Код красный

Друзья смотрят на тебя с надеждой.
Враги — со страхом.
Но только тот, кто действительно хочет тебя уничтожить,
смотрит с улыбкой.

Часть 1: Нулевой этаж

Ночь над Чижовкой была темной и сырой. Дождь моросил с утра, и теперь асфальт блестел, отражая огни редких фонарей. Район спал - только где-то лаяла собака да сигналила запоздалая машина.

В одном из неприметных зданий, в самом конце двора, горел свет. Но не в окнах - они были заколочены и закрашены черной краской, - а глубоко под землей.

Нулевой этаж. Место, о котором знал только один человек в доме - старый сварливый сантехник, получавший за молчание сумму, равную его годовой зарплате.

Катя спускалась по бетонным ступеням, цепляясь за перила. На ней было короткое бордовое платье - сегодня они с Вадимом были в ресторане, обсуждали дела, пили вино, строили планы. Теперь - сюда.

Она вошла в помещение, и воздух обдал ее холодом и запахом озона от работающих компьютеров.

Офис «Кода красного» был обустроен с размахом, который пугал. Стены покрыты черной краской, пол - плиткой такого же мрачного оттенка. Вдоль стен стояли столы с компьютерами, за которыми сидели люди - молчаливые, сосредоточенные, с пустыми глазами. Они не поднимали голов, когда Катя проходила мимо.

За столами - книжные шкафы, доверху набитые папками. Информация о клиентах. Досье. Судьбы, разложенные по полочкам.

Настоящий бизнес. Незаконный, опасный, прибыльный.

Катя прошла в дальний угол, где за стеклянной перегородкой сидел Вадим. Он был в черном смокинге - сегодня они были в «Вива», дорогом ресторане в центре, где собиралась элита. Смокинг сидел на его накачанной фигуре как влитой.

- Ну как? - спросил он, не поднимая головы от монитора. - Ты сказала ей?

- Да, - Катя села напротив, положила ногу на ногу. Бордовое платье задралось, открывая стройные бедра. - Она поверила. Что я - жертва. Что ты меня бьешь.

Вадим усмехнулся, откинулся на спинку кресла.

- И она поверила? Эта Серебрякова? Которая должна быть умной?

- Она добрая, - Катя пожала плечами. - Слишком добрая. И доверчивая. Всегда такой была. - Она помолчала. - Но у нее есть подозрения. Насчет Саши.

- Саша - это проблема, - голос Вадима стал жестче. - Он сопли жует. Вместо того чтобы работать, он букеты ей дарит. Пионы, представляешь?

- Откуда ты знаешь?

- Я всё знаю, Катя. - Вадим посмотрел на нее. - За ним следят. И за ней тоже.

Катя поежилась. Она знала, что Вадим - параноик. Но иногда его слова пугали даже ее.

- Что ты собираешься делать?

- Дал ему три дня. - Вадим взял телефон. - Если не исправится, вступлю в игру сам. Впрочем, - он усмехнулся, - я уже вступил. Его сестричка, Таня... мы с ней завтра ужинаем.

- Ты же сказал, что это не ты, Вадим, - Катя нахмурилась.

- Это я сказал ей. А ты должна знать правду. - Вадим набрал номер. - Таня - это мой козырь. Если Аня не сломается через игру, сломается через сестру.

Он нажал на вызов.

- Санек, привет... Слушай сюда. У тебя три дня. Три дня, чтобы довести дело до конца. Если нет - я сделаю это сам. И тебе не понравится, как я это делаю. Ты меня понял? - Он выслушал ответ. - Вот и отлично.

Положил трубку, посмотрел на Катю.

- Он боится. Это хорошо. Страх - лучший мотиватор.

Катя кивнула, но внутри у нее всё сжалось. Она смотрела на Вадима - красивого, уверенного, жестокого - и вдруг подумала: «А что, если однажды он решит, что я тоже лишняя?»

Но тут же отогнала эту мысль. Она нужна ему. Пока нужна.

- Что дальше? - спросила она.

- Дальше - ждем, - Вадим потянулся к ней, взял за подбородок. - А пока - поехали ко мне. У нас есть время.

Катя улыбнулась той своей ангельской улыбкой, за которой ничего не было.

- Поехали.

