4 часть
Младший начал заворожённо разглядывать чужой точеный профиль. Выпирающий кадык, напряжённая вена на шее. Складывалось ощущение, что все, кто влюблялся в этого человека, делали это исключительно из-за внешности, потому что характер оставлял желать лучшего.
— Малыш, я чувствую, что ты пялишься на меня.
Младший вздрогнул и отвернулся.
— Так любопытна моя внешность? — кошачьи глаза открылись, осматривая парня.
— Вовсе нет…
— Ну-ну, — Ли ухмыльнулся, продолжая свой сон.
Когда автомобиль остановился, губы Джисона приоткрылись в удивлении. Особняк был просто огромен. Юноша видел такие места только в фильмах про богачей, кажется, бизнес даёт свои плоды.
Минхо устало зевнул и вышел из машины, чтобы обогнуть её и открыть дверь парню.
— Джентельмен? — фыркнул Хан, принимая чужую руку.
— Просто хорошее воспитание, — улыбнулся мужчина одним уголком губ.
Джисон замер на пороге, широко раскрыв глаза. Особняк, в который они вошли, был настолько величественным, что юноша на мгновение забыл, как дышать. Высокие потолки, украшенные изысканной лепниной, огромные хрустальные люстры, которые мягко мерцали, отражая свет, и мраморный пол, блестящий, как зеркало. Всё это выглядело так, будто он попал в фильм о жизни миллиардеров.
— Ну что, малыш, нравится? — Ли, стоя позади него, ухмыльнулся, наблюдая, как Джисон медленно делает шаг вперёд, словно боясь нарушить эту идеальную гармонию.
— Это… всё твоё? — прошептал Хан, оглядываясь по сторонам.
— Ну, если быть точным, то наше, — Минхо прошёл мимо него, разводя руками. — Пока ты тут гость, так что можешь считать, что это и твой дом.
Юноша не ответил, слишком занятый изучением интерьера. Он прошёл в просторную гостиную, где массивный камин из чёрного мрамора занимал центральное место. На стенах висели картины, которые выглядели так, будто их писали известные художники. Джисон даже не мог представить, сколько всё это стоит.
— Сколько тут комнат? — спросил парень, оборачиваясь к старшему, который шёл за ним, заложив руки в карманы.
— Хм, не считал, — мужчина пожал плечами, улыбаясь. — Но, думаю, больше двадцати.
— Двадцати?! — Хан чуть не подпрыгнул от удивления. — Зачем тебе столько?
— Ну, знаешь, иногда хочется сменить обстановку, — Ли усмехнулся, подмигнув. — А иногда просто забываешь, где твоя спальня.
Джисон покачал головой, не в силах поверить в такую роскошь. Он прошёл дальше, заглядывая в каждую открытую дверь. Библиотека с высокими стеллажами, заполненными книгами, домашний кинотеатр с огромным экраном, винный погреб, где бутылки аккуратно стояли в ряд, как солдаты на параде.
— Ты… серьёзно живёшь здесь? — Хан остановился у лестницы, ведущей на второй этаж, и посмотрел на Ли.
— Ага, — тот кивнул, подойдя ближе. — Ну что, хочешь посмотреть спальни?
— Спальни? Во множественном числе? — Джисон поднял брови, но Минхо уже подталкивал его вперёд, смеясь.
— Ну конечно, малыш. У меня есть гостевая, моя личная, и ещё пара на случай, если вдруг захочется поспать в другом месте.
Они поднялись на второй этаж, где коридор был таким же шикарным, как и всё остальное. Ли открыл одну из дверей, и Джисон заглянул внутрь. Комната была огромной, с кроватью, которая казалась больше, чем вся его съемная квартира в родном городе. Шторы из плотного шёлка, мягкий ковёр, на котором можно было утонуть, и вид из окна на ухоженный сад.
— Это просто нереально, — прошептал Хан, не в силах оторвать взгляд.
— Ну, знаешь, когда у тебя есть деньги, можно позволить себе немного роскоши, — Ли прислонился к дверному косяку, наблюдая за реакцией юноши.
— Немного? — Джисон обернулся к нему. — Это не немного, это… дворец!
