Код красный

Иногда, чтобы спасти кого-то,
нужно сначала сделать больно.
Иногда, чтобы увидеть свет,
нужно погрузиться во тьму.
Вопрос лишь в том — выдержишь ли ты,
когда тень станет твоим единственным союзником.

Часть 1: Красный бархат

Аня возвращалась домой после репетиции. День выдался тяжелым: Софья Борисовна снова проехалась по ее технике, Катя была странно молчаливой, а в метро ей опять показалось, что за ней следят.

Она поднималась по лестнице, перекидывая сумку с формой через плечо, и уже представляла, как завалится на кровать и будет смотреть что-то бессмысленное, чтобы не думать.

И вдруг увидела.

На коврике перед дверью стояла коробка. Красная, перевязанная атласной лентой. На крышке - записка аккуратным почерком:

«Анютик! Это тебе. Прости, что в последнее время мало внимания. Ты лучшая. Твоя Катя»

Аня подняла коробку, открыла.

Внутри лежал торт. Красный бархат. Ее любимый. Дорогой, из той кондитерской, куда они с Катей заглядывали, но никогда не покупали - жалко было денег.

- Катька, - прошептала Аня с теплотой. - Ну надо же.

Она занесла коробку в квартиру, поставила на кухонный стол. Мамы еще не было, можно было расслабиться.

Аня отрезала кусок, вонзила вилку. Мягкий, влажный, с легкой кислинкой сливочного сыра. Идеально.

Она съела половину, чувствуя, как настроение поднимается. Катя все-таки хорошая. Странная в последнее время, да, но душа у нее есть.

Вторая половина тоже ушла легко. Аня уже думала о том, как заварить чай, когда почувствовала первый спазм.

Сначала просто тяжесть в желудке. Потом - резь, такая, что перехватило дыхание. Аня схватилась за край стола, побелевшими пальцами вцепилась в столешницу.

- Что... - прошептала она.

Ее вырвало прямо на пол.

Спазмы накатывали волнами, одна за другой. Аня упала на колени, ее трясло, лицо покрылось холодным потом. Голова кружилась так, что стены поплыли.

- Аня?! - голос мамы ворвался сквозь шум в ушах. - Аня, что случилось?!

Мать вбежала на кухню, увидела дочь на полу, в луже рвоты, бледную как полотно.

- Что ты ела?! - закричала она. - Что?!

- Торт... - еле выдавила Аня. - Катя принесла...

Мама схватила телефон. Аня слышала обрывки разговора: «Самсон Витальевич... срочно... отравление... скорая не надо, сами...»

А потом была темнота.

Очнулась она уже в своей комнате. За окном - ночь. Рядом сидит мама, лицо осунувшееся, глаза красные.

- Ты как? - спросила мать, и в голосе впервые за долгое время не было контроля, только страх.

- Плохо, - прошептала Аня.

- Самсон Витальевич сказал, что это пищевое отравление. Ты неделю будешь дома. Никакой школы, никакого балета. - Мама помолчала. - Я позвоню Катиной матери. Как можно было такое купить? Везде эти некачественные продукты!

Аня хотела сказать, что торт был из дорогой кондитерской, но сил не было. Она просто закрыла глаза и провалилась в сон.

Неделя дома тянулась бесконечно.

Аня лежала в кровати, пила лекарства, которые привозил Самсон Витальевич -
пожилой врач с добрыми глазами, который знал их семью сто лет. Он осматривал ее, качал головой, что-то прописывал и уезжал.

Мама была рядом, но как-то странно. Она почти не ругалась, не пилила за пропущенные занятия. Просто сидела в кухне и звонила кому-то, говорила тихо, чтобы Аня не слышала.

Аня смотрела сериал. «Универ. Новая общага». В сотый, наверное, раз. Она знала все серии наизусть, но это было единственное, что могло отвлечь. Глупые шутки, знакомые лица, иллюзия нормальной жизни, где никто не травит подруг и не следит за тобой в метро.

На третий день пришла Таня.

- Мелкая, ты чего такая бледная? - сестра влетела в комнату, полная жизни, высокая, красивая, с распущенными русыми волосами. - Тебя что, корова лягнула?

- Тань, не смешно, - простонала Аня, но уголки губ дрогнули.

Таня уселась на край кровати, сунула Ане в руку пакет с фруктами.

