20 глава
- Данил?
Он повернул голову на мой голос, и его глаза открылись. Его мама сказала, что он бодрствовал больше, но я не ожидала, что его глаза будут более ясными. Будто он мог меня видеть. Меня охватила радость.
- Привет, - сказала я.
Его губы дрогнули в улыбке.
- Твоя мама очень обрадуется, если ты заговоришь. Видеть твои прекрасные зеленые глаза достаточно для нас, но, очевидно не для нее.
Данил сжал мою руку, а потом закрыл глаза. Я ждала, в надежде, что ему просто нужно отдохнуть минуту, но он больше их не открывал.
Я в хорошем настроение отправилась сообщить новости тете Люде, но, войдя в зал ожидания, увидела, что там сидит Ярик и тоже ждет, чтобы с ней поговорить. Женщина что - то обсуждала с доктором.
- Ты везде первая, - буркнул Ярик, когда я присоединилась к нему.
- Я ждала. Но не знала, что начались бейсбольные тренировки. К нам подошла тетя Люда:
- Доктор считает, что пока не стоит слишком беспокоить Данила посетителями. Я хочу, чтобы вы все с ним повидались, но нужно свести визиты к минимуму, один посетитель в день.
- Но Ярик сможет увидеть его сегодня? - в панике спросила я.
- Да, конечно. Но вы же разберетесь с друзьями, чтобы моего сына не одолевали посетители?
- Да, - ответила я, затем закусила губу. - В смысле, да, Ярик может составить расписание.
- Составишь, Ярик? - спросила тетя Люда.
- Да, - кратко ответил парень.
- Мне пора, - сказала я.Тете Люде не нужен мой отчет, ведь не произошло ничего нового. - Хорошего посещения.
Ярик только лишь кивнул. Я хотела это исправить, но сделала только хуже.
Похоже, дядя Витя сказал Ване, кто его ждет, потому что тот вышел на крыльцо готовый уехать: в ботинках, джинсах и куртке. Закрыл за собой дверь и, бросив легкое "Привет", направился к моей машине.
- Привет, - сказала я, догоняя его.
Когда мы сели в машину, я повернулась к Ване:
- Плохой день?
- Теперь стал лучше.
Я сжала руль, не желая видеть выражение лица Вани, сопровождающие эти слова. Мы оба не хотели привязываться. Увидев сегодня Данила, я получила подтверждение того, что ему станет лучше и все вернется на круги своя.
Я сама не знала, куда ехала, пока не оказалась у библиотеки.
Ваня тоже удивился моему выбору:
- Тебе нужно сделать домашнее задание?
- Мне нужно забрать ботинки.
- До сих пор не забрала?
- Не так уж много времени прошло.
Я заехала на подземную парковку.
Мы вместе подошли к двери. В первом коридоре было пусто, и я вспомнила свое заточение в библиотеке. Но когда мы дошли до главного коридора, то наткнулись на людей; благодаря им это место выглядело иначе, и мне стало лучше.
- Ты в порядке? - спросил Ваня.
Я кивнула. Мы прошли по стеклянному переходу и спустились в главный зал. Я сначала проверила под стулом, надеясь, что не придется никого спрашивать. Но ботинок там не оказалось. Я замешкалась, вспомнив, как Ваня читал на этом стуле, как возле него мы делили на двоих один спальник. Интересно, Ваня тоже об этом вспоминал? Мы заглянули друг другу в глаза.
- Надо пойти проверить, можно ли украсть с кухни яблоки, - прошептала я.
Парень улыбнулся.
Я глубоко вдохнула и подошла к стойке библиотекаря. Сидящая за ней женщина в ожидании смотрела на меня.
- Я оставила здесь черные ботинки. Их нашли?
- Черные ботинки... - Библиотекарша поискала под стойкой и, достав мои ботинки, поставила их на столешницу.
- Так вот как выглядят ботинки по щиколотку, - тихо сказал у меня за спиной Ваня.
Женщина сурово посмотрела на меня:
- Так ты та девушка, которая застряла здесь на прошлых выходных?
Я не была готова к тому, что меня уличают в этом. Теперь уж кивнула.
- Твоя мама выдала нам список инструкций, как следует запирать библиотеку.
И как на это ответить? Она на меня злилась?
- Вот и хорошо, - вмешался Ваня, затем забрал мои ботинки и увел меня.
Я не могла поверить в то, что мама так поступила. Ну, вообще – то могла. Это в ее стиле, но я так смутилась.
- Кому важно, что она думает? - сказал Ваня, как только мы отошли. - Она никто. Не волнуйся об этом.
Похоже, Ваня решил, что сейчас я не могу справиться с лестницей, потому повел меня к лифту и нажал кнопку.
- Мне все равно, - заверила я его. Я действительно была в порядке.
Моргнула лампочка, и двери открылись. Мы зашли внутрь. Только Ваня собрался нажать на кнопку, как я ткнула в одну из верхних, и двери закрылись.