— Ну, если тебе так нравится, можешь тут остаться, — Ли подошёл ближе, его ухмылка стала ещё шире. — Ну, знаешь, на постоянной основе.
Хан замер, чувствуя, как щёки начинают гореть. Он быстро отвернулся, стараясь скрыть смущение.
— Знаешь, для того, кого привели сюда силой, ты очень даже смелый, — ухмыльнулся мужчина.
— Я отбитый.
Минхо поднял одну бровь в недоумении. — В смысле?
— Что непонятного? Отбитый, полностью, от и до. Это пока я тебе кажусь застенчивым. Конечно, то, где я сейчас, не сравнится с теми передрягами, куда ранее попадал, но поверь, я и тут выйду сухим из воды, — младший развёл руками, проходя дальше, чтобы завалиться на кровать. — У меня справка есть, — кинул он невзначай.
— Любопытно, — хмыкнул Ли, проходя дальше.
— Я в психушке лежал в шестнадцать лет. Родители сдали, — обыденно рассказал Джисон, наслаждаясь мягкостью постели.
— На сколько определили?
— Не знаю, я сбежал через две недели. Родителей после этого не видел, уже года три как. У меня оттуда много крутых историй.
— Расскажешь? — Минхо присел рядом с юношей.
— А у тебя дел разве не много?
— Очень, но хоть по мне сейчас не скажешь, нервы накалены до предела. Ещё один звонок от этих… — мужчина рвано выдохнул. — В общем, давай, отвлеки рассказами. Мне нравится, что мы похожи.
— Похожи?! Рассмешил, — усмехнулся Хан. — Я по сравнению с тобой уродливый бедняк.
— Не этим похожи, а этим, — старший постучал указательным пальцем по его голове. — Я тоже отбитый, напрочь. Думаю, ты скоро узнаешь.
— То есть ты не отрицаешь, что я уродливый? Обидно, — фыркнул Хан. — Ладно… что тебе рассказать… Точно! Как-то раз я проснулся от странных звуков. Наши комнаты запирали на ночь, чтобы никто ничего не натворил. Так вот, у нас в двери были такие железные решётки для наблюдения. Я подошёл к ним и стал вглядываться в источник шума. Клянусь. Парень, что был в комнате напротив, грыз зубами такую же решётку, да так, что они ломались. Я видел, как кровь скатывается по двери. У него была шизофрения, он всегда странно шутил и звал меня купаться, только вот бассейнов там не было…
— Чёрт… как ты после этого заснул?
— Никак… я просто пялился в потолок.
— А тебя за что положили? Диагноз.
— Гей, — кратко ответил Хан. — Я просто гей.
— Серьёзно? В двадцать первом веке судить за ориентацию? — Минхо засмеялся. — Придурки.
— Мои родители были лютые гомофобы. Один раз я привёл домой своего лучшего друга, тот неожиданно признался мне в чувствах и поцеловал. У нас всё стало переходить не в то русло, он почти мне отсосал, как в комнату ворвался отец… он нас побил, сломал мне руку стулом, чуть моего друга не прибил… короче, было весело.
— Ох, малыш… твои родители многое не понимают. Ориентация — не то, за что нужно судить, — мужчина улыбнулся, но тут же стал серьёзным, когда услышал звонок телефона. — Ну всё… — прошипел он, поднимая трубку. — Нашли его? — почти пропел доброжелательно Ли. — Так и знал! Дегенераты, вам ничего доверить нельзя. Я приеду и снесу ваши головы, будете по кусочкам собирать свои лица, и не говорите, что я вас не предупреждал, — Мужчина резко поднялся на ноги. — Понарожают баранов, а я мучайся… — он перевёл взгляд на шокированного от криков парня. — Осваивайся здесь пока, мне нужно по делам, — почти дружелюбно выдал он, выходя за пределы спальни.
Юноша уже успел выдохнуть, как снова показалась чёрная макушка. — Забыл, если попытаешься сбежать, я тебя убью, — произнёс быстро Минхо, удаляясь.
— Псих…
Только Ли уехал, Хан почувствовал, как напряжение немного спало. Он огляделся вокруг, понимая, что теперь у него есть шанс осмотреться и, возможно, найти что-то полезное для своего плана побега.
Джисон начал с первого этажа, осторожно заглядывая в каждую дверь. Кухня, библиотека, гостиная с камином — всё выглядело роскошно, но ничего необычного. Однако, когда он поднялся на второй этаж, его внимание привлекла слегка приоткрытая дверь.
— Интересно… — Хан толкнул её, и она бесшумно открылась.
Комната была просторной, но уютной. Это явно была спальня Ли. Всё здесь говорило о хозяине: минималистичный дизайн, тёмные тона, аккуратно расставленные вещи. На стене висели несколько картин, которые выглядели дорого, но не кричаще. На полу лежал мягкий ковёр, а у окна стоял письменный стол, заваленный бумагами.
— Бинго, — прошептал Хан, заходя внутрь.
Он начал с письменного стола. Бумаги были разложены в идеальном порядке, но это не остановило юношу. Он аккуратно перебирал документы, стараясь ничего не сдвинуть с места. Большинство из них были связаны с бизнесом — контракты, счета, отчёты. Ничего полезного.
— Ну, господин Ли, вы точно не из тех, кто оставляет важное на виду, — пробормотал Джисон, отходя от стола.
Его внимание привлекла тумбочка у кровати. Он открыл верхний ящик и нашёл там несколько фотографий. На одной из них был молодой Минхо, лет шестнадцати, с мужчиной, который, вероятно, был его отцом. Они стояли на фоне старого здания, и на лицах обоих застыли улыбки.
— Любопытно, — Хан положил фотографию обратно и продолжил осмотр.
В шкафу он нашёл несколько аккуратно развешанных костюмов и пару коробок на верхней полке. Одна из них была слегка приоткрыта, и внутри виднелись старые книги вместе с записями.
— Ежедневник? — заинтересованно прошептал Хан, доставая одну из тетрадей.
Он быстро пролистал страницы. Большинство записей касалось бизнеса, но кое-где встречались личные заметки. Одна из них привлекла его внимание:
«Сегодня снова видел её. Она всё ещё не может простить меня. Но я не могу остановиться. Это моя жизнь, и я буду жить её так, как хочу, даже если это разрушит всё вокруг.»
— Интересно… — пробормотал Хан, возвращая тетрадь на место.
Затем его взгляд упал на записку, торчащую из книги. Она выглядела свежей. Он развернул её и начал читать:
«Иногда я думаю о нём. О том, как он ушёл. Он сказал, что я слишком опасен, что моя голова — это бомба замедленного действия. Боялся меня, боялся того, что я могу сделать, если сорвусь. Но он не понимал, что я никогда не причинил бы ему вреда. Я любил его. Любил так сильно, что готов был сойти с ума. Но он ушёл, оставив меня одного с этой пустотой. Иногда я думаю, что Джини был прав. Может, я и правда опасен. Может, я и правда сломан.»
Хан замер, чувствуя, как сердце сжалось. Он не ожидал найти что-то настолько личное. Парень быстро убрал всё на место, закрыл шкаф и продолжил осмотр.
Взгляд упал на небольшой сейф, встроенный в стену. Он был закрыт, но рядом лежал блокнот с цифрами.
— Пароль? — Джисон попробовал ввести одну из комбинаций, но сейф не открылся.
— Чёрт, — прошептал он, отходя.
В этот момент его внимание привлекла дверь в углу комнаты. Она была почти незаметной, сливаясь с обоями. Хан осторожно толкнул её, и она открылась, ведя в небольшое помещение.
— Что за… — он замер на пороге.
Комната была пустой, если не считать большого зеркала, занимавшего почти всю стену. Но оно было необычным — двусторонним. Хан прислонил к стеклу руку, приглядываясь. Да, зеркало явно скрывало наблюдательную зону.
— Ох, чёрт, — юноша почувствовал, как по спине пробежали мурашки.
Он быстро вышел, стараясь не шуметь. Сердце бешено колотилось. Теперь он понимал: Ли — человек, который держит всё под контролем. Возможно, он наблюдает за ним прямо сейчас.
— Надо быть осторожнее…