9
Мадонна проснулась от громких криков, разрывающих утреннюю тишину. Она тут же поняла — это Олег. Злой, раздражённый, вне себя.
Сонливость моментально слетела, когда она услышала, как он орёт на кого-то из своих людей.
Она сбросила одеяло и быстро спустилась вниз.
В холле Олег стоял перед одним из рабочих — крепким мужчиной, который, несмотря на свою внешнюю уверенность, выглядел растерянным.
— Нахер ты мне нужен, если ты не можешь достать ебаную информацию? — рявкнул Олег, сжимая кулаки.
Рабочий нервно сглотнул, но не осмелился даже слово сказать.
Мадонна подошла ближе.
— Олег, — произнесла она ровным, но твёрдым голосом.
Он резко обернулся, его серые глаза вспыхнули от ярости.
— Не лезь, — прорычал он.
Она скрестила руки на груди.
— Ты так орёшь, что разбудил даже мёртвых. Что за проблема?
Он провёл рукой по лицу, стараясь взять себя в руки.
— Этот идиот не может найти нужную информацию.
Мадонна повернулась к рабочему, холодно его оглядела.
— Какую информацию?
Мужчина колебался, но взглянул на Олега, словно ища разрешения ответить.
— Говори, — бросил Олег.
— Мы пытались вычислить местоположение главы "Медведей", но у нас ничего нет. Ни передвижений, ни звонков, будто он испарился.
Мадонна усмехнулась.
— Вы искали не там. Дайте мне ноутбук.
Она не теряла времени. Быстро взяла ноутбук, села за стол и начала работать. Её пальцы стремительно бегали по клавиатуре, в глазах горел холодный расчёт.
Олег и его люди молча наблюдали.
Минут десять – и она нашла местоположение.
— Вот, — раздался её спокойный голос. — Он скрывается в одном из старых складов на юге города. У него не было звонков, но система безопасности рядом с местом выдала его присутствие.
Олег молча посмотрел на экран, потом на неё.
Чертовски идеальная женщина. И любит, и ненавидит, и убить может, и спасти. Она чертовски умна, чертовски красива, кажется, что знает всё на этой земле – от пользования оружием до поиска людей, которых не может найти целая армия.
Рабочий стоял с открытым ртом, понимая, что его работа была выполнена за считаные минуты.
Олег усмехнулся.
— И почему я до сих пор держу этих придурков, если у меня есть ты?
Мадонна лениво посмотрела на него.
— Не знаю. Может, из-за жалости?
Он рассмеялся. Чёртовски правильный ответ.
Олег закрыл ноутбук и наклонился к ней.
— Ты всё-таки идеальная, — его голос был ниже, мягче, без той ярости, что бушевала минуту назад.
Мадонна закатила глаза, но уголки её губ дрогнули.
— Ну хоть понял, что без меня ты никто?
Он усмехнулся, обхватил её за талию и одним движением притянул к себе.
— Не перегибай, Донна.
Она хотела возразить, но он прервал её поцелуем. Глубоким, горячим, примиряющим.
Она упёрлась ладонями ему в грудь, словно хотела оттолкнуть… но через секунду её пальцы сжали его рубашку.
— Ты меня бесишь, — выдохнула она, отстраняясь.
— А ты меня, — усмехнулся он, глядя на неё с той самой хищной улыбкой, от которой у неё внутри всё переворачивалось.
Они не просили прощения, не говорили лишних слов. Им это было не нужно.
Олег наклонился к её губам, их дыхание смешалось. В его глазах больше не было злости — только этот тёмный, опасный огонь желания.
— Позволишь? — его голос был низким, почти хриплым.
Мадонна не отвела взгляда, в её зелёных глазах вспыхнула злость.
— Ты изнасиловал меня в ту ночь, Олег. И ты ещё спрашиваешь?
Он не отстранился, наоборот, его пальцы сжали её талию крепче.
— Вдруг ты снова локтем уебёшь меня, как в тот раз?
Она фыркнула, но уголки её губ дрогнули.
— Не исключено.
— Тогда я рискну.
Его губы накрыли её, грубо, жадно, так, будто он готов был забрать её всю, без остатка. И она ответила ему. Потому что, черт возьми, он был её наркотиком, её ядом, её спасением и её разрушением.
Этот секс был другим. Не таким, как раньше — без ярости, без грубости, без борьбы за контроль. Он был медленным, почти мучительным. Нежность, к которой они не привыкли, обжигала сильнее любой боли.
Его руки скользили по её телу осторожно, словно он запоминал каждую линию, каждый изгиб. Он целовал её медленно, с какой-то непривычной бережностью. Мадонна впервые позволяла себе расслабиться, впервые не пыталась сопротивляться чувствам, которые так долго прятала.