Часть 2: Аудитория микробиологии

Саша сидел в университете и чувствовал, как потолок давит на голову.

Аудитория микробиологии была огромной - амфитеатр, белые стены, доска, заляпанная мелом. На кафедре профессор что-то вещал про бактерии, но Саша не слушал.

На нем была черная майка, черные багги-джинсы и черные кроссовки . Он любил черный - цвет, который ничего не говорит о тебе. Цвет, за которым можно спрятаться.

Рядом сидел Леша. Белое худи выделялось на фоне серой массы студентов, как маяк. Синие джинсы, светлые волосы, голубые глаза - Леша был тем типом парня, на которого все оборачивались. Рост 188, фигура накаченная, харизма, от которой девочки теряли дар речи.

- Ты чего такой кислый? - спросил Леша, толкая его локтем. - Опять твоя балерина?

- Не называй ее так, - буркнул Саша.

- Ну, прости. - Леша усмехнулся. - Твоя таинственная незнакомка, от которой ты без ума. Лучше?

- Не смешно.

- А я и не смеюсь. - Леша посмотрел на него серьезно. - Саш, я знаю тебя сто лет. Ты никогда так не парился из-за девушки. Даже из-за Эвелины.

Саша промолчал.

- Что случилось? - Леша понизил голос. - Вадим опять достает?

- Хуже, - Саша потер переносицу. -
Он дал мне три дня. Если я не сделаю то, что он хочет, он сделает сам. И тогда... - он не договорил.

Леша нахмурился. Он знал о работе Саши. Знал, что тот делает. И не одобрял. Но друг - есть друг. Осуждать не его дело.

- Может, мне поговорить с отцом? - тихо предложил Леша. - Он судья, у него есть связи...

- Нет. - Саша отрезал. - Я сам.

В этот момент зазвонил телефон. Саша посмотрел на экран - Вадим.

- Выйди, - сказал Леша. - Я прикрою.

Саша вышел в коридор, ответил.

- Санек, привет... Слушай сюда. У тебя три дня. Три дня, чтобы довести дело до конца. Если нет - я сделаю это сам. И тебе не понравится, как я это делаю. Ты меня понял?

Саша сжал телефон так, что побелели костяшки.

-Понял.

- Вот и отлично.

Гудки.

Саша стоял в коридоре, смотрел на серую стену и чувствовал, как мир сужается до размеров клетки.

«Три дня, - подумал он. - Три дня, чтобы что-то придумать».

Он вернулся в аудиторию, сел на место. Леша посмотрел на него вопросительно.

- Потом, - шепнул Саша.

Он достал телефон, открыл контакты. Карина Золотова. Он нашел ее номер через досье, которое составлял на Анну. Неприкосновенность личных данных? В его работе не было такого понятия.

«Привет. Это Александр. Тот, кто следит за Аней. Мне нужна твоя помощь. Присмотри за ней сегодня. Пожалуйста».

Ответ пришел через минуту.

«Ого, сам кавалер пишет. А не боишься, что я ей всё расскажу?»

«Боюсь. Но ты не расскажешь».

«Почему это?»

«Потому что ты любишь справедливость. И потому что тебе самой интересно».

Пауза. Потом:

«Ладно, уговорил. Я даже подвезу ее сегодня. Раз ты такой грубый и настойчивый. Но заплатишь ужином».

«Идет».

Саша убрал телефон. Профессор что-то рассказывал про грамположительные и грамотрицательные бактерии, но Саша слышал только стук собственного сердца.

- Ты как? - шепнул Леша.

- Нормально, - соврал Саша.

Он посмотрел в окно. Дождь барабанил по стеклу. Осень в этом году была особенно мокрой.

«Три дня», — стучало в голове. — «Три дня».

Часть 3: Урок обществознания

Аня сидела на уроке обществознания и чувствовала себя нашкодившим котенком.

Она спряталась за высокой подставкой для книг, сделала вид, что читает учебник, а сама листала телефон. Сообщение Тане: «Привет, как ты?» - прочитано, но ответа нет. Второе: «Тань, ты где?» - тоже прочитано, тишина. Третье: «Мне нужно с тобой поговорить. Это важно» - прочитано. Ноль ответов.

Сердце ныло.

