Глава 30
Своего маленького мальчика я решила назвать Виктор. Он был очень красивым ребенком для своего возраста. Я постоянно пыталась находиться с ним как можно дольше, но, к сожалению, пока мы находились в больнице, больше чем на полчаса его со мной не оставляли. Виктор имел такой же цвет глаз, как и у меня, только чуть темнее. Как это странно не звучит, но это темно-изумрудно-серые глаза.
Характером Виктор был похож чем-то на своего отца и моего отца: он очень любил женское внимание, и когда рядом находилось много женщин, маленький принц не знал на кого посмотреть. За тот период, пока я находилась с сыном в роддоме, к нам приезжало очень много посетителей, за частую, это были представители влиятельных семей.
Когда мы приехали домой, нас радостно встретили вся прислуга, приехавшие родственники, влиятельные семьи, и еще много-много людей. Яков был очень рад такому наплыву людей, ведь за время его правления в королевской резиденции жили только влиятельные семьи, а из родственников практически никто не приезжал. Как бы там ни было по законам этой секты, что король и королева больше не имеют родственников, но все равно мы помним и любим всех их.
- Знаешь, я раньше думал, что смогу забыть маму, тетю, да и вообще всех своих родственников, - сказал мне Яков, - но теперь вижу, что это неправда, просто ложь.
- Яков, милый, послушай. Неужели ты жалеешь о том, что ты стал королем? - с насмешкой сказала я.
- Ты будешь в шоке, но да я жалею. – Мужчина сел в кресло, и положил руки на голову. – О чем я только думал, Жаклин?! Какой я к черту король?! Что я имею: это чертово здание, которое скоро рухнет, клеймо на плече, и... все?
В этот момент мне даже стало жаль Якова, но я все так же холодно к нему относилась. В этот момент мне действительно захотелось сказать ему: «Дорогой, ты сам в этом виноват, тебе идет тридцать второй год, но ума ты так и не набрался», но я промолчала. Сейчас мне было не до этого.
Моя мама из-за ухудшения своего здоровья надолго не задержалась в резиденции, в тот же вечер она с папой собрала свои вещи и они улетели в Польшу. Для того, чтобы не допустить ее выздоровления, я отправила свою прислугу, сказав маме, что она будет информировать меня, что там и как.
Но, прислуге, которую я послала вместе с мамой, я дала немного другое «расписание яда». Теперь, она должна была сыпать порции яда только в сок или воду, через день и только два раза на день. Эффект будет идти медленнее, но результат будет, что надо. Также, я приказала девушке звонить мне раз в три дня и сообщать о состоянии моей матери. Если случится что-то срочное звонить в любое время.
После того, как разъехались все гости, я наконец-то смогла уделить нужное внимание своему ребенку. Я постоянно играла с Виктором, мы гуляли по саду, городу или резиденции. К нам еще присоединялся Яков, муж очень хотел тоже поиграть с сыном. Но его постоянно куда-то вызывали. И он уходил с грустным лицом, решать дела.
Так незаметно пролетела неделя, а за этой неделей вторая. Срочных звонков из Польши не поступало, но состояние моей матери ухудшилось, а еще нам в этом помогла плохая погода в Польше. Врачи говорили, что не могут найти проблему, что нужно постоянно обследоваться, но их обследования довели мою маму до коляски, и теперь она не могла передвигаться сама. Больше всего, в этой ситуации, мне было жалко папу: этот ни в чем невиновный человек, настолько сильно любил мою мать, что и сам чуть не слег.
Но, один тревожный звонок ночью изменил все...
r(5