23. «Горько!»
Свобода была близко, нужно было лишь произнести одно слово.
Но в голову полезли другие страшные мысли и образы, например Петя, который не умеет проигрывать. Девушка задумалась о том, что он сделает с ней, если она посмеет сказать ему "нет", перед всей его бандой, родственниками, камерами, которые снимают каждый их шаг сегодня.
Ответ был на поверхности, было понятно что он уничтожит все и вся, лишь из-за ее ответа.
Вдох-выдох и Гордеева с каменным лицом произнесла то, что ей далось с неимоверной сложностью.
- Да, я...согласна,- голос был тихим, но его все равно услышали все.
Обмен кольцами, очередные поздравительные речи и братки зааплодировали, по залу пронеслось радостное слово «Горько!», которое кричал практически каждый, кроме Флоры, которая с неимоверным сожалением смотрела на невестку, Юры, стоявшего молча и позади всех, чтобы не выдавать своих реальных эмоций по поводу всего этого торжества и бабушки, тихо сидевшей на стуле и потупившей взгляд в пол, чтобы не видеть "добровольное" начало настоящего семейного мучения внучки.
Карасев, сияя от согласия Златы, повернулся к ней и взял ее лицо в свои ладони, пробегаясь взглядом по нему.
-Ну че, Златка, не Гордеева ты больше,- широко улыбаясь произнес кудрявый,- Теперь Карасева, моя, навсегда моя!
Он демонстративно поцеловал ее, чтобы это навсегда осталось на пленке камеры.
Злате пришлось отвечать на это, пришлось целовать его в ответ, борясь внутри себя с брезгливостью и отвращением, которые подкатывали к горлу больным комом. С этого дня все изменится, теперь уже навсегда, ей нужно будет строить из себя счастливую и любящую жену, которая с нетерпением ждет возвращения мужа вечером.
Свадьба продолжилась в самом дорогом ресторане города под названием «Бриллиант». Название было пафосным, как и всё, что окружало их в этот день. Ресторан сиял огнями: хрустальные люстры под потолком, белые скатерти на столах, позолоченные приборы, которые никто из братков не умел правильно использовать. Официанты в строгих чёрных жилетках сновали между столами, разнося подносы с закусками и напитками, забирая подаренные подарки.
Злате было тошно смотреть на все это. Она сидела во главе стола, рядом с новоиспеченным мужем и лишь изредка ковырялась в тарелке с нетронутым салатом, лишь бы ничего не видеть.
Тосты лились рекой, заставляя блондинку каждый раз сжиматься от неловкости.
- Дорогие гости!- начал Авдей,- Говорят, мужчина должен в жизни построить дом, посадить дерево и вырастить сына, но Петюня наш уже построил дом,в смысле авторитет, посадил дерево, в смысле наладил дела, а сына... ну, это он сегодня ночью начнёт! Главное, Златка, чтобы ты ему в этом помогла, и желательно без отказов.
По ресторану прошелся смех толпы, из-за сказанного. Карасев улыбался, глядя на друзей и переключаясь взглядом на жену.
- Конечно начну, наследник это дело серьезное, да, пацаны?- улыбаясь сказал Петя, подняв стакан с коньяком.
- Поддерживаю!- выкрикнул кто-то из толпы.
Злата готова была провалиться сквозь землю от стыда, слыша сказанное.
- А если девочка будет?- ухмыляясь сказал коренастый, но атлетично сложенный Гусь, сверкнув беззубой улыбкой.
- Значит будут пробовать пока пацан не появится!
Карасев повернулся на жену, собствннически притянув ее к себе за талию и вновь оставляя влажный поцелуй на ее губах, щеке, а после - шее.
- Чего молчишь, родная?- глаза кудрявого блестели весельем,- Скажи всем, чтоб не сомневались, что наследника мне родишь.
-Рожу, обязательно,- натянув на себя фальшивую улыбку сказала блондинка, стараясь не смотреть в глаза мужу.
Авдей одобрительно хлопнул ладонью по столу.
-Вот это баба, Петька, держись за неё, таких больше нет!- Он снова поднял стакан,- Ну, за здоровье будущих карасят! Чтоб Петровичей было штук пять, не меньше!
Праздник продолжится, все танцевали , веселились, пили.
Злата решила отойти в уборную, чтобы слегка отдохнуть от всей этой суеты, но проход в коридоре ей преградила Флора.
- Златочка, милая, беги сейчас, я все устрою, такси стоит рядом с рестораном, садись и уезжай,- взмолила рыжеволосая.
Сердце екнуло, душа подсказывала соглашаться и бежать, но разум останавливал девушку.
- Нет, Флора Борисовна, я не побегу, я за родных боюсь, сами подумайте, что он потом с ними сделает...,- прошептала теперь уже Карасева.
- Решайся, сейчас либо никогда,-тяжело вздохнув сказала рыжеволосая, пытаясь вразумить блондинку.
- Я не могу, простите...я не могу рисковать ими,- дрожащим голосом сказала Злата, пытаясь сдержать подступающие слезы.
Флора смотрела на нее с непониманием, но потом резко шагнула вперед и обняла, как-то по матерински тепло и крепко, так, как не обнимала Злату даже родная мать.
....
Сентябрь девяносто седьмого года выдался очень теплым и довольно жарким. Со свадьбы семейства Карасевых прошел год. Год, за который Злата привыкла, приспособилась, научилась жить в постоянном режиме вечного напряжения, уже даже не замечая его.
Она научилась многому за это время. Научилась улыбаться, когда внутри пустота, научилась отвечать на его ласки, чувствуя лишь отвращение и ледяное оцепенение, научилась врать даже себе- что так живут все, что это нормально, что со временем станет легче.
Но легче вовсе не становилось.
Петя тоже изменился, стал более нежным, видя что жена не сопротивляется ему. Даже подарил ей свое "маленькое" дело, которое на самом деле стало для блондинки отдушиной.
Ее салон красоты- то, где она могла не думать ни о чем, а просто руководить, общаться и даже отдыхать. Она сама выбрала ему название-«Голд», которое прямо отсылало к ее имени и жизни. Он располагался в центре города, на первом этаже новостройки, которую Петя "отжал" у какого-то предпринимателя. Три кабинета, приёмная, маленькая комната для персонала, пахнущая лаком и кофе. Злата сама выбирала мебель светлую, уютную, не похожую на ту тяжёлую, тёмную, что стояла в их квартире. Она сама нанимала мастеров - девушек, которые умели делать красивые причёски и маникюр, и которые, в отличие от неё, улыбались по-настоящему.
Карасевой нравилось там, нравилось разговоры с разными женщинами о их жизни, нравилось наблюдать за чужим преображением, не смотря на то, что она мечтала вовсе не об этом, а лишь хотела учить детей.
День в салоне проходил легко, незаметно и быстро, после чего Злата возвращалась домой, где запас ее энергии исчерпывал муж.
....
Карасева вошла в квартиру, с порога услышав разговоры на кухне. В прихожей стояло несколько пар обуви, которые явно не были Петиными, поэтому тихо сняв легкое пальто, девушка прошла внутрь, увидев как Карасев сидит за столом с Авдеем и Серым, они выпивали, явно отмечая что-то. На столе стояла пепельница, полностью заваленная окурками, стол был завален полупустыми бутылками виски и коньяка и уже заветревшей закуской. Все были изрядно пьяны, Авдей развалился на стуле расстегнув верхние пуговицы рубашки, а Серый был красным, словно ему было очень сильно жарко и пытался сконцентрироваться на чем-то взглядом, Петя при виде жены же расплылся в блаженной улыбке, скользнув взглядом по ее облегающему платью.
- Опа, родная моя пришла,- раскинув руки произнес кудрявый,- А мы тут с пацанами отмечаем важное событие так сказать.
Карасев пьяно ухмыльнулся, схватив её за руку и усадив к себе на колени, игнорируя её сопротивление. Его пальцы тут же впились в её бедро, поглаживая через тонкую ткань платья.
- А че не хозяин чтоль,а,Златка?- ухмыляясь спросил он,- Хочу- дома посидим, хочу- в ресторане гулять будем, да, мужики?
Товарищи закивали, даже не смотря на блондинку и Петра.
- Так что за праздник,- устало переспросила Злата, с отвращением смотря за всей этой пьяной гулянкой.
- Наш Серый скоро батей станет, Наташка залетела у него,- подняв рюмку произнес кудрявый, сжимая талию жены рукой.
- Поздравляю вас с Наташей,- улыбнувшись сказала Карасева, пытаясь лишний раз не ерзать на коленях мужа.
- А вы со Златкой когда пополнение устроите,а, Карась?- пьяно ухмыляясь спросил Авдей, залпом опустошая свой стакан даже не морщась.
- Слышишь Златка? Даже люди уже интересуются,- Кивнув в сторону Авдея сказал Петя.
Родить от Карасева значило лишь одно, привязать себя к нему не только на бумагах, но и кровью. Злате не хотелось этого, не хотелось обрекать ни в чем невиновного ребенка на страдания из-за отношений родителей, не хотелось чтобы кто-то кроме нее самой страдал из-за жизни с Карасевым, поэтому на этот вопрос она решила не отвечать.
Вскоре пьяное веселье приутихло, а ближе к полуночи и вовсе рассосалось. Братки расползлись по домам, оставив после себя лишь беспорядок на кухне, который Карасевой пришлось убирать с отвращением. Окно было открыто настежь, чтобы проветрить прокуренное помещение, вся посуда была вымыта с белизной, после того как из нее ел кто-то кроме блондинки и кудрявого, а дубовый стол сверкал от того, что Злата оттерла его от сегодняшней посиделки.
Блондинка закончила уборку и направилась в спальню, надеясь что муж давно спит и не будет донимать ее перед сном, но ожидания не оправдались, она тихо открыла дверь и увидела лежащего на кровати Петю,который лежал на спине, скрестив руки на животе и явно ждал ее.
-Чего не спишь?- тихо, почти шепотом произнесла Злата, направляясь к шкафу чтобы переодеться в ночнушку.
- Тебя жду, поговорить надо,- с подозрительным спокойствием хрипло сказал Петя, приподнявшись на локтях.
Сердце неприятно защемило, предчувствуя что-то нехорошее, но девушка сохранила спокойное выражение лица и быстро переодевшись села на кровать, ожидая разговора.
- Говори раз хотел,- сказала она, кусая губу от нервов.
-Че ты как чужая постоянно, Златка,а? Ты как будто есть, а как будто и не тебя,- пожимая плечами сказал Карасев, всматриваясь в лицо жены.
-Почему?
-Не знаю, что-то не так в тебе последнее время.
-Не замечала ничего подобного, все как раньше, все по-старому,- голос слегка дрогнул, но блондинка не подала вида.
- У тебя есть кто-то?- неожиданно спросил Петя,полностью сев и уставившись на Злату,- Почему ты спать со мной не хочешь?
Вопрос неловко повис в воздухе, заставляя девушку подумать.
- Ты серьезно?- устало спросила она.
-Да, серьезно блять! Я серьезно!- Карасев сорвался на крик,- Не хочешь меня потому что натрахалась уже где-то,да?
-У меня нет никого, ты прекрасно знаешь, что я в салоне постоянно, а потом сразу домой,- пытаясь хоть словесно себя защитить сказала Злата.
Карасев резко подался вперед, рывком уложив жену на спину и нависнув над ней. Сопротивляться было бесполезно, он бы все равно сделал то, что хотел.
- Если я когда нибудь узнаю,родная, что у тебя кто-то есть или был,- кудрявый шипел прямо ей в лицо,- Закопаю вас обоих, прежде чем увижу как ты отворачиваться от меня будешь, поняла?- нервно дыша переспросил он.
Злата замерла, услышав это. Волна страха, от которой она отвыкла за этот год, вновь захлестнула ее с ног до головы.
- Петь ты чего?- с невероятным трудом сказала блондинка дрожащим голосом.
- Лучше в гробу, но моя, чем живая, но чужая, усекла?
Она поспешно кивнула, но промолчала, потому что знала, что любое слово сейчас могло бы вывести пьяного Петю из себя. Теперь на Злату давила не только тяжесть тела мужа, но и сказанные им слова.
Он опустил голову ей на грудь, все еще тяжело дыша.
- Прости...- тихо пробормотал он,- Я боюсь тебя потерять, ты все что у меня есть...
Злата лежала не двигаясь, смотрела в потолок и чувствовала, как по щекам текут слёзы. Она даже не пыталась их вытирать, ведь в темноте их никто все равно не увидит.
- Я никуда не денусь, ты это знаешь,- пытаясь успокоить его сказала блондинка, проглатывая эмоции.
- А насчет ребенка... Он все равно будет,- твердо сказал кудрявый,- Я хочу чтоб у нас карапуз бегал, с твоими глазами, моим характером... А потом и дочку мне родишь, да ведь, красота?- залезая рукой под ночнушку девушки сказал Петя.
Она представила- если бы она родила.
Ребёнок, который будет носить его фамилию, его кровь. Который вырастет в этой квартире, среди этих разговоров, этого дыма и его запаха, этих людей. Который будет видеть, как отец пьёт, как отец кричит, как отец берёт мать, когда захочет, не спрашивая. Который будет похож на него. Злата мысленно скривилась, отогнав от себя эти мысли и желая умереть, лишь бы этого никогда не произошло.