Анатомия ревности
Поместье превратилось в крепость, находящуюся в осадном положении. Адриан не проронил ни слова по дороге назад, но его молчание было тяжелее любого крика. Как только они переступили порог, он ледяным тоном приказал охране удвоить патрули, а Лею за руку потащил в свой кабинет.
Это была комната, куда ей раньше запрещалось входить. Здесь пахло старым пергаментом, оружейным маслом и холодным гневом. Адриан запер дверь на засов и сел за массивный стол из мореного дуба, указав Лее на стул напротив. Свет настольной лампы падал снизу, подчеркивая каждый шрам на его лице.
— Имена, Лея. — Его голос был сухим, как треск ломающихся костей. — Мне нужны все имена.
— Адриан, я уже говорила тебе… — она попыталась встать, но он ударил ладонью по столу так, что подпрыгнула чернильница.
— Сядь! — взревел он. В его глазах металось безумие. — «Р». Ричард? Роберт? Рафаэль? Кто этот ублюдок, который считает, что может писать моей женщине? Кто прикасался к тебе до меня? Кто смотрел на тебя так, что ты побоялась мне признаться?
— Никто! — Лея сорвалась на крик, чувствуя, как по щекам катятся слезы обиды. — У меня не было никого серьезного! Это просто случайная записка, я не знаю этого человека!
Адриан медленно встал и обошел стол. Он наклонился к ней так близко, что она видела расширенные зрачки в его голубых глазах. Его татуированная рука легла ей на горло — не сжимая, но напоминая о том, насколько он сильнее.
— Ты лжешь, — прошептал он, и его дыхание обжигало её кожу. — Я вижу, как ты дрожишь. Ты боишься не меня. Ты боишься, что я узнаю правду. Ты принадлежала кому-то другому? Он целовал эти губы? Он видел твои шрамы так же, как я показал тебе свои?
Его ревность была почти осязаемой, она заполняла комнату, лишая воздуха. Он начал перечислять имена её знакомых, которых его люди «пробили» по её соцсетям и телефонной книге. Каждое имя он произносил как смертный приговор.
— Рикардо? Твой однокурсник? Или тот парень из бара в Барселоне? — Он схватил её за плечи, встряхивая. — Отвечай! Я найду его, Лея. Я вырву ему язык, которым он шептал тебе нежности, и принесу его тебе на этом самом столе!
— Ты сумасшедший! — Лея вложила всю свою ярость в пощечину. Звук удара эхом отразился от стен.
Адриан замер. Его голова медленно повернулась обратно. На щеке, прямо поверх старого шрама, начал проступать красный след от её ладони. Секунду Лея думала, что он убьет её. Но вместо этого он издал надрывный, болезненный смешок.
— Да, я сумасшедший, — он резко притянул её к себе, вжимая в свое тело. — Я болен тобой. И я не остановлюсь, пока не выжгу из твоей памяти каждого мужчину, кроме себя.
Он вызвал начальника охраны по рации:
— Приведи мне списки всех, кто пересекал границу провинции за последние 48 часов. И найди мне этого Рикардо. Живым. Я хочу лично спросить его, почему он считает, что у него есть права на мою собственность.
Он запер Лею в кабинете, оставив её одну среди карт, оружия и своей всепоглощающей тени. Она сползла по двери на пол, понимая, что Рикардо добился своего: он превратил любовь Адриана в ядовитое оружие, направленное против неё самой.