- Ешь, восстанавливайся. Мать сказала, ты тортом отравилась. Катькиным. - Она помрачнела. - Ань, ты уверена, что это была случайность?

- А что еще? -Аня пожала плечами. - Катя бы не стала специально.

- Ну-ну, - протянула Таня, и в голосе ее было что-то странное.

Они поболтали о пустяках, посмеялись над какой-то глупостью. Аня почти забыла о плохом.

А потом раздался звонок.

Таня взглянула на экран, метнула быстрый взгляд на Аню и вышла в коридор, прикрыв дверь.

- Да, привет... -голос ее был тихим, но в пустой квартире Аня слышала почти всё. - Нет, не могу сейчас. Сестра заболела... Да, я помню... В пятницу? Хорошо, тогда увидимся...

Аня насторожилась. Таня никогда не скрывала от нее парней. Всегда рассказывала, смеялась, показывала фотки. А тут - шепот, тайны.

Когда Таня вернулась, Аня спросила небрежно:

- Это кто?

- Так, никто, - отмахнулась сестра, но щеки ее порозовели. -Парень один. Потом расскажу.

-Тайны, -усмехнулась Аня. - Влюбилась, что ли?

- Может быть, - Таня улыбнулась загадочно. - Он... интересный. Взрослый. Не как те студенты, с которыми я раньше гуляла.

- А кто он? Чем занимается?

- Потом, мелкая, потом, - Таня поцеловала ее в макушку. - Выздоравливай.

Аня не стала допытываться. Но осадок остался. Что-то было в голосе Тани - счастливое и тревожное одновременно.

На пятый день Аня уже могла вставать и ходить по квартире. Она чувствовала слабость, но тошнота прошла. Самсон Витальевич сказал, что еще два дня покоя - и можно выходить.

Она сидела на кухне, пила ромашковый чай и листала телефон. Сообщений от куратора не было. Вообще никаких.

Это пугало больше всего.

Куратор, который всегда был рядом, писал каждый день - вдруг исчез.

- Может, и к лучшему, - прошептала Аня, но сама себе не поверила.

Часть 2: Холодная квартира

В это же время на другом конце Минска Александр сидел в своей серой квартире и смотрел на ноутбук.

Юна спала у его ног.

На экране было открыто сообщение от Вадима: «Объект нейтрализован на неделю. Молодец. Жду дальнейших результатов».

Саша закрыл глаза. Он вспомнил, как подходил к дому Анны. Как оставил коробку у двери. Как написал записку от имени Кати. Как стоял в подъезде и слушал, как она открывает дверь.

Он хотел войти. Хотел сказать: «Не ешь это». Но не мог.

Если бы он этого не сделал, Вадим бы сам взялся за дело. И тогда Ане было бы хуже. Гораздо хуже.

- Я спасаю тебя, - прошептал он в пустоту. -
Даже если ты этого не понимаешь.

Юна подняла голову, посмотрела на хозяина.

Вокруг царил хаос. Учебники по анатомии, конспекты по хирургии, стопки распечаток. Сессия приближалась, а он не готовился. Всё время уходило на игру, на слежку, на мысли о ней.

Телефон завибрировал. Сообщение от Вадима: «Сегодня в 20:00, ресторан "Вива". Будь».

Саша вздохнул. Снова этот ресторан. Снова Вадим с Катей. Снова игра.

Ресторан «Вива» находился в центре, на улице Немига. Дорогое место, куда обычные студенты не заглядывали. Саша чувствовал себя здесь чужим в своей простой рубашке, пока официанты в идеальных костюмах раскладывали приборы.

Вадим уже был там. Сидел за столиком у окна, расслабленный, накачанные плечи обтянуты дорогой тканью. Рядом - Катя. Сегодня она была особенно красива: длинные светлые волосы распущены, голубое платье подчеркивает фигуру.

- Санек! - Вадим поднялся, хлопнул его по плечу. -Присаживайся. Катя, налей ему вина.

- Я не хочу, - сухо ответил Саша.

- Ну, тогда сок. Катя, сок.

Катя улыбнулась той своей ангельской улыбкой, от которой у Саши холодело внутри. Она налила ему апельсиновый сок, сама взяла бокал с белым вином.

- Вадик, ты ему рассказал? - спросила она, пригубив вино.

- Расскажу. - Вадим откинулся на спинку стула. - Санек, ты хорошо поработал. Клиент доволен. Но это только начало.

