Солнце после дождя
Прошла неделя.
Жизнь постепенно возвращалась в привычное русло. Юру снова посещала занятия, тренировалась, смеялась с друзьями и, наконец, по-настоящему жила, а не существовала в тени страха.
А ещё… между двух парней, Шинсо и Бакуго, разгорелась настоящая тихая война за её внимание.
— Юру, может, прогуляемся после занятий? — сдержанно, будто мимоходом, предлагал Шинсо, стараясь выглядеть непринуждённым.
— Тц. Она со мной пойдёт. Я заранее договорился, — отрезал Бакуго, бросая на Шинсо острый, как нож, взгляд.
Девочки из класса, включая Момо, Урараку и Джиро, наблюдали за этим, еле сдерживая смех.
— Серьёзно? Они опять как павлины перед ней распускаются, — хихикала Джиро.
— Да уж... Кто бы мог подумать, что эти двое будут драться за чьё-то сердце? — добавила Урарака, прикрывая рот ладонью.
Парни из класса каждый поддерживал "своего":
— Шинсо, не поддавайся, у тебя загадочность, ты ей нравишься, я точно знаю, — шептал Каминари.
— Бакуго крушит преграды кулаками, он справится и с этим, — убеждённо говорил Киришима, хлопая его по плечу.
Юру наблюдала за этим с мягкой улыбкой, слегка краснея, но сердце её было спокойным.
Солнце, высоко в небе, казалось светило ярче, чем когда-либо. Оно отражалось в её глазах — тех самых, что когда-то были полны боли, теперь сияющих теплом и спокойствием.
Больше не было страха.
Не было пустоты.
Не было одиночества.
Только равновесие. Покой. И свет.
Юру подняла голову, посмотрела в небо и прошептала:
— Спасибо…
Юру подошла к Шинсо и Бакуго.
Парни в этот момент снова переглядывались, будто собирались врубиться друг в друга с новой порцией колкостей. Но Юру прервала их, весело засмеявшись и положив руки на их плечи.
— Всё, хватит! — сказала она с яркой, по-настоящему счастливой улыбкой. — Пошлите все вместе погуляем!
Оба слегка опешили.
Бакуго нахмурился, но потом хмыкнул и отвернулся, чтобы скрыть лёгкий румянец:
— Тц… как скажешь.
Шинсо усмехнулся и кивнул:
— Звучит справедливо.
Юру повернулась к остальным ребятам из 1-А:
— Ребят, вы с нами?
Ответ был громким и радостным:
— ДА!! — хором воскликнули они.
— Я возьму фотоаппарат! — закричала Хагакуре.
— Ооо, устроим пикник? — тут же подхватила Урарака.
— Я испеку маффины! — добавила Сато.
— И я возьму гитару… — пробормотал Джиро, будто бы невзначай.
— Гуляем, значит, по полной! — воскликнул Каминари, уже обнимая Киришиму за шею.
Толпа взбудораженных подростков высыпала на улицу — кто с рюкзаком, кто с пакетом, кто просто вприпрыжку. Весёлые крики, смех, ощущение лета, юности и лёгкости заполнили всё вокруг.
Юру шла между Шинсо и Бакуго.
Шинсо смотрел вперёд, но иногда искоса поглядывал на неё.
Бакуго шёл рядом, молча, но чуть ближе, чем обычно, и будто бы защищал своим присутствием.
А Юру…
Юру просто улыбалась.
Все сидели в парке под большим деревом, на пледе. Еда, напитки, сладости — всё как на обычном пикнике. Было тепло. Солнце светило мягко, ветер играл листьями. Весь 1-А был рядом. Смех, разговоры, весёлые крики. Всё как должно быть.
Юру сидела между Бакуго и Шинсо. Улыбалась, глядя на всех. Потом чуть опустила глаза, сжала руки в коленях. Помолчала. И вдруг сказала:
— Я... Кажется, нашла ответ... На ваши чувства...
Мгновенно наступила тишина.
Шинсо и Бакуго сразу напряглись, посмотрели на Юру. Остальные тоже замолчали, уставились на неё, даже дыхание затаили.
Юру молчала пару секунд... потом резко улыбнулась и рассмеялась.
— Хахахах! Да что с вами?! Расслабьтесь уже! Вы как будто на экзамене у Старателя!
— Юру! — хором сказали Мина и Джиро, а потом захихикали.
Юру выдохнула.
— Ну, Шинсо... Бакуго... — она посмотрела на них обоих, улыбаясь чуть грустно. — Вы оба мне дороги. Один — тихий, понимающий. Другой — сильный, настоящий. Вы такие разные... но вы оба — мои.
Она чуть покраснела, но продолжила:
— Я... если вы не против... я бы хотела быть с вами обоими. Вместе.