Когда всё закончилось, они просто лежали рядом. Долго. Время тянулось лениво, солнце уже стояло высоко, но ни один из них не хотел вставать.
Мадонна провела пальцами по его плечу, по сильному рельефному торсу.
— Это ненормально, — пробормотала она.
Олег повернул голову, лениво глядя на неё.
— Что именно?
— Мы. Без криков, без драки.
Он усмехнулся, погладил её по спине.
— Дай себе привыкнуть.
Она фыркнула, но не отстранилась. Он был прав.
Ночь. В воздухе напряжение — глухое, вязкое, как перед грозой.
Мадонна выглядела так, словно собиралась на обычную прогулку: чёрные кожаные брюки плотно облегали её стройные ноги, свободная чёрная кофта скрывала фигуру, а удобные кроссовки намекали на то, что она готова к бегу — если вдруг придётся.
Она подошла к Олегу, скользнула ладонями по его груди, притянула к себе.
— Удачи, — прошептала она перед поцелуем.
— Тебе она нужнее.
Она усмехнулась, вытащила телефон и, не отходя от него, сделала фейковый звонок.
— Да, да, я поеду в загородный дом одна. Нет, мне никто не нужен, разберусь сама… Да, уже выезжаю.
Она знала, что её слушают. Медведи всегда отслеживали её звонки, всегда были на шаг позади — но сегодня они поверят в её ложь. Сегодня ночью они подумают, что она уязвима.
И это будет их самая большая ошибка.
Ночь была прохладной, но Мадонна чувствовала, как поднимается жар предстоящей охоты. Она села за руль своего белоснежного «Мерседеса», будто действительно ехала одна. На заднем сидении, затаившись в тени, был Дима — её незримый щит. Он знал, что говорить нельзя, что любое движение могло их выдать, поэтому затаился, держа оружие наготове.
Как только машина покинула пределы города, она заметила, что за ней увязался минивэн. Чёрный, затонированный, без номеров. Её губы тронула лёгкая усмешка — она знала, кто это. Медведи. Они, как всегда, думали, что держат ситуацию под контролем.
Но они не знали главного.
Олег и его люди уже были у загородного дома, готовые нанести удар. Они поехали коротким путём, на предельной скорости, вырываясь сквозь темноту, пока она тянула время. Делала небольшие остановки, ехала медленно, как жертва, которая не знает, что за ней идут.
Медведи клюнули.
Мадонна крепче сжала руль, сердце забилось ровно.
— Ну что, суки, — пробормотала она, смотря в зеркало заднего вида, — давайте поиграем.
Мадонна вела машину уверенно, даже когда в зеркале заднего вида мелькали огни преследующего минивэна. Она знала, что в любую секунду начнётся хаос.
И он начался.
Как только её «Мерседес» выехал на длинную подъездную дорогу к загородному дому, воздух разорвался от звуков выстрелов. Олег и его люди ждали в засаде, их оружие вспыхнуло в темноте, направляя град свинца в минивэн медведей. Но те оказались не так просты — они ответили выстрелами, не намереваясь сдаваться.
Их было много. Слишком много.
Мадонна резко вывернула руль, но в этот момент пули настигли и её машину. Глухие удары металла, звон разбитого стекла, сработавшая сигнализация — «Мерседес» заскрипел, словно жалуясь на полученные раны. Она хотела выскочить, но…
— Двери заблокировались! — резко сказал Дима, дёргая ручку пассажирской двери.
— Чёрт.
Они оказались в ловушке.
Пули свистели вокруг, каждую секунду кто-то из врагов мог попасть в бензобак, поджечь машину, сделать их лёгкой добычей.
Дима продолжал барабанить по двери, тратя драгоценные секунды, а Мадонна уже знала, что делать.
Сжав кулак, она со всей силы ударила в боковое стекло. Оно треснуло, но не сдалось. Второй удар — пошли мелкие трещины. Третий — и стекло рассыпалось, осыпая её руки мелкими осколками.
— Быстро! — скомандовала она.
Не дожидаясь Диму, она первой выскользнула наружу, пригибаясь, чтобы не попасть под пули.
Сердце билось в такт выстрелам.
Кувырком уходя в сторону, она схватила пистолет, который до этого держала в кобуре на бедре, и начала двигаться, выбирая удобную позицию.
Пуля пролетела в сантиметре от её уха.
Она затаилась за перевёрнутым столом в саду, глаза горели холодной яростью.
— Ладно, суки, — прошептала она, снимая предохранитель.
Теперь начнётся настоящая охота.