-Что дальше? -спросил Саша, хотя боялся ответа.

-Дальше, -Катя поставила бокал и посмотрела на него своими голубыми глазами, в которых не было ни капли тепла, - дальше нужно, чтобы она вылетела из школы. Чтобы мамочка ее позорилась. Чтобы все узнали, какая она бездарность.

- И чтобы та, другая, - Вадим усмехнулся, - ее сестричка, тоже получила по заслугам. Но это уже моя часть.

Саша сжал зубы.

- Катя, зачем тебе это? - спросил он, хотя знал, что лучше не спрашивать.

- Зачем? - Катя рассмеялась, звонко, красиво, как в рекламе дорогих духов. - А ты не знаешь? Она у меня все хотела отнять. Всегда. Сначала парня, потом друзей, потом... -она замолчала, лицо ее на секунду исказилось, но тут же вернулась улыбка. - Просто я хочу, чтобы она поняла, каково это - быть ничем.

Вадим взял ее за руку, поднес к губам.

- Моя маленькая мстительница, - прошептал он.

Саша смотрел на них и чувствовал, как внутри поднимается тошнота. Они идеально подходили друг другу: оба красивые, оба жестокие, оба пустые внутри.

- Ты главное продолжай, - Вадим перевел взгляд на Сашу. - Держи ее на крючке. Чуть позже я скину новое задание. А пока -'отдыхай. Ты заслужил.

Саша кивнул, хотя внутри все кипело.

Он заслужил. Заслужил травить девочку тортом, чтобы защитить ее от большего зла. Заслужил врать ей, что он друг. Заслужил смотреть, как Катя и Вадим пьют вино и обсуждают, как разрушить чужую жизнь.

- Я скоро, - сказал он, поднялся и вышел на улицу.

Воздух был холодным, осенним. Саша глубоко вдохнул, пытаясь успокоиться.

- Что же ты делаешь, Саша? - прошептал он себе.

Вернувшись домой, он первым делом зашел в душ.

Горячая вода лилась по лицу, по плечам, по груди. Он стоял, упершись руками в плитку, и пытался вымыть из себя этот вечер.

А потом взял телефон. Включил скрытую папку.

Ее фото.

Аня в училище, у станка. Аня в метро, задумчивая. Аня на крыше, смотрит на звезду. Он сделал эти снимки сам, когда следил за ней. Сначала - по заданию. Потом - потому что не мог иначе.

Он смотрел на ее лицо. На русые волосы, выбившиеся из пучка. На зеленые глаза, в которых всегда плескалась тревога. На родинку под левым глазом.

- Я хочу тебя, - прошептал он. - Не как куратор. Не как враг. Просто хочу.

Он провел пальцем по экрану, обводя контур ее щеки.

- Я найду способ. Я вытащу тебя из этой игры. Даже если мне придется сжечь всё дотла.

В этот момент в дверь позвонили.

Саша натянул штаны, пошел открывать. Юна вскочила, залаяла.

На пороге стояла Эвелина.

Короткое платье, идеальный макияж, темные волосы уложены волнами. Она улыбалась той своей хищной улыбкой.

- Саш, привет. Не ждал?

- Эвелина, что ты здесь делаешь? - он преградил ей путь.

-Проезжала мимо. Дай пройти, холодно.

- Нет.

- Саш, - она шагнула вперед, впиваясь каблуками в коврик. - Не будь занудой. Мы же старые друзья.

- Мы не друзья. Мы ничего не решали уже два года.

- А я решила, - она вошла в квартиру, прошла в гостиную, оглядываясь. - Ничего не изменилось. Те же холодные стены. То же одиночество. - Она обернулась, провела рукой по своей шее. - Может, хватит уже? Папа говорит, что может перевести тебя в Германию. У нас там бизнес, ты мог бы учиться на хирурга там...

-Я не поеду в Германию.

-Почему? - Эвелина шагнула ближе. - Ты же здесь никому не нужен. Никто тебя не ждет. А я... - она коснулась его груди, -я всегда буду рядом.

Саша отшатнулся.

- Уходи, Эвелина.

- Какой ты грубый, - она надула губки, но в глазах загорелся злой огонек. - Ты думаешь, я не знаю? Про ту девочку? Про балерину?

Саша замер.

- Ты следишь за мной?

