31
Я толкнул дверь, и она с грохотом ударилась о стену. Эти двое смотрели на меня. Патлатый – ещё прижимая девушку к стене недовольно, а Т.И... у Т.И на лице дрогнула затаенная победа.
Так ты и это спланировала, цыпа?
Что ж, возможно мне все равно удастся тебя удивить...
Я почти радостно взглянул на этого придурка. В конце концов я кое-что обещал Т.И? A во мне как раз слишком много буйной ярости.
Т:Приветики.
И да, он пропустил мой удар. И второй. И третий.
Т.И давно выскользнула из его тисков, и я не жалел сил, не давал ему даже возможности перевести дыхание.
Прости, парень, ведь ты в общем-то тут не причём...
Я был на ринге, и я был подзавязку накачан разрушительной энергией. Уничтожительной энергией. Смертельной энергией.
Я не собирался останавливаться. Вся моя ярость, вся злость наконец нашла для себя выход. Она сочилась из моих сбитых уже казанков, из моих крошащихся зубов, из моей заляпанной чем-то красным груди.
Т.И:Остановись!
Ее вопль пробился сквозь ватную завесу
Я взглянул на победительницу. Она с ужасом смотрела на меня, заломив руки. Ее бледность казалась натуральной.
Именно что «казалась».
Мы же оба знали.
Т:Остановится? Но ты же этого хотела!
Удар.
Какого чёрта мой противник настолько слаб?!
Т.И:Ты же убьешь его!
Истерика в ее голосе.
Т:По твоему плану, верно, цыпа?
Я зло хохотнул и снова вдарил патлатому.
Т.И:Техен!Да прекрати же!
Она вцепилась в мои руки.
Я медленно обернулся к ней.
Т:Так останови меня.
Это же так легко, цыпа. Ты же можешь. Ведь это твоя игра.
Но она лишь смотрела на меня бегающими глазами, не зная, не понимая... или не желая?
Наше молчание оборвалось звуком нового удара. И ещё.
Т.И:Да блин!!
Ее ладонь хлопнула по кнопке вызова охраны.
Слишком грубо, цыпа. Слишком примитивно.
Я отшвырнул патлатого в сторону и шагнул к Т.И.Должно быть, вид мой был страшен она в ужасе отшатнулась от меня и вновь прижалась к стене.
Я вдохнул ее сладковатый парфюм, втянул в себя весь ее образ — перепуганной победительницы, которая не знает, что ей делать с обрушившимся на неё призом и хрипло сказал:
Т:Не начинай игру, если не уверена, что сможешь дойти до конца.
В гримерку влетели охранники, в два счета разложившие ситуацию на зажатую у стены девушку, ее избитого друга и грозного мордоворота.
Всё предельно ясно, объяснять не было смысла.
Их трое, и я полетел на пол быстрее, чем сделал вдох. Теперь уже они пинали меня, а я смотрел на Т.И снизу вверх — даже не с колен, а с пола! И ухмылялся одними глазами.
Снова молчишь? А ведь достаточно одного твоего слова...
Но у неё не было для меня слов.
Она молчала пока меня пинали, молчала, когда приехала полиция, молчала, когда меня забросили в автозак.
Что ж, красноречиво.
Меня привезли в отделение. Тот же парень, который ещё пару недель назад оформлял тут Т.И, теперь заполнял бумаги на меня. Ни у кого не было никаких вопросов. Впрочем, у меня и ответов- то на них не было, так что я был даже благодарен за этот молчаливый игнор.
Тело после адреналинового всплеска толком не слушалось, а скамейка в клетке полицейского участка показалась комфортной.
Всё лучше, чем...
Чем этот ее взгляд с превосходством.
Ты говоришь, что я морочу тебе голову, И всё потому, что я зажигала с твоим братом.
Чем этот ее издевающийся голос со сцены :
Ты стоишь на коленях И умоляешь: "Пожалуйста, останься со мной!"
Чем эта ее надменная самоуверенность:
Любишь ли ты меня или ненавидишь.
Ты не сможешь меня спасти, малыш.
Моя голова устало упала на руки.
Чертовски болело где-то глубоко в душе, но я старался не обращать внимания.
В сознании крутилось слово «предательница», но я отбрасывал его в сторону. Опустошение сковывало мысли, усталость сковывала тело.
Я замер каменной горгульей на скамейке и даже не пошевелился, когда щёлкнул замок клетки.
- Держите кофе.
Ппарень, который меня оформлял, протянул пластиковый стаканчик. На вкус редкостная гадость, но лучше, чем ничего.
Т:Благодарю.
Проскрипел я.
-Что у вас там случилось?
Что мне ответить? Рассказать историю с самого начала или ограничиться тем, что патлатый переспал с Т.И без ее на то желания? Но ведь это даже причиной-то не было для меня на самом деле!
Я молча отмахнулся и отхлебнул горячий кофе. И впрямь гадость.
-А я завтра в ваш клуб собирался.
Расстроенно сообщил парень.
Так вот зачем ты здесь.
-И девушку позвал.
Т:Дай ручку и бумажку.
Я нацарапал по памяти телефон Чимина и отдал пареньку:
Т:Скажи, что от меня и что сам ты с отделения 32. Он поймёт.
-Вот спасибо!
Обрадовался служивый.
– Вам может ещё что надо?
Я молча покачал головой.
-Если что зовите, я услышу. Я здесь до утра.
Я кивнул.
Служивый неловко потоптался и наконец ушёл. Я привалился головой к стене и обвёл глазами клетку. Она была небольшой, и так вовремя отгораживала от внешнего мира... меня от мира или мир от меня?
Вот бы все мысли о Т.И запереть в такую же клетку. Не анализировать, не искать настоящего победителя очередного раунда игры... Последнего раунда? Я очень на это надеялся.
Я сдал, разумеется. Проиграл, это ясно. Опять пошёл по разбросанным ею крошкам. Да, слегка перегнул и в моменте выглядел сильнее, но если смотреть по результатам... Кто добился своей цели? Уж точно не Я.
С этой козой всё время так - поманит пальцем, чтобы дать в лоб. Какого чёрта я каждый раз ведусь?
Сознание быстро подсказало ответ уж слишком сладка была приманка, слишком сильно она манила собою...
И я ведь правда думал, правда верил, что нас что-то ждёт, что вся ее игра - такой своеобразный разогрев перед главным блюдом.
Вот только вкусы у нас разные оказались, и ее блюдо просто несъедобно для меня.
Какого чёрта я не понял это с самого начала?
Сладкая отрава...
Я прикрыл глаза.
Надо отключить чертовы мысли.
Но вместо мыслей отключился я сам вот прямо сидя на скамейке и уснул.
Проснулся под шум просыпающегося участка кто- то ходил, кто-то говорил, кто-то варил гадкий кофе в автомате.
Тело ломило от неудобной позы для сна и от ударов трёх охранников. Сознание ломило сильнее понимания случившегося. Воспоминания накатывали одно за другим как в калейдоскопе, постепенно выворачивая к самому началу.
Точно, коза же спела, что зажгла с моим братом...
Такая же как все и от этого было больнее всего. Будто ржавым гвоздем по артериям. Будто полные легкие грязи. Будто молотком по солнечному сплетению.
Будто вся душа в пепел.
Хотелось исчезнуть из памяти этого мира. Хотелось раствориться, пропасть.
Хотелось... Я вдруг вспомнил, как быстро Джин улетел в Японию после того, как я оторвался с Айю.
Так он улетал от этой боли?
Брат... Братишка.