Мина не выдержала:
— Ты что, реально подумала над приложением Цуи?! Тройное отношение?!
— МИНА!! — Юру закричала, закрывая лицо руками. — Ну зачем ты так громко?!
Класс разразился смехом. Даже Бакуго усмехнулся, хоть и покачал головой. Шинсо только слегка улыбнулся, но в глазах у него был свет.
Бакуго выдохнул, скрестил руки на груди.
— Если ты этого хочешь — я не против. Но! Только по моим условиям.
Шинсо кивнул.
— Я согласен.
Юру смотрела на них, с удивлением и теплотой.
Она не ожидала, что всё сложится так. Но сейчас... было правильно. Было спокойно. Было светло.
Она тихо сказала:
— Спасибо… вам…
А потом громко:
— Ребят! Все! Пошлите гулять! Хватит сидеть, у меня настроение просто супер!
— ДААААА! — раздалось в ответ.
И весь 1-А пошёл вперёд, весёлый, шумный, настоящий.
А Юру шла между Шинсо и Бакуго, смеясь и чувствуя в груди только одно — счастье.
Вечер. Тёплый свет ламп освещал гостиную в общежитии. Все сидели кто где — на диванах, подушках, полу. Атмосфера была уютной, усталой, но счастливой. Разговоры то затихали, то вспыхивали снова — все обсуждали прошедшую прогулку, кто как упал в фонтан, кто сколько съел, кто кого случайно запачкал мороженым.
Юру тихо спала, уткнувшись в плечо Шинсо. Его рука была осторожно на её спине, поддерживая её, чтобы она не соскользнула. Он смотрел на неё, не двигаясь, будто боялся потревожить.
Бакуго подошёл молча. В его руках был плед. Он на секунду замер, посмотрел на них, и без слов накинул плед на Юру, аккуратно, почти нежно.
— …Спасибо, — тихо сказал Шинсо, не поворачивая головы.
— Не за что, — буркнул Бакуго, убрав руки в карманы и прислонившись к стене рядом. — Главное, чтоб она не заболела.
Несколько девочек наблюдали за этим с умилением. Мина, прикрыв рот руками, шепнула:
— Боже… да это самая милая сцена, которую я видела за весь год…
— Тише ты, — прошипела Джиро, — разбудишь!
Был слышен только тихий смех, шелест пледа, да лёгкое дыхание Юру. Она была спокойна. На её лице не было ни боли, ни тревоги — только покой.
Камин потрескивал, лампы мигали.
Этот вечер был тёплым. Настоящим. Домашним.
Юру, Шинсо и Бакуго...
А рядом — их вторая семья. Класс 1-А.
Прошло ещё пару месяцев. Все в классе 1-А давно вернулись к нормальной жизни, и теперь с головой окунулись в приготовления к важному событию — до Нового года оставалось всего три дня.
Общежитие было полным хаоса, радости и хлопот. В коридорах уже висели мишура и гирлянды, а в гостиной кто-то напевал новогодние песни. Запах мандаринов, горячего какао и печенья заполнял весь дом.
— Хватай с той стороны! — командовала Мина, карабкаясь по дивану с гирляндой. — И кто вообще её так завязал в коробке?
— Это точно был не я, — буркнул Бакуго, стоя рядом с Киришимой и развешивая бумажные фонарики. — Не мешай, а то сейчас сам как гирлянда заискрюсь.
— Хахаха, — рассмеялся Киришима. — Главное — не взорви нам ёлку, Бакугойка!
Шинсо сидел у окна с коробкой игрушек. Он молча отбирал самые аккуратные и сложил их рядом, иногда поглядывая в сторону Юру. Та стояла у стола с Момо, и аккуратно упаковывала подарки.
— Ты в этом настоящая художница, — сказала Момо, глядя, как Юру завязывает идеальный бантик.
— Просто хочу, чтобы всем было приятно… — мягко ответила Юру. — Хочется, чтобы этот Новый год стал светлым. Настоящим.
Музыка звучала фоном, ребята шутили, смеялись, кто-то уже примерял новогодние ободки с оленями и рожками. В воздухе витало настоящее тепло.
— Так… Кто за конфетти отвечает? — крикнул Денки, крутя в руках пушку с блёстками. — Говорю сразу, я отвечать не буду, если кто-то потом будет из волос мишуру выковыривать!
— Только попробуй запустить её в помещении! — закричала Тсу, строго посмотрев на него.
Юру тем временем подошла к окну и посмотрела на улицу. Снег тихо падал на землю, укрывая всё белым покрывалом. Она слегка улыбнулась. Подошёл Шинсо, в руках у него был небольшой свёрток.
— Думаешь, всё успеем до праздника? — спросил он.
— Уверена, — ответила Юру. — Потому что мы все вместе. А значит — всё получится.
Три дня до Нового года. И в этот раз он обещал быть особенным.