- Я забочусь о тебе, - она улыбнулась. -А она тебя недостойна. Она даже не знает, кто ты. Ты для нее - друг, спаситель, а на самом деле...

- Уходи, - голос его стал жестким. - Сейчас же.

Эвелина посмотрела на него, усмехнулась, поправила платье.

- Хорошо. Но я не отступлюсь, Саш. Ты мой. Ты всегда был моим.

Она вышла, хлопнув дверью.

Юна подбежала к Саше, ткнулась носом в ладонь.

- Что же это за день такой, девочка? -
прошептал он.

Часть 3: Театральный вечер

Суббота выдалась на удивление теплой. Аня стояла перед зеркалом, рассматривая себя.

Неделя дома сделала свое: лицо еще бледное, но глаза уже не такие запавшие. Она надела короткое черное платье с широкими рукавами, черные колготки, сапоги до колена. Волосы распустила - они упали на плечи мягкой волной.

- Красавица, - сказала Таня, заходя в комнату. Сестра была в ярко-красном платье, высокая, эффектная, с распущенными русыми волосами. - Выглядишь шикарно для человека, который неделю блевал.

- Тань, ты невыносима, - усмехнулась Аня.

- А кто тебя в театр тащит? Я. Так что благодари.

Они спустились к машине Тани - старому, но ухоженному «Фольксвагену». Поехали по вечернему Минску. Огни зажигались, листья кружились в воздухе.

- Тань, - Аня решилась спросить, -тот парень... тот, с которым ты встречаешься... кто он?

Таня помедлила с ответом.

- Его Вадим зовут. Он... бизнесмен. Взрослый. Уверенный.

- Вадим? - Аня нахмурилась. - Это не тот, с кем Катя...

- Катя? - Таня удивилась. - Катя Жуликова? Нет, Ань, при чем здесь Катя? Мой Вадим - это совсем другой человек.

- Просто имя совпало, - пробормотала Аня, но внутри шевельнулась тревога.

- Он очень классный, - продолжила Таня, и голос ее стал мечтательным. - Высокий, красивый, умный. И с ним я чувствую себя... защищенной. Понимаешь?

- Понимаю, - кивнула Аня, хотя на самом деле не понимала.

Они припарковались у театра. Здание сияло огнями, люди в вечерних нарядах поднимались по лестнице.

Аня вышла из машины и вдруг замерла.

Тот взгляд. Она снова его почувствовала.

Она обернулась. В толпе мелькнуло знакомое лицо. Высокий парень, темные волосы, голубые глаза.

- Ань, ты чего? - Таня взяла ее за руку.

- Ничего... показалось.

Они вошли в театр. Гардероб, зеркала, запах духов и старого дерева. Аня сдала пальто, взяла программку.

- Я в туалет схожу, -сказала она Тане. - Ты иди, занимай места.

- Давай, только быстро.

Туалет был пуст. Аня подошла к зеркалу, посмотрела на свое отражение. Бледное лицо, зеленые глаза, в которых плескалась тревога.

- Ты чего? - спросила она себя. - Ты же выздоровела. Ты в театре. С сестрой. Все хорошо.

Но было не хорошо. Она чувствовала это. Кто-то следил за ней. Тот парень. Он снова здесь.

Слезы навернулись на глаза. Аня закрыла лицо руками.

- Почему? - прошептала она. - Почему вы все не оставите меня в покое?

- Милая, ты плачешь?

Аня подняла голову. Рядом стояла девушка. Красивая, ухоженная, в коротком темном платье, с идеальным макияжем и темными волосами, уложенными волнами.

- Все нормально, - выдохнула Аня, вытирая глаза. - Просто... устала.

- Я понимаю, - девушка улыбнулась, но улыбка не коснулась глаз. - Знаешь, а ты очень красивая. Такая нежная, светлая. Не то что некоторые.

- Спасибо, - Аня удивилась неожиданному комплименту.

-Меня Эвелина зовут, - представилась девушка. -А тебя?

- Анна.

- Анна, - повторила Эвелина, словно пробуя имя на вкус. - Красивое имя. Ты сегодня с кем-то?

- С сестрой, - Аня улыбнулась. - Мы на спектакль.

- Замечательно. - Эвелина вдруг шагнула к двери, закрыла ее. - Знаешь, Анна, мне кажется, тебе нужно немного побыть одной. Подумать о том, кому можно доверять, а кому - нет.

- Что вы... - Аня не успела договорить.