Снаружи лил дождь. Осенний Минск утонул в серых тучах, лужах и мокрых листьях. Аня смотрела в окно и думала о Тане. Сестра не отвечает - это странно. Таня всегда отвечала, даже когда была занята. Даже когда злилась.

«Может, она с ним? — подумала Аня. - С Вадимом? Тем самым?»

Мысль обожгла. Если Таня встречается с тем же Вадимом, что и Катя... или с другим... или с тем, кто работает с Сашей...

Голова шла кругом.

- Серебрякова! - голос учительницы заставил ее вздрогнуть. - Вы с нами или в облаках?

- С вами, - пробормотала Аня, пряча телефон.

В этот момент дверь аудитории открылась, и вошла Карина.

- Извините за опоздание, - сказала она педагогу с такой уверенностью, будто опоздание было знаком особого статуса.

- Садитесь, Золотова.

Карина оглядела аудиторию и направилась к Ане. Села рядом, положила на парту сумку.

- Привет, - шепнула она.

- Привет, - так же тихо ответила Аня.

Карина достала телефон, быстро набрала что-то и показала Ане.

«Твой Ромео сегодня писал мне. Просил присмотреть за тобой. Влюблен по уши, я думаю».

Аня покраснела. Она не знала, что ответить.

«Он не Ромео. Он куратор. Он отравил меня», - написала она и показала Карине.

Карина прочитала, подняла брови.

«Странный способ ухаживания. Но цветы он тебе дарил? Пионы?»

«Откуда ты знаешь?»

«Видела в парке. Я там гуляла с собакой. Он стоял, смотрел на корзину, а потом ушел. Выглядел потерянным».

Аня не знала, что думать. Саша - потерянный? Тот, кто следил за ней, врал, манипулировал - потерянный?

- Серебрякова, Золотова! - учительница повысила голос. - Если вам есть что обсудить, обсудите на перемене!

- Извините, -хором сказали они.

Аня убрала телефон, попыталась сосредоточиться на учебнике. Но мысли были далеко.

Она вспомнила сообщение от Кати: «Мне плохо, не приду». Катя часто прогуливала, особенно в последнее время. Аня сначала злилась, потом привыкла. Но сегодня, после разговора в буфете, после того, как Катя призналась, что Вадим ее бьет... Аня чувствовала вину. Надо было помочь. Надо было что-то сделать.

Но что? Пойти в полицию? Катя не позволит. Поговорить с Вадимом? Страшно.

Оставалось только ждать.

После обществознания была классика.

Софья Борисовна встретила их у станка, как всегда, с палкой и комментариями.

- Серебрякова! Что за прыжок? Ты коза, а не балерина! Ноги врозь, руки тряпки, голова не там!

Аня сжала зубы. Она уже привыкла. Восемь лет привыкала.

- Золотова! - педагог переключилась на Карину. - А ты что? Тоже разучилась? Рон-де-жамб - это вам не на дискотеке ногами дрыгать!

Карина ничего не ответила, только сделала упражнение лучше, чище, чем требовалось.

После урока, когда они выходили из зала, Карина догнала Аню.

- Держись, - сказала она. - Она просто старая карга, которая ненавидит всех, кто моложе и красивее.

- Она права, - тихо сказала Аня. - Я действительно плохо прыгаю.

- Ты плохо прыгаешь, потому что у тебя голова не тем занята, - Карина посмотрела на нее. - Но это не значит, что ты бездарность. Просто ты сейчас не в ресурсе. И это нормально.

Аня удивилась. Карина - и вдруг такая поддержка?

- Спасибо, -сказала она.

- Не благодари. - Карина усмехнулась.- Я делаю это не для тебя. Я делаю это для справедливости.

В буфете их встретили шепотом.

Аня взяла поднос, встала в очередь. И сразу почувствовала - на нее смотрят. Осуждающе, с любопытством, с насмешкой.

- Это та, которая ударила девушку в парке, - услышала она шепот за спиной.

- Да ну? Выглядит такой тихой.

- А на видео видно. Как размахнулась!

Аня опустила голову. Щеки горели. Она взяла стакан с чаем и села за дальний столик.

Карина пришла следом, поставила поднос напротив.

- Не обращай внимания, - сказала она. - Эти дуры сами бы не смогли защитить себя, если бы на них напали. А ты смогла. И это правильно.

- Но она не нападала, - Аня посмотрела на подругу. - Она просто говорила гадости.