Парень все еще держал мои ботинки, поэтому я забрала их и прижала к груди.
- Ты когда - нибудь видел колокольню? - спросила я.
- Нет.
- Тебе стоит посмотреть.
Не смотря на то, что подняться нужно было все на два этажа, лифт как будто ехал целую вечность. Когда двери наконец открылись, мы вышли. Интересно, будет ли открыта дверь на колокольню, или придется развернуться и спуститься вниз? Я повернула ручку, и дверь с громким скрипом отворилась. В этот раз за ней было темно, я достала сотовый и включила фонарик. Ступеньки наверх не казались более крепкими, чем в прошлый раз, когда я поднималась по ним.
И сейчас, когда мы шли по ним вдвоем, я с каждый шагом нервно хихикала.
Мы добрались до верха, и я открыла дверь. И глубоко вдохнула морозный воздух. Деревянная сова на перилах посмотрела на нас, когда мы оба устроились на маленьком порожке, ведущем на остроконечную крышу. Мы сидели соприкасаясь колеями, так мало было места.
- Круто, правда? - Я выключила фонарик на телефоне, уличных фонарей было достаточно, чтобы тускло освещать это место.
- Да. Удивлен, что не нашел это место раньше. Наше пребывание здесь не было для меня первым.
- Да ладно, - сказала я с деланным удивлением.
Ваня улыбнулся, затем поднял голову:
- Ты той ночью звонила в этот колокол, да?
- Никто его не услышал.
- Я услышал. Но не знал, что это.
- Это была я.
Сидя здесь, я поняла, что на эту башню, вероятно, вход запрещен. Если нас поймают, у нас будут неприятности.
- В общем, я хотела тебе показать. Нам пора.
- Потому, что ты беспокоишься, или потому, что тебе нужно где - то быть?
- Первое.
- Ты слишком много беспокоишься.
- Знаю. Это вроде как моя особенность.
Я подтянула колени к груди и положила на их руки. Ваня медленно провел пальцем по моему предплечью. Я закрыла глаза, позволяя напряжению, накопившемуся за день и накатившемуся, когда мы вернулись в библиотеку, вылиться наружу.
- Я стараюсь с этим справляться. Но это сложно. Станет лучше, когда все вернется в норму. Просто сейчас много всего происходит.
Парень в раздумьях завел руку за спину и взялся за перила:
- Что случилось этим утром перед уроками?
Я вздохнула, не желая вспоминать. Меня передернуло от одной только мысли о словах Ярика.
- Ничего.
- Ты мне не расскажешь?
Я подняла кулак:
- Я сыграю на это.
- Сыграешь на это?
- "Камень, ножницы, бумага". Победитель узнает секрет. - Я была готова рискнуть за шанс задать ему вопрос. Мне хотелось получить ответы на пару вопросов.
Ваня улыбнулся:
- Хорошо.
- Два раунда из трех? - спросила я.
- Конечно.
Ваня выиграл первым, показав "камень" против моих "ножниц".
Я поворчала, но собралась с силами. Во второй раз я выкинула "бумагу", а Ваня снова "камень". Это ничья. Я посмотрела на него. Он дважды подряд выкинул "камень". Выкинет ли и в третий раз? Он спокойно посмотрел на меня - ноль эмоций. Этот парень непредсказуем, поэтому точно выберет что - то другое. Хотя будет более предсказуемо, если он покажет "камень" в третий раз.
- Раз, два, три, - посчитала я и показала "бумагу". Ваня снова выкинул "камень". - Ха! Я победила.
- Победила, - согласился парень, словно находился под впечатлением.
- Кто знал, что ты так плохо играешь в эту игру?
- Ты тренировалась язвить?
- Только потому, что ты продолжаешь проигрывать. У меня много практики.
Ваня ухмыльнулся и снова ухватился за перила над головой:
- Какой вопрос?
Мой взгляд упал на его левую руку. Его татуировка. Тату или Светлана? Тату или Светлана?
- Почему ты не отправил Светлане то письмо из книги? - спросила я Ваню.
Улыбка пропала.
- Потому что... - Парень запустил пальцы в волосы. - Уф! Знаешь, ты ужасный человек.
Сказано с улыбкой, поэтому я просто кивнула:
- Да, так и есть.
Ваня протянул руку ладонью верх:
- Видишь это?
- Да.
- Это дата нашего последнего судебного заседания. Моей маме дали несколько месяцев, чтобы измениться. Она прошла через три разные программы лечения от наркозависимости, шесть судебных заседания, две стороны, она с другой, - судья спросил, выбирает ли она наркотики вместо сына. Она выбрала. Тогда я в последний раз с ней разговаривал.
- В этот день ее лишили родительских прав?
Парень кивнул.
- Мне жаль, Вань.
- Я же тебе говорил, что в этот день я наконец освободился. Я свободен!
Сегодня я верила Ване не больше, чем в самый первый раз, когда он это говорил. Каждому человеку нужен кто - то, на кого можно положиться.
- А письмо?
- В нем то, по поводу чего мне нужны ее ответы.
- Светлана - это твоя мама?
- Да.
- И почему ты не можешь его отправить?
- Потому что она подумает, что я пытаюсь воссоединиться, а это не так.
- А что ты пытаешься сделать?
- Собрать основную информацию, которую дети, живущие с родителями, знают о себе.
- Тогда почему тебе важно, что она подумает?
- Мне не важно.
- Тогда отправь его.
- Отправлю. - Ваня посмотрел на меня из-под ресниц. - И ты узнала слишком много информации за этот выигрыш.
У меня было еще столько вопросов, но я пока их отложила. Не смотря на то, что Ваня выглядел совершенно спокойным, я понимала, сколько такие разговоры высасывают сил.
- Определенно много.
- И теперь заставишь меня победить, чтобы задать тебе вопрос? Я драматично вздохнула:
- Думаю, нет. Так как технически ты ответил на два. Что за вопрос ты задал?
- Этим утром?..
- А, точно. Этим утром... - Выкладывай, Софа. Ваня только что рассказал тебе, что случилось в самый худший день его жизни, и ты можешь рассказать ему все... - Ярик сказал, что я виновата в том, что Данил попал в больницу.
- Кто такой Ярик? - спроси Ваня, его взгляд стал сердитым.
- Лучший друг Данила.
- И почему ему в голову пришла такая дурость?
- Потому что я всегда сбегаю, или ищу, куда спрятаться, или забиваюсь на вечеринках в угол, и он сказал, что Данил всегда считал необходимым побежать за мной. И он снова это сделал, когда свалился в реку, - побежал за мной. Теперь Ярик меня ненавидит.
- И тогда ты рассказала ему о своем тревожном расстройстве?
- Нет. Не хотела использовать это в качестве защиты. Чтобы не казалось, будто я оправдываюсь. И я действительно не хочу, чтобы ребята относились ко мне как - то иначе.
- Глупый аргумент.
- Спасибо.
- Мне ты рассказала.
- Но мои друзья - не ты.
- И что это значит?
- Ты... ты видел то, чего они не видели. И я боюсь, они не поймут.
- Может, тебе стоит им довериться.
- Но я понятия не имею, как они отреагируют.
Ваня медленно кивнул.
- Что?
- Ты имеешь в виду, что не можешь контролировать их реакцию. Беспокоишься, что не понравишься ребятам.
Я сковырнула с перил у головы слоистый кусочек краски:
- Да.
- Тебе нужно сказать им.
- Скажу, когда ты отправишь письмо.
Ваня отрывисто кивнул:
- Отлично сыграно.
Во все еще открытую дверь подул холодный воздух, и я задрожала.
- У меня замерзли уши, - пожаловалась я.
Уголок рта Вани изогнулся в улыбке, но он не сдвинулся с места. Я подтянулась за перила, чтобы встать:
- Идем.
Ваня тоже поднялся и, когда я включила фонарик и развернулась, чтобы спуститься вниз, встал передо мной. Я ахнула от неожиданности. Он приложил теплые ладони к моим ушам:
- Я не против быть твоим отвлечением, но буду здесь не всегда.
- Знаю.
И Ваня был прав. Мне нужно было открыться друзьям и убедиться, что я сама смогу справиться со своей проблемой, до того как она на самом деле исчезнет. Мне нужно было убедиться в том, что я больше не нуждаюсь в отвлечении.
Поездка в больницу и библиотеку заняла больше времени, чем я назвала родителям. С ботинками под мышкой я открыла входную дверь и как можно тише ее закрыла, надеясь, что, если незаметно проскользну в свою комнату, они подумают, что я все это время была здесь. Но когда я повернулась, в коридоре, прислонившись к стене и глядя на меня, стоял мой брат.
- Влад! - завизжала я. - Что ты здесь делаешь?
- Занятия в среду отменили, а так как учеба у меня только по понедельникам, средам и пятницам, я подумал, пропущу - ка пятницу и отдохну недельку.
- Наверное, круто учиться в университете - играешь по собственным правилам, сам себе начальник, - ухмыльнулась я.
- Кажется, один знакомый мне человек тоже сам себе начальник. Где ты шастала всю ночь?
Я закатила глаза:
- Сейчас всего девять. И я просто спасала мир, по одному пациенту в коме за раз.
Брат поморщился:
- Извини. Его дела все еще плохи?
- На самом деле Ване намного лучше.
- Кто такой Ваня?
-Ваня? Я сказала "Ваня"?
Влад, подняв бровь, кивнул.
- Я имела в виду Данила. Его сегодня перевели из палаты интенсивной терапии. Доктора говорят, у него хорошие показатели. Так что надеемся, что теперь он пойдет на поправку.
Я порола горