кристен подписано: 29 мая, 1998 год. Дэн слабо улыбнулся, нежно рассматривая чуть выцветшие фотографии и лица, запечатленные на них. Им тут лет пятнадцать-шестнадцать. Обычные подростки, которые только-только закончили учебный год и рассчитывающие провести самое лучшее лето в их только начавшихся жизнях. Они даже не догадываются о том, что совсем рядом с ними существует адская Лаборатория, что совсем скоро жизни одного из них придется кардинально измениться, что черед десять лет другой героически погибнет, спасая сотни невинных жизней, они не догадывались, что жизнь свяжет их четверых не простыми дружескими связями, которым суждено, как и большинству подобных, рассыпаться со временем. Они станут настоящей семьей. Кто-то даже буквально.
И все же эта семья из четверых ровесников стала для Дэна той, которой ему всегда не хватало. Сейчас, когда одного ее члена не стало, это осознание пришло к остаткам команды. Тем летом, летом 98 года, было положено начало этой связи. Все было предопределено еще тогда, как говорил Дэн прошлой ночью. Множество совпадений. Та драка на школьном дворе, общее видение, исчезновение Кристен, первое совместное лето, Лаборатория... куча, казалось бы, несвязанных событий, которые привели к крепкой, многолетней связи.
Дэн все всматривался в такие знакомые лица. Лица подростков, искренне наслаждавшихся жизнью и предвкушавшими всю прелесть предстоящего лета. Они были счастливы. И сейчас, спустя почти 10 лет они все еще были друг у друга. И это было главное.