Суррогат нормальности
Подготовка к свадьбе шла с пугающим размахом. Адриан хотел не просто торжества, а демонстрации силы. Но среди гор белого шелка и аромата тысяч калл Лея чувствовала себя призраком. Она добилась жизни для Рикардо, но цена — её собственная свобода — окончательно закрепилась золотым обручем на горизонте.
За день до церемонии Адриан вошел в её комнату с загадочной полуулыбкой, которая редко посещала его суровое лицо.
— У меня есть для тебя подарок, Лея. Я обещал, что ты не будешь чувствовать себя здесь пленницей.
Он открыл двойные двери гостиной, и Лея замерла. На диване, бледная и растерянная, сидела Майя.
— Лея! — подруга вскочила, бросаясь к ней. — Боже мой, я обрывала все телефоны! В посольстве сказали, что ты задержалась по личным причинам, а потом за мной прислали частный самолет...
Адриан стоял в дверях, скрестив на груди татуированные руки. Его голубые глаза внимательно наблюдали за сценой воссоединения. Он выглядел как благодетель, но Лея видела сталь в его позе. Это был наглядный пример его власти: он мог достать любого человека из любой точки мира и привезти к своим ногам.
— Я оставлю вас, — негромко произнес Адриан. — Майя, располагайтесь. Вы — почетная гостья на нашей свадьбе.
Как только дверь за ним закрылась, Майя схватила Лею за плечи, и её голос упал до шепота, полного ужаса:
— Лея, что происходит? Кто этот человек? О нем в Севилье шепчутся, как о дьяволе! У него шрамы, у него армия охранников... И эти розы повсюду... Это он тебя украл? Мы должны бежать, пока он не видит!
Лея посмотрела на свои руки. На пальце уже сияло кольцо с сапфиром размером с каплю крови.
— Мы не можем бежать, Майя.
— Почему? Я видела выход, там всего пара постов...
— Потому что я люблю его, — горько произнесла Лея, и сама испугалась того, как правдиво это прозвучало. — И потому что он убьет любого, кто попытается меня забрать.
Майя отшатнулась, глядя на подругу так, словно у той выросли крылья летучей мыши.
— Ты сошла с ума. Это Стокгольмский синдром, Лея! Он — преступник! Ты видела его глаза? В них нет ничего человеческого, когда он смотрит на кого-то, кроме тебя. Ты для него не жена, ты — дорогая картина, которую он запер в сейфе!
— Может быть, — Лея подошла к окну, глядя на оливковые рощи. — Но в этом сейфе я чувствую себя нужной. Впервые в жизни кто-то готов сжечь мир ради меня.
Вечером того же дня Майя случайно подслушала разговор Адриана с начальником охраны в коридоре. Адриан отдавал приказы о судьбе Рикардо: «Когда полиция заберет его, убедитесь, что в камере у него случится «несчастный случай». Я обещал Лее не убивать его своими руками. Я сдержу слово. Но он не должен дожить до рассвета».
Майя влетела в комнату Леи, задыхаясь от страха:
— Он лжет тебе! Он собирается убить того парня, Рикардо, как только его увезут! Лея, твой «герой» — палач. Ты выходишь замуж за смерть.