Эвелина вышла, и дверь с той стороны захлопнулась. Аня рванулась - закрыто.

- Эй! - закричала она, стуча в дверь. - Откройте!

Тишина.

Аня колотила кулаками, дергала ручку. Бесполезно.

- Помогите! - кричала она. - Кто-нибудь!

Через пятнадцать минут, когда она уже отчаялась, дверь открылась.

- Аня! - Таня стояла на пороге, бледная. -
Ты где была? Я тебя везде ищу! Звонила, звонила...

- Меня заперли, - выдохнула Аня. - Какая-то девушка. Эвелина.

- Эвелина? - Таня нахмурилась. - Кто это?

- Не знаю. Но она меня заперла.

- Пойдем, - Таня обняла сестру. -
Пойдем в зал. Спектакль уже начинается.

Они пошли в зал, но Аня не могла успокоиться. Она достала телефон.

Новое сообщение. Не от куратора.

Эва: «Милая девочка, ты даже не представляешь, с кем имеешь дело. Держись подальше от того, кто тебе не принадлежит. Иначе я сделаю так, что ты пожалеешь, что родилась. Я могу заплатить любые деньги, чтобы ты исчезла из его жизни. Подумай об этом».

Аня смотрела на экран, и мир снова рушился.

- Кто ты? - прошептала она. - И о ком ты говоришь?

Часть 4: Его глазами

Александр вошел в театр, когда уже гасили свет.

Он не планировал быть здесь. Узнал случайно - увидел афишу, вспомнил, что Аня любит Агату Кристи. И просто... пришел.

Он сел в последнем ряду, в тени. И сразу увидел ее.

Она сидела в пятом ряду, рядом с высокой девушкой в красном - сестрой. Аня была в черном коротком платье, волосы распущены, лицо бледное, но такое красивое, что у Саши перехватило дыхание.

Он смотрел на нее весь первый акт. Как она слушает, как улыбается, как поворачивает голову к сестре, что-то шепчет.

«Как она еще не задалась? - думал он. - Как можно быть такой... светлой, когда вокруг столько тьмы?»

В антракте он хотел подойти к ней, но не успел.

- Саша! -знакомый голос заставил его вздрогнуть.

Эвелина сидела прямо рядом с ним. Как она его нашла? Следила? Он даже не заметил.

- Эвелина, что ты здесь делаешь?

- Смотрю спектакль, - она улыбнулась, положила руку ему на колено. - Какая случайность, правда?

-Убери руку.

- Не хочешь, чтобы твоя балерина увидела? - прошептала она, наклоняясь ближе. - Какая она хорошенькая. Но тебе не кажется, что она слишком... простая? Не твоего уровня.

- Не смей, - процедил Саша.

-Что - не смей? - Эвелина провела пальцем по его плечу, придвинулась, пытаясь поцеловать. - Ты мой, Саш. Всегда был моим.

Саша резко встал.

- Я ухожу.

Он вышел из зала, направился в буфет. Налил кофе, сел за столик у окна.

И тут увидел ее. Девушку в красном. Таню.

Она стояла у стойки, заказывала чай. Высокая, красивая, уверенная.

«Сестра Анны, - подумал Саша. -И, кажется, новая игрушка Вадима».

Он подошел к ней.

- Извините, вы не подскажете, который час?

Таня обернулась, улыбнулась.

- Без пятнадцати восемь.

- Спасибо. - Саша помедлил. - Вы с сестрой? Я видел вас в зале. Вы очень похожи.

- Да, это моя младшая сестра, - Таня улыбнулась шире. - Аня.

- Красивое имя. - Саша сделал паузу. - У меня есть друг. Его тоже зовут Вадим. Не ваш ли знакомый?

Таня удивилась.

- Откуда вы знаете?

- Просто совпадение, Саша пожал плечами. - Он говорил, что встретил удивительную девушку. Высокую, красивую, с русыми волосами. Я сразу подумал о вас.

- Вадим... говорил обо мне? -
Таня покраснела.

- Да. Он сказал, что вы особенная. - Саша посмотрел ей в глаза. - Только будьте осторожны. Иногда люди не те, кем кажутся.

-'Что вы имеете в виду? - нахмурилась Таня.

- Ничего. Просто... берегите себя.

Саша развернулся и ушел, оставив Таню в растерянности.

Он спустился в гардероб. Спектакль еще не кончился, было почти пусто.

