План для защиты (Ч.1)
Ночь. Парк на границе леса.
Тишина глушит даже звук ветра. В воздухе висит тревожное напряжение.
На слабо освещённой поляне стоит Юру, закутанная в чёрную куртку, с серьёзным лицом. В её глазах ни капли страха — только решимость.
Из темноты леса появились трое:
Шигораки, Даби и Курогири.
Тени шевельнулись, как дым, и окружили их силуэты. Каждый из них насторожен. Они ещё не знают — с чем пришла Юру.
Юру шагнула вперёд и молча протянула три небольших чёрных чипа.
— Возьмите. Это — чипы тревоги. У моих они уже есть.
Если будет угроза вашей жизни — ломайте.
Сигнал дойдёт до меня. И я…
Я сразу же приду.
Шигораки удивлённо смотрит, потом осторожно принимает чип. Передаёт его Курогири, тот с уважением кивает.
Юру продолжает твёрдо:
— Послушайте. Я не знаю наверняка, но вполне возможно…
Что из-за моего общения с вами — он начнёт действовать.
Он может ударить и по вам.
А потому — не геройствуйте. Не идите на рожон.
Доверьтесь мне.
Её голос немного дрогнул — в нём слышалась боль и забота.
— Шига…
Вы… Все вы…
Такие же моя семья, как и мои одноклассники. Как и простые люди.
Я не позволю, чтобы вас просто… вычеркнули.
Повисла тишина.
Шигораки медленно посмотрел на неё. В его глазах — что-то странное. Не злость, не презрение, а... уважение. Может, даже привязанность.
— Юру, — хрипло сказал он, — ты, похоже…
Единственная, кто смотрит на нас не как на преступников.
Не как на чудовищ.
Ты — не ищешь в нас ошибки. Ты…
Ты просто видишь людей.
И за это… спасибо.
Он поднял глаза и добавил:
— Именно поэтому я хочу, чтобы ты выжила.
Что бы ни случилось — если мы что-то узнаем…
Ты узнаешь первой.
Юру на секунду замерла. А потом улыбнулась, искренне, тепло:
— Хорошо, Шига. Я верю тебе.
Берегите себя.
И… не дайте никому сказать, что вы ничтожны. Ни за что.
Она махнула им рукой, разворачиваясь. Луна осветила её силуэт, когда она пошла прочь, с кроликом Мочо на плече.
Трое злодеев молча смотрели ей вслед.
— Она странная девчонка, — буркнул Даби, засунув руки в карманы.
Шигораки не ответил. Только сжал в руке чип, а затем медленно произнёс:
— Она…
— …та, ради кого стоит сражаться.
В комнате Юру стояла тишина, нарушаемая лишь лёгким стуком клавиш её ноутбука. Свет от экрана мягко освещал её лицо. Юру сидела на кровати, с привычной серьёзностью просматривая какие-то схемы и данные. В уголке губ у неё был зажат леденец на палочке — привычка, которая не исчезала даже в такие моменты.
У стены стояла Момо, прижав к груди папку. Она наблюдала за Юру с ноткой беспокойства.
— Слушай… — наконец заговорила она. — А что если… пострадают другие классы? 1-B, 2-A… Все те, кому ты не передавала чипы. Ты ведь не узнаешь, если на них нападут…
Юру остановилась.
Медленно повернулась к ней, не вынимая леденец изо рта. В её глазах — ни капли паники.
Она спокойно сказала:
— Узнаю.
Момо моргнула, непонимающе.
— Что? Но ты же не раздавала им такие чипы, как нам или Лиге… Разве нет?
Юру сняла леденец и, хитро усмехнувшись, покачала головой:
— Я не настолько глупа. Просто сделала это… иначе.
Она закрыла ноутбук, встала и подошла к полке. Взяла в руки небольшую шкатулку, открыла её — внутри лежало несколько тонких колец, с разными миниатюрными камнями.
— Всем ученикам Юэй я раздала подобные вещи. У кого-то значки, у кого-то брелоки, ручки или заколки. А у учителей — кольца.
Каждое такое украшение имеет сенсор. Если рядом возникает опасность — они посылают пассивный сигнал.
А мой личный чип, — она подняла руку, показывая кольцо с маленьким бриллиантом, — принимает его. И я знаю, где и когда что-то не так.
Момо остолбенела.
— Ты… Ты правда всё это… одна организовала?..
Юру кивнула.
— Да. Я же говорила — взрослым ничего не известно. И это правильно.
Пока они «заняты» на официальных фронтах, мы защищаем то, что действительно важно.
Она на секунду замолчала, а затем добавила с неожиданной теплотой:
— У Кайто тоже есть чип. Мой брат в безопасности. И я уверена, что вы — тоже.
Главное — не теряйте головы, ладно?
Момо выдохнула, чуть расслабившись, но в голосе всё ещё чувствовалась тревога:
— Юру… А если вдруг всё начнёт рушиться? Что тогда?
Юру посмотрела в окно. Город внизу казался тихим, но в её взгляде отражалось знание — этот покой хрупок.
— Тогда… я буду там первой.
Всегда.
Она снова уселась на кровать, вставила леденец в рот и вернулась к ноутбуку.
— А теперь иди спать, Момо. Завтра может быть шумный день.
Юру устало потянулась, закрывая ноутбук, и глубоко вздохнула. Тень легкой тревоги проскользнула по её лицу.
— Хотя… постой.
Момо остановилась на полпути к двери и обернулась.
Юру серьёзно посмотрела ей в глаза, уже без леденца, голос стал более твёрдым:
— Момо… Мне нужна твоя помощь.
— Конечно. Что угодно, — тут же ответила Яойорозу, напрягшись от серьёзности тона.
Юру встала, подошла ближе и заговорила, почти шёпотом, словно стены могли подслушать:
— Сможешь собрать всех в общежитии 1-В? Наш класс, конечно, тоже.
Плюс — Большую тройку, ребят из поддержки, общеобразовательного отделения…
Всех, кто хоть немного может держаться на ногах и кому мы можем доверять.
— Это… много людей, — растерянно сказала Момо, — но… я справлюсь. Только…
Юру, что происходит?
Юру отвела взгляд в сторону, будто пыталась собрать мысли. Потом сказала:
— Я больше не могу держать всех в неведении. Пришло время говорить напрямую.
Нужен план. Настоящий, масштабный.
Если начнётся атака… не только мы будем в опасности.
Я хочу, чтобы все знали, как действовать. Чётко. Без паники.
Она замолчала, потом чуть тише:
— Это уже не просто война героев и злодеев. Это… катастрофа, которая может уничтожить всё.
Если он решит нанести удар — будет не жалость. Не выбор. Не шансы.
Момо смотрела на неё в полном молчании. Потом медленно кивнула.
— Хорошо. Я соберу всех. Скажу, что это важный тактический сбор.
Сделаю всё тихо, без паники.
Юру коротко кивнула, словно отдавая приказ:
— Действуй. Я пока подготовлю схему — как разбить нас по группам, кому что делать, кто будет с кем.
И заодно дам чипы тем, кто ещё не получил.
Она снова взглянула на кольцо на пальце, и прошептала почти себе:
— Осталось совсем немного времени…
Все ученики собрались в зале общежития 1-А. Кто-то стоял, кто-то сидел на подоконниках, кто-то прислонился к стене — царила тишина, наполненная ожиданием. Юру стояла в центре, обводя всех внимательным, серьёзным взглядом. Её глаза больше не были мягкими — в них была решимость.
Она глубоко вдохнула и начала:
— Итак…
Вы все здесь не просто так.
Я благодарна каждому из вас, кто пришёл по моей просьбе.
И сейчас я скажу то, что не услышите от учителей. Не из новостей. Не из радиопередач.
Скоро… грядёт нечто опасное. Что-то, что может уничтожить всё, что мы с вами защищаем.
Это не просто атака… это — катастрофа.
Она замолчала на секунду, выровняла дыхание и продолжила:
— И я не зову вас на бой. Я зову вас на защиту.
Мне нужны не воины, а союзники.
Те, кто пойдут за мной не потому, что обязаны, а потому что верят.
Из толпы вышел Мирио. Его лицо было серьёзным, но в голосе всё равно звучала надежда:
— Юру… Что именно происходит? Какая катастрофа?
Скажи, и мы будем с тобой.
Юру сжала кулаки, словно борясь с эмоциями:
— Скоро закончится наше "спокойное" время. Впереди — дни, полные страха и боли…
Но прошу… не бойтесь.
Пока я жива — ваша жизнь под моей защитой.
Я прошу вас — доверьте мне свои жизни.
Я не герой. Ещё нет. Но я стану щитом. Ради вас.
Ради тех, кого я люблю.
Она поклонилась низко, зажмурив глаза, будто ожидая отказа, страха, насмешек.
Пауза повисла тяжёлая.
Потом:
— Юру, — мягко сказал Мирио, — тебя хвалят не просто так. Учителя знают, что ты сильная. Что ты можешь за себя постоять.
Но самое главное — ты несёшь ответственность, даже когда никто не просит.
Ты обезбашенная, да, — он усмехнулся, — но настоящая.
Я доверяю тебе свою жизнь.
Он обернулся:
— Так ведь, Тамаки?
— Я… д-да… — пробормотал Тамаки, пряча взгляд, — Я тоже доверяю. Юру… ты…
Ты не похожа на других. У тебя доброе сердце… но ты умеешь быть страшной, когда надо.
— И я тоже! — бодро сказала Неджире, — Ты сияешь даже в самый тёмный момент, Юру. Конечно, я с тобой!
Юру вскинула голову. Она не ожидала такого — глаза распахнулись от удивления. Она поднялась, выпрямилась, словно в её спину вливали новую силу. А потом:
— Мы тоже с тобой, Юру, — хором сказал класс 1-А. Все улыбались, кто-то кивнул, кто-то поднял кулак, кто-то просто подошёл ближе.
Слёзы предательски скатились по щекам Юру, и она не удержалась — опустилась на корточки, прикрывая лицо:
— Я… Я обещаю…
Я не позволю никому вам навредить…
Шинсо, молча подошёл, опустился рядом, поднял Юру на руки и мягко, но уверенно поцеловал её в губы.
— Всё хорошо, не плачь, — прошептал он. — Посмотри на них… Они с тобой.
И мы с тобой. До конца.
Рядом уже стоял Бакуго. Его лицо как всегда было мрачным, но голос — тёплым:
— Не ной, крольчонок, — сказал он, прищурившись. — Ты вообще в курсе, как ты выглядишь, когда рыдаешь?
Он резко наклонился и тоже поцеловал Юру. Ласково. Уверенно. По-своему.
— Теперь точно ни у кого не останется сомнений, — усмехнулся он, — кому ты принадлежишь.
Шинсо закатил глаза, но ничего не сказал. Он просто крепче обнял Юру, а та лишь тихо рассмеялась сквозь слёзы. Наконец-то не одна.