З(Чанбин)
З— это зависть. И только первые пару раз Чанбина эта зависть умиляет и веселит, а потом он начинает всерьёз беспокоиться за их с Т/и дружбу.
Ну правда, нельзя же всё время так на него смотреть… Хотя Кан Т/и можно понять: Ойкава — капитан и официально признанный лучший сеттер, а ещё пользуется невероятной популярностью у девушек.
— Т/и, ты могла бы хоть раз за меня искренне порадоваться, — капризно бормочет Чанбин после очередного взляда. В руках Со — любовное послание. Третье на этой неделе.
— Ты тупой? — спрашивает Т/и и сердито отворачивается. Радости на её лице нет и в помине.
***
Зависть Кан плохо сказывается и на их командном духе. Чанбин подаёт идеально, зарабатывает победное очко (вообще, в сегодняшней игре половина очков — его заслуга), а Т/и опять смотрит на него как-то неадекватно. Будто прожигает взглядом.
— Т/и, мы же команда! — упрекает её Чанбин после матча. — Наша победа общая, даже если моих усилий больше.
Т/и вздёргивает бровь и пихает друга под рёбра.
— Мы все старались, Со Чанбин, — отвечает она недоумённо и хмуро. — Все молодцы.
***
Зависть исходит от Кан не только на площадке, но и в повседневной жизни. Когда Чанбин надевает в кино белоснежную рубашку, и все девушки провожают его восхищёнными взглядами, Кан тоже завидует — это сразу видно.
Мысленно испепеляет бедного Со за то, что нарядился, а девушек — потому что никакого внимания на неё не обращают. Для Чанбина это ясно, как божий день.
— Т/и, ты сама виновата, что оделась в лохмотья, не надо теперь быть злюкой, — советует Чанбин, покупая им попкорн. Т/и критически осматривает свою клетчатую фланелевую рубашку и драные джинсы и трёт лоб, на котором так и написано: «как же ты меня заебал».
***
— Зависть — это дурное чувство, Кан! — вспыхивает Чанбин, потому что, серьёзно, это уже ни в какие ворота!..
— Я не завидую, — закатывает глаза Т/и, краснеет от стыда («Ага, значит всё же, не без греха!», — думает Чанбин) и заходит в самую отдалённую от друга кабинку.
***
— Чанбин думает, что я ему завидую, — жалуется Т/и Чану.
Они сидят под давно отцветшей вишней, отдыхают после пробежки и передают друг другу бутылку с водой. На улице жарко и душно. На душе Кан — и того хуже.
— Почему?
— Говорит, что я на него пялюсь, — Т/и фыркает и роняет голову на колени. Чан ободряюще хлопает по плечу. — На матчах, на тренировках, в школе, в кино, даже в душе.
— А ты пялишься?
— Пялюсь, — со вздохом признаётся Чану.
— Потому что завидуешь?
— Потому что люблю, — цыкает Т/и, бросает опустошённую бутылку в урну и продолжает бег.
Вперёд, только вперёд. На пределе скорости и выдержки. Может, ей удастся убежать от тупости Чанбина.
Но это вряд ли.