- Словесная атака - тоже атака. - Карина откусила бутерброд. - И вообще, эта Эвелина - та еще стерва. Я про нее узнала. Из богатой семьи, живет в Германии, папа -бизнесмен. Она привыкла, что всё можно купить. А тут ты -и не купилась. Молодец.

Аня улыбнулась. Впервые за день.

Остальные уроки прошли незаметно. На математике Карина объяснила Ане пропущенные темы. На литературе они вместе делали анализ стихотворения. На английском их посадили за одну парту, и они весь урок переписывались в телефоне.

К концу дня Аня чувствовала себя почти нормально. Почти.

Когда прозвенел звонок, она собрала вещи и направилась к выходу.

- Стоять! - Карина схватила ее за руку. - Я же обещала твоему Ромео, что подвезу. Пойдем, машина на парковке.

- Не надо, я на метро...

- Я сказала - подвезу. - Карина была непреклонна. - На этой неделе ты - мой пассажир. Не спорь.

Они вышли на улицу. Дождь кончился, но воздух был сырым и холодным. Аня была одета в серый свитер, короткую юбку-карандаш, черные колготы и белые кроссовки с высокими носками. Волосы она сегодня накрутила - локоны падали на плечи мягкими волнами.

Карина была одета в коричневый свитер, синие джинсы-клеш и уги. Смотрелось неожиданно стильно.

Они подошли к новенькой черной БМВ. Карина открыла дверь, Аня села на пассажирское сиденье.

- Пристегнись, - сказала Карина, заводя двигатель.

Салон пах кожей и ванилью. Из динамиков заиграла Чарли XCX - та самая певица, которую Аня слушала последнюю неделю.

- Ты тоже ее любишь? - удивилась Аня.

- Обожаю, - Карина улыбнулась. - Ты первая, у кого вкус совпал с моим.

Они ехали по вечернему Минску. Дождь моросил, дворники ритмично скрипели по стеклу. Город горел огнями - желтыми, красными, зелеными.

Карина рассказывала что-то смешное про преподавателя по истории, Аня смеялась и почти забыла о тревоге.

Почти.

Они подъехали к дому Ани.

- Спасибо, - сказала Аня, вылезая из машины. - Ты... ты очень помогла сегодня.

- Не благодари. - Карина усмехнулась.- Я же сказала - это не для тебя. Это для справедливости.

Она уехала, оставив Аню стоять под дождем.

Аня поднялась на свой этаж. Достала ключи, хотела открыть дверь.

И замерла.

На коврике лежала записка. Белый листок, сложенный пополам. Аккуратный почерк.

Аня нагнулась, подняла. Развернула.

«Остерегайся девушки ангела»

Сердце пропустило удар.

Девушка ангела? Катя? У нее ангельская внешность - светлые волосы, голубые глаза.

Или Эвелина? Тоже красивая, похожа на ангела, пока не заговорит.

Аня стояла перед дверью, сжимая записку, и не могла пошевелиться.

Это Саша? Он предупреждает? Или это ловушка? Или кто-то другой?

Она вспомнила его лицо в гардеробе. Бледное, со следами пощечины. Глаза - голубые, почти прозрачные - смотрели на нее с такой болью, что у нее самой защемило сердце.

«Остерегайся девушки ангела».

Катя. Точно Катя.

Но почему Саша предупреждает ее о Кате? Они же работают вместе? Или нет?

Аня зашла в квартиру, закрыла дверь. Прислонилась к стене, сползла на пол.

Записка выпала из рук.

- Что происходит? - прошептала она. - Кому верить?

Телефон завибрировал.

Сообщение от: Куратор

«Ты дома? Я знаю, что Карина подвезла тебя. Ты в безопасности. Но будь осторожна. Не всем, кого ты считаешь друзьями, можно доверять».

Аня смотрела на экран. Пальцы дрожали.

«Кого мне остерегаться? Катю?» - написала она.

«Ты сама скоро всё поймешь. Я не могу сказать больше. Но помни: звезда все еще на небе. И я рядом. Даже если ты мне не веришь».

Аня выключила телефон.

Она сидела в темной прихожей, смотрела на белую записку на полу и чувствовала, как мир снова рушится.

«Остерегайся девушки ангела».

Катя.

Или Эвелина.

Или она сама.