- Саша! - Эвелина вылетела из-за угла, лицо ее раскраснелось, глаза горели. - Ты думал, я не приду? Думал, я позволю тебе сбежать?

-Эвелина, прекрати.

- Нет! - она шагнула к нему. - Ты думаешь, я не видела? Как ты смотрел на нее? На эту балериночку в черном платье? - голос ее звенел. - Ты променял меня на нее? На какую-то нищую танцовщицу?

- Не смей о ней так, - Саша сжал кулаки.

- А что - так? - Эвелина засмеялась, но смех был истерическим. - Ты думаешь, она тебя достойна? Она даже не знает, кто ты! Ты для нее - куратор, друг, спаситель. А ты ее травил! Ты сам положил тот торт!

- Заткнись, - прошептал Саша.

- Она узнает, - Эвелина повысила голос. - Все узнают, какой ты на самом деле. Что ты работаешь на Вадима. Что ты - тот, кто разрушает жизни.

Она размахнулась и ударила его по щеке. Звонко, больно.

- Ты - неблагодарный негодяй! - закричала она, и голос ее разносился по всему гардеробу. - Я тебе предлагала всё! Германию, бизнес, любовь! А ты выбрал эту! - она указала куда-то в сторону. -Ты не можешь меня отпустить, Саша! Ты просто не можешь!

За стойкой гардероба замерли работницы. Несколько зрителей, зашедших раньше времени, обернулись.

Саша стоял, не двигаясь, чувствуя, как горит щека.

- Ты ошибаешься, - сказал он тихо. - Я давно тебя отпустил. А ты не можешь отпустить себя.

Эвелина замерла, глядя на него.

- Ненавижу, - прошептала она и выбежала из гардероба.

За вешалками с одеждой, спрятавшись за длинными пальто, стояла Аня.

Она слышала всё.

Тот парень. Тот, который следил за ней. Тот, с голубыми глазами.

Она видела, как Эвелина ударила его. Слышала про торт. Про Вадима. Про то, что он - куратор.

Аня вышла из-за вешалок.

Они встретились взглядами.

Он - высокий, бледный, со следами пощечины на щеке. Она - в черном платье, с распущенными волосами, с глазами, полными слез и ужаса.

- Это ты, - прошептала Аня. - Ты -
мой куратор.

Саша молчал.

- Ты отравил меня, -голос ее дрожал. - Ты следил за мной. Ты писал мне... про звезду... про то, что я не одна... - она задохнулась. - Это всё было ложью?

- Нет, - выдохнул он. - Не всё.

- Не ври мне! - закричала она, и слезы хлынули из глаз. - Ты - один из них! Ты - такой же!

- Аня, - он шагнул к ней, но она отступила.

- Не подходи! - Она схватила с вешалки чье-то пальто, накинула на плечи и бросилась к выходу.

- Аня! - крикнул он, но она уже исчезла в дверях.

Саша стоял в пустом гардеробе, слыша, как гулко стучит сердце.

Юна была дома одна. Сейчас ему нужнее всего было вернуться к ней, зарыться лицом в белую шерсть и не думать.

Но думать он все равно будет. О ней. О том, что она теперь знает. И о том, что, возможно, потерял её навсегда.

На улице Аня бежала, не разбирая дороги. Слезы застилали глаза, дыхание сбивалось.

Она выскочила на набережную Свислочи, остановилась у парапета, тяжело дыша.

- Аня! - Таня догнала ее, схватила за плечи. - Что случилось? Я видела, как ты выбежала из театра. Что произошло?

-Это он, - прошептала Аня. - Тот, кто следил за мной. Это он писал мне. Он - куратор. Он отравил меня тем тортом.

- Что? - Таня побледнела. - Тот парень? Который сейчас в гардеробе был?

- Да. - Аня всхлипнула. - А еще... какая-то девушка говорила про Вадима. Твоего Вадима.

- Про моего Вадима? - Таня нахмурилась. - Что говорила?

- Что он... что они все связаны. Что этот парень работает на Вадима. Что они разрушают жизни.

Таня молчала, переваривая услышанное.

- Аня, - сказала она наконец, - поедем домой. Там поговорим. Только, пожалуйста, не плачь.

Она обняла сестру, и Аня уткнулась ей в плечо.

А над Минском кружились желтые листья, и где-то в темном небе светила одна-единственная звезда.

Та самая.