Lullaby

7 августа.

В гостинной играла музыка. Та, которую мы с Гарри могли слушать вечность и если бы рай существовал - на входе бы играли Red Hot Chili Peppers, а я и Стайлс качали бы головами в такт.

Ровно так же, как и сейчас. Было наверняка забавно смотреть со стороны, как дёргается моя левая нога и как Гарри изображает из себя вокалиста, только чтобы улыбка не сходила с моего лица.

Еще неделю назад мне казалось что вот сейчас у нас нет никаких тайн, все предельно ясно, точно и безоговорочно.
Вчера я снова так подумала, после того как приняла на себя роль священника, выслушала и простила Стайлса за его привычку держать меня за дуру.

Я слишком много его прощаю...

На секундочку представив, что будет со мной, если я проведу с ним ещё год жизни, хотелось конечно послать его к чертям. Потому что он менял меня, и меня пугала эта неизвестность.

На самом деле Тэмми никто не менял. Ей самой вдруг отчаянно потребовалось изменений, и только она решала какими они будут.

Что если он опять скрывает от меня что-то очень важное, очень нужное мне чтобы доверять ему? В моей голове поселился голос недоверия, хотя скорее всего это был мой здравый смысл,  который я оставила по пути в Munger Moss.

Он вдруг сделал музыку тише, перестал кривляться, и его взгляд нашел меня, застывшую на диване.

- У тебя сейчас такое лицо, будто ты узнала что твой бывший теперь трахает твой лучшую подругу и тебе нестерпимо хочется облить ее лицо кислотой.

Не хотелось признавать, но если бы у меня была всё-таки лучшая подруга, и она также поступила бы со мной - я бы скорее всего так и сделала.

- У меня нет подружек, Стайлс. Хотя нет, ты моя подружка...но если ты и Ник трахнетесь, серной кислотой я оболью обоих.

Он скривился, скорее от того что его фантазия нарисовала ему замечательную картинку этого перформанса, но тут же сменил недовольство на ухмылку.

- Предпочитаю на его месте представлять тебя. И не только представлять. - Он уже тянет свои руки ко мне, и я послушно, словно маленькая девочка иду к нему на встречу. Попадаю в капкан его объятий и мне вдруг становится невыносимо жаль нас обоих.

Мы будем счастливы от силы ещё пару месяцев. За неимением возможности просто выйти за кофе ВМЕСТЕ, или сходить на ужин ВМЕСТЕ, или в конце концов познакомить родителей с ним, мы зайдём в тупик. И я буду первой, кто завершит этот небольшой драматический спектакль.

Мне, конечно, не хотелось думать так о нас, потому что я все ещё оставалась просто девочкой, которая хотела быть счастливой. И благодаря Гарри я ощущала это счастье, разлитое в каждой чашке чая, в каждой шутливой и не шутливой ссоре (в моих венах течет потребность скандалить), в каждой шутке и каждом утре.

- Твои волосы ужасно отросли. Они мешают мне спать, Стайлс, - выпутываясь из его объятий недовольным тоном проговорила я. Он у меня вообще бывает довольным? Ах да, бывает, когда мы занимаемся сексом, - давай я тебя подстригу? Даже если получится дерьмово, тебе все равно никуда нельзя.

Я ухмылялась, зачесывая его волосы назад, прикидывая сколько сантиметров мне будет дозволено состричь. Не думаю что принцесска Гарри Стайлс позволит мне убрать больше 5.

- Ты можешь попробовать Фишер, но у тебя есть буквально 40 минут. Мне все - таки придется выйти сегодня в свет. - целуя мой висок сказал парень.

На его телефоне высветилось новое уведомление и он кивнул сам себе, когда прочитал его и убрал телефон в карман.
Я вопросительно подняла бровь и молча требовала объяснений. Меня бесила, до жути бесила его беспечность. Он не думал о последствиях, которые могли бы коснуться и меня тоже. Неужели ему так все равно на это?

- Брайан обещал заехать за мной по пути в салон. Сегодня у нас два клиента. - он улыбнулся мне, и я вдруг поняла что только там он счастлив, когда занимается любимым делом, и может ему вовсе не нужна ни я, ни моя безопасность...

- А кто такой этот Брайан? Он тоже в розыске, что ты так спокойно ему доверяешь? - я умела давить на больное.

- Он друг, Тэм, и если ты хотела задеть меня, то у тебя получилось.

И я опять виновна.

Я тяжело вздыхаю, и отхожу от него. Снова сажусь на диван, откидываюсь назад и смотрю на выключенный телик.

Я не хочу оправдываться, потому что хотела его задеть. Но он делает мне больнее, каждый раз показывая что его не волнуют мои переживания.

Он будто читает мысли.

- Тэм, я думаю что мы достаточно взрослые, чтобы не контролировать друг друга. Я, по крайней мере, точно не буду.

Во мне вспыхивает волна агрессии. Я не верю своим ушам. Он? Не будет меня контролировать?

- И это мне говорит человек, месяц следивший за мной. Забавно, Стайлс, что тебе так быстро наскучило мое волнение.

Мой тон ровный и спокойный, но внутри я закипала от злости. Я хотела кинуть в него стаканом, и чтобы он вдребезги разлетелся прямо у него пол ногами.

- Мне пора на работу, буду поздно. - я встала с дивана и ушла собираться в другую комнату.

На самом деле моя работа не требовала нахождения в офисе, потому я так часто зависала дома, но и видеть его сейчас было невыносимо. Он портил мне нервы своим безразличием.

Псих. Чертов псих.

Я одевалась медленно, в надежде что он придет и попросит меня остаться, но его не появлялось в дверях комнаты. Ему однозначно было все равно...

Может я сама себе все придумала? Может я зря поверила ему и отдала ему свой маленький кусочек сердца, потому что сейчас мне казалось что он в нем совсем не нуждается.

И тем не менее, через 20 минут на мне уже была моя любимая белая блуза с глубоким вырезом и черные брюки, так красиво и непринужденно обтягивающие мою задницу.

Я надела темные очки и вышла из комнаты в поисках рабочей сумки с ноутбуком. Прошлась мимо гостинной, где он неподвижно продолжил сидеть уткнувшись в свой телефон. Он даже не посмотрел на меня!

Если он ещё и добавит мне сходить в магазин после работы, я прям там засажу ему каблук в живот.

Но Гарри молчал.

Наконец подняв свой взгляд, когда я уже собиралась выходить, он хотел мне что то сказать. Но не сказал. Он опять промолчал.

Невыносимо.

Нет же, не унимались голоса в моей голове. Он стоит напротив меня, и кажется будто он целую вечность принадлежит мне, а я  - ему, и это не поддается никакому оспариванию. Это факт, это закон, и это моя молитва.

Кажется что Гарри играет со мной. Или что я истеричка?

Он кивает мне, когда я выхожу из дома и направляюсь к своей машине. Дверь за мной захлопывается.

Я печально вздыхаю и сажусь за руль. Завожу мотор и собираюсь уже выезжать, как дверь переднего сиденья открывается, и туда садится сам Гарри Стайлс.

Я опять маленькая девочка. Я опять не знаю что сказать и что сделать, лишь бы только он не уходил.

И Гарри улыбается. Он буквально начинает смеяться, а я недоумевая сижу и смотрю на него. Стена безразличия падает прямо передо мной и меня пробивает, когда я начинаю посмеиваться.

- Тэм, ты сводишь меня с ума.

Он поправляет мои волосы и глушит ключ зажигания.

- Ты сводишь меня с ума, - в упрек ему говорю эти слова, - нельзя свести с ума того, кто уже давно потерял рассудок.

Я улыбаюсь и внутренне выдыхаю. Он улыбается мне в ответ. Его губы так невесомо касаются моих, что мне хочется почувствовать его ещё больше, глубже, сильнее. Но он никуда не спешит, он ждёт когда я сама наконец разрешу ему прикоснуться меня как я люблю.

И я разрешаю.

И он касается.

И я действительно начинаю сходить с ума.

____________

Вот и я думаю, кто из них больше сумасшедший?)