Глава 28
Мира даже не успела дотянуться до охраны. Внезапно в торговом центре погас свет, сработала пожарная сигнализация, и толпа людей в панике хлынула к выходам. В этой неразберихе чья-то сильная рука зажала ей рот тряпкой, пропитанной едким составом. Последнее, что она увидела перед тем, как провалиться в темноту, — это безумный, лихорадочный взгляд Тимофея.
Она пришла в себя в сыром, полуподвальном помещении. Руки были прикованы к старой трубе, а перед ней на табурете сидел Тимофей. Но это был не тот «золотой мальчик», которого она знала. Его глаза бегали, он постоянно что-то шептал себе под нос, а стены подвала были обклеены её фотографиями — из университета, из кофейни и даже сделанными через окно особняка Громова.
— Теперь ты в безопасности, Мира, — прошипел он, проводя холодным ножом по её щеке. — Я спас тебя от него. Он монстр, но я… я люблю тебя правильно. Мы будем здесь вечно. Я уже приготовил нам место. Если ты не можешь быть моей в том мире, мы уйдем из него вместе.
Он достал шприц с какой-то мутной жидкостью. Стало ясно: Тимофей окончательно лишился рассудка. Его одержимость была не властной, как у Дамиана, а разрушительной и суицидальной.
В это время в особняке Громовых царил настоящий ад. Дамиан лично разнес кабинет начальника охраны. Его ревность и страх за Миру превратились в ледяную жажду крови.
— Если с её головы упадет хоть один волос, я вырежу весь его род до седьмого колена! — рычал Дамиан, глядя на экраны радаров. — Где он её держит?!
Он нашел их через два часа. Дамиан не ждал полицию. Он вышиб дверь подвала тараном своего внедорожника. Когда он вошел внутрь, он увидел Тимофея, заносящего шприц над рукой Миры.
Глаза Дамиана полыхнули таким первобытным бешенством, что даже безумный Тимофей отпрянул.
— Отойди от неё, мразь, — голос Дамиана был тихим, но от него вибрировали стены. — Ты совершил свою последнюю ошибку. Ты тронул моё.