19
POV НИКИТА
Все хорошее заканчивается слишком быстро. Эта мысль не просто мелькала — она будто застряла где-то внутри, повторяясь с навязчивой регулярностью, от которой невозможно было отвлечься. Я ловил себя на том, что возвращаюсь к ней снова и снова, словно проверяя на прочность: а вдруг в этот раз она окажется неправдой. Но нет. Самолет уже шел на снижение, и вместе с ним заканчивалось то, что за эту неделю стало для меня чем-то куда большим, чем просто отпуск.
Я сидел, чуть откинувшись в кресле, и смотрел в иллюминатор. За стеклом — почти сплошная темнота, плотная, глубокая, с редкими рассыпанными огнями внизу. Калининград, еще не виден целиком, только намеки на него — тонкие линии дорог, маленькие точки машин, слабое мерцание жилых кварталов. Всё это казалось далеким, чужим, как будто не про меня. На плече у меня тихо сопела Катя.
Я опустил взгляд и на секунду задержал дыхание. Она спала крепко, по-настоящему, как спят только тогда, когда чувствуют себя в безопасности. Нос уткнулся в ткань моей куртки, волосы чуть растрепались, несколько прядей мягко лежали у нее на щеке. Я осторожно убрал их пальцами, стараясь не разбудить. Теплая. Слишком близкая. Слишком настоящая. Я наклонился и коснулся губами ее макушки. Едва ощутимо, почти невесомо, но внутри от этого жеста что-то дрогнуло. Я поймал себя на том, что делаю это уже не первый раз за полет — будто проверяю, здесь ли она, не исчезла ли.
Подбородком я слегка уперся в ее голову, обнимая крепче. От нее пахло ее духами — сладкими, мягкими, с какой-то теплой ноткой, от которой кружилась голова. Я закрыл глаза на секунду и позволил себе просто раствориться в этом ощущении: она рядом, она дышит, она не отстраняется.
Гул двигателей заполнял пространство. Не раздражающий — наоборот, ровный, убаюкивающий. В салоне было почти тихо: кто-то спал, кто-то листал телефон, кто-то просто сидел, уставившись перед собой. Свет был приглушенным, мягким. Я слегка повернул запястье и посмотрел на экран часов. Цифры тускло светились.До посадки оставалось совсем немного. Сердце неприятно кольнуло.
Я снова посмотрел на Катю. За эту неделю я привык к ней настолько, что даже мысль о том, что мы сейчас выйдем из самолета и... разойдемся — казалась неправильной. Нереальной. Как будто это не должно произойти.В голове всплывали отрывки: как мы просыпались в отеле, как она лениво тянулась, как смотрела на меня с этой своей чуть сонной улыбкой; как мы почти не выходили из номера, выбираясь только в какие-то важные для нее места, а остальное время просто проводили вдвоем — разговаривали, смеялись, дурачились, фоткались и занимались любовью. Молчали, наблюдая друг за другом.Иногда молчание было даже важнее слов.Я не заметил, как сильнее прижал ее к себе.В этот момент в салоне резко стало светлее. Я моргнул, щурясь, и услышал, как по проходу прошуршали шаги.
Молоденькая стюардесса с ярко-рыжими волосами остановилась примерно посередине салона. Она стояла ровно, аккуратно сложив руки перед собой, и улыбалась — так, как улыбаются люди, которые уже сотни раз повторяли одно и то же.
— Уважаемые пассажиры — Её голос был спокойным, ровным, почти убаюкивающим. — наш самолет начинает снижение и заходит на посадку. Пожалуйста, приведите спинки кресел в вертикальное положение, пристегните ремни безопасности, уберите столики и переведите электронные устройства в авиарежим. Благодарим вас за выбор нашей авиакомпании. Желаем вам приятного вечера.
Катя тихо вздохнула у меня на плече и пошевелилась. Я провел пальцами по ее волосам, чуть наклоняясь к ней.
