Весь мир у твоих ног
Прошло полгода.
Рикардо гнил в тюрьме, Интерпол замял дело после «щедрого пожертвования» в их благотворительный фонд, а маленький Лео уже вовсю демонстрировал командный голос, строя нянь в поместье. Адриан решил, что Лея заслужила настоящий медовый месяц — без выстрелов, подстав и записок в колыбели.
— Мы летим на Мальдивы, — объявил он однажды утром, захлопывая ноутбук. — Только ты, я и океан.
— И сорок человек охраны? — иронично подняла бровь Лея, поправляя кружевной пеньюар.
Адриан замялся, потирая шрам на щеке.
— Ну... я сократил их до двенадцати. И они будут жить на соседнем острове. В бинокль их почти не видно.
Путешествие началось с частного джета, где Адриан лично проверял состав каждой закуски. Когда они приземлились на белоснежный песок частного атолла, Лея наконец почувствовала вкус той самой Испании, за которой ехала изначально — только в сто раз дороже и опаснее.
Вечер на вилле над водой был идеальным. Шум волн, запах дорогого шампанского и Адриан, который сменил строгий костюм на легкую льняную рубашку. Его татуировки на фоне заката казались произведениями искусства.
— Ты счастлива? — он притянул её к себе, вглядываясь в её глаза. Его одержимость никуда не делась, она просто стала тихой, как штиль перед бурей. Он всё так же проверял, заперта ли дверь на три оборота, и вздрагивал от каждого шороха пальм.
— Почти, — улыбнулась Лея. — Если ты перестанешь проверять горизонт каждые пять минут в поисках пиратов.
— Там подозрительная лодка в трех милях, — серьезно ответил он, не сводя взгляда с океана. — Марко уже выслал перехватчик.
Лея рассмеялась и обхватила его за шею.
— Адриан, ты неисправим. Ты украл меня у мира, а теперь пытаешься украсть мир у меня.
— Я просто не могу позволить случаю забрать то, что принадлежит мне по праву крови и любви, — он подхватил её на руки и понес к огромной кровати под балдахином. — Ты — моя единственная слабость, Лея. И я буду защищать тебя даже от ветра, если он подует слишком сильно.
В эту ночь на острове не было мафии, не было врагов и не было страха. Была только страсть двух людей, которые нашли друг друга в хаосе и боли. Адриан целовал каждый её изгиб, шепча слова на испанском, от которых у неё кружилась голова.
Но идиллия длилась недолго. Утром Лея обнаружила Адриана на террасе. Он стоял с рацией в руке, его лицо было суровым.
— Что случилось? — она накинула простыню, выходя к нему.
— В Мадриде проблемы, — он обернулся, и в его глазах снова вспыхнул тот самый холодный огонь. — Но это не главное. Лея... моя мать. О которой я думал, что она умерла двадцать лет назад... Она жива. И она в Лондоне.
Лея замерла. Это был поворот, к которому не была готова даже она.