16.
Глава 16. я не смогла сдержаться.
Я лежу здесь — холодная, разбитая, в луже собственной крови. Рука дрожит, а вены будто горят огнём, но мне всё равно. Мне просто нужно было выпустить это. Всё, что накопилось внутри, всю боль, страх, ненависть и отчаяние — вырвалось наружу одним резким движением лезвия.
Каждая капля — это крик моей души, которую никто не слышал. Никто, кроме меня самой. Я устала притворяться, что всё в порядке. Устала улыбаться, когда внутри горела пустота, поглощающая меня изнутри.
Я помню Алекса — моего брата, который был для меня всем. Его глаза, полные жизни, смех, который озарял дом... Но всё исчезло в один ужасный момент, когда родители, с их холодными, пустыми взглядами, отняли у меня его. Они убили его, а вместе с ним — и часть меня.
После этого я сломалась. Меня не просто сломали — меня уничтожили. Они оставили меня одну в этой тьме, где нет спасения. Я пыталась выжить, пыталась найти смысл в словах и буквах — словарная работа стала моей последней надеждой на свет.
Но даже слова не могли заглушить эту боль.
И вот теперь я лежу здесь, без сознания почти, когда слышу, как кто-то ломает дверь. Голос, полный тревоги и страха, зовёт меня.
— Эмма! Пожалуйста, ответь!
Это Билли. Она всегда была той, кто держал меня за руку, когда казалось, что я падаю. Но она не знала всего — она не знала, что происходит внутри меня.
Я вижу, как её глаза наполняются слезами, когда она подходит ко мне, её руки дрожат, когда она осторожно берёт мою руку, пытаясь остановить кровь.
— Почему ты молчала? Почему не сказала? — шёпот, полный боли.
Я хочу кричать, объяснять, но меня душит страх. Страх быть непонятой. Страх, что она отвернётся, если узнает правду.
— Билли... — мой голос — это лишь слабый вздох. — Я боялась...
Она крепко обнимает меня, и я понимаю, что теперь больше не одна. Что даже в самой тьме, где я оказалась, есть луч надежды. Луч, ради которого стоит жить.
Но сейчас мне больно. Очень больно. И слёзы, которые я так долго сдерживала, наконец, катятся по щекам.
От лица Билли
Скоро я услышала сирены — спасатели уже мчались к нам. Я сжимала её руку, держала её за плечо, не давая упасть совсем.
— Эмма, пожалуйста, проснись, — шептала я, пытаясь спрятать всю свою боль и страх.
Когда врачи вошли в комнату, я уже не могла сдерживать слёз. Объясняла им быстро и дрожащим голосом:
— Она порезала руку, очень сильно. Мы пытались остановить кровь, но... я боюсь, что она может потерять сознание. Пожалуйста, помогите.
Они сразу начали работать, и я стояла рядом, чувствуя, как моё сердце разрывается от боли и страха за неё.
От лица Эммы
Я слышала голоса — и тот самый голос Билли. Он был как якорь, который держал меня между этим миром и вечной тьмой.
Мне было холодно, очень холодно, но я не хотела уходить. Я хотела оставаться с ней, хотела верить, что всё ещё можно изменить.
— Билли... — прошептала я, когда мои глаза начали открываться.
Она схватила мою руку и улыбнулась сквозь слёзы.
— Я тут, я с тобой. Ты не одна.
В этот момент я поняла: даже если мир разрушен, даже если прошлое не отпускает — у меня есть она. И ради неё я хочу жить.