— Катя... — тихо позвал я.
Она поморщилась, потом медленно открыла глаза. Сначала взгляд был расфокусированным, потом она посмотрела прямо на меня.
— Мы прилетели уже?.. — спросила она тихо, хрипловатым после сна голосом. Я усмехнулся, не удержавшись.
— Почти.
Она еще пару секунд смотрела на меня, будто проверяя, действительно ли это не сон, потом слегка улыбнулась и снова на мгновение прикрыла глаза, но уже не засыпая окончательно.
— Жаль, — тихо сказала она. - Я не сразу понял, о чем она.
— Почему? - Она чуть сильнее прижалась ко мне.
— Потому что всё заканчивается. - Я ничего не ответил. Потому что сказать было нечего. Я думал о том же.
Посадка прошла быстро, но для меня растянулась. Самолет слегка трясло, шасси коснулись земли, короткий толчок — и всё. Мы уже катились по полосе. Люди вокруг начали оживать: кто-то сразу потянулся за телефоном, кто-то начал расстегивать ремень раньше времени, кто-то тихо переговаривался.Катя уже полностью проснулась. Она сидела рядом, чуть повернувшись ко мне, и смотрела в окно.
— Не верится — сказала она.
— Мне тоже.
Мы вышли из самолета в общем потоке. Я шел рядом с ней, иногда наши руки касались, но мы оба почему-то не спешили брать друг друга за руку — будто этот момент был слишком важным, чтобы сделать его случайным. На выходе из аэропорта нас встретил прохладный воздух. Я глубоко вдохнул, и сразу почувствовал, как возвращаюсь в реальность. Питер остался где-то позади, вместе с этой странной, почти нереальной неделей. Катя остановилась.
— Никит... — она посмотрела на меня чуть внимательнее. Я напрягся, даже не осознавая этого. — Меня Маша ждет — сказала она и чуть улыбнулась. — И тебя тоже. она очень хочет с тобой познакомиться.
— Со мной? — я невольно переспросил.
— Да. Я... много про тебя рассказывала. - Это прозвучало неожиданно тепло. Слишком тепло. — Если ты не против... поехали ко мне? - Я даже не сделал паузу.
— Поехали.
В такси мы сели молча. Водитель что-то спросил, Катя назвала адрес, и машина тронулась. Через пару минут она сама взяла меня за руку. Просто так, не было никакого предупреждения. Ее пальцы переплелись с моими, и я почувствовал, как внутри что-то окончательно отпускает.Я сжал ее руку в ответ.Она наклонилась и легко поцеловала меня в щеку.
— Ты какой-то тихий. — сказала она.
— Думаю.
— О чем? - Я повернулся к ней.
— О нас.
Она не отвела взгляд. Просто смотрела. И сжала мою руку чуть сильнее. В ее карих глазах, не таких темных конечно, как у меня, я увидел не что похожее на... любовь?
Квартира встретила нас светом и запахом еды. Дверь открылась почти сразу, как только мы вышли из лифта.
— Ну наконец-то! — на пороге стояла Маша.
Она была похожа на Катю, но более открытая, более быстрая в эмоциях, только глаза у неё были голубые. — Ты же Никита? — сразу спросила она, протягивая руку.
— Да.
— Мы с тобой заочно знакомы, — улыбнулась она. — Проходи. - Я шагнул внутрь. Было тепло, уютно, по-домашнему. С кухни тянуло чем-то вкусным — сразу захотелось есть. — Я там немного приготовила, — сказала Маша. - Думаю, после перелета вы устали и хотите есть.
— Немного? — Катя усмехнулась. — Я тебя знаю.
— Ну а вдруг вы голодные.
— Мы голодные, — сказал я честно.
— Вот и отлично.
Но стоило мне пройти дальше, как я услышал еще один голос.
— О, пришли. - Я повернулся.
— Рома?
— Никита— он поднялся и пожал мне руку. — Ну наконец-то появились любовнички, я вас больше всех ждал.
— Ты тут откуда здесь? - Спросила Катя, приходя мимо меня, но слегка задевая рукой.
— Да я тут обосновался на время, — усмехнулся он. - Помогал с псом. - Рядом с ним лежал огромный пес.
— Это Зевс — сказала Катя. - Пес лениво посмотрел на меня и снова опустил голову.
— Он просто делает вид, что ему все равно. — добавил Рома.Катя ушла в ванную первой. Я остался с Машей и Ромой.
— Ну рассказывай — сказала Маша. — Как Питер? - Я усмехнулся от промелькнувших воспоминаний, не самых цензурных воспитаний...
— Хорошо.
— Очень информативно.
— Очень хорошо. — добавил я. Рома тихо хмыкнул. - Все нормально, происшествий не было. Гуляли, развлекались.
- Но мы то знаем - Улыбается Маша, кидая на меня двусмысленный взгляд. - Что не только гуляли, иначе она бы не была такой счастливой. - Кивая головой улыбаюсь. - Спасибо за ее улыбку. Давно не видела.
После Кати, я тоже пошел в ванную, взял из чемодана чистые формы и футболку. Когда я вышел из ванной, Катя стояла в коридоре. Она будто специально ждала. Как только я появился, она шагнула ко мне и взяла за руку.
— Иди сюда — тихо сказала она.
Я не успел ничего ответить — она уже притянула меня и поцеловала.
Не резко. Не торопясь. Но так, что у меня на секунду перехватило дыхание. Я ответил сразу, углубляя поцелуй, чувствуя, как она чуть сильнее прижимается ко мне.
Когда мы отстранились, она посмотрела мне в глаза.
— Всё хорошо? Ты какой-то... встревоженный . - Я тяжело выдохнул.
— Я думаю о том, что дальше. - Она кивнула.
— Я тоже. - Я сделал шаг ближе.
— И? - Она чуть улыбнулась, но взгляд оставался серьезным.
— Я не хочу, чтобы это осталось там.
— Я тоже. - Пауза.
— Мы вместе? — спросил я. Она не отвела взгляд.
— Да. И останешься со мной на ночь?
Это слово прозвучало спокойно. Уверенно. Без сомнений. И внутри у меня что-то наконец встало на место. Она официально моя девушка. Без лишних слов, я согласился провести еще одну ночь в объятиях друг друга. Это наша не первая и не последняя ночь. Будет тысячи.
Ужин прошел шумно. Маша смеялась, подкалывала нас, Рома рассказывал какие-то истории с базы, мы перебивали друг друга, шутили.
— Без вас там скучно. — сказал Рома. — Честно.
— Прямо уж — хмыкнула Катя.
— Серьезно.
— Мы это исправим — сказал я.
Катя бросила на меня короткий взгляд — теплый, почти незаметный для других. — Ром, — сказал я позже, чуть тише.
— М?
— Пока не говори пацанам. - Он кивнул.
— Понял.
Ночь наступила как-то незаметно. Маша ушла спать, Рома тоже поднялся к себе. В квартире стало тихо. Катя закрыла дверь в свою комнату. Мы остались вдвоем.Она подошла ко мне ближе.Очень близко.Я провел рукой по ее щеке.
— Я тебя люблю. — сказал я. - Слова прозвучали просто. Без пафоса. Но внутри от них стало легче. Она на секунду замерла, потом улыбнулась.
— Я тебя тоже.
Я притянул ее к себе и поцеловал. Долго. Медленно. Чувствуя каждое движение, каждое дыхание. В этом поцелуе было всё — страх, что это может закончиться, и уверенность, что мы этого не позволим.
Когда мы легли, она устроилась рядом, положив голову мне на плечо, как в самолете.
Я обнял ее, чувствуя, как она постепенно засыпает. И в этот раз мысль в голове была другой.
Не о том, что всё заканчивается.
А о том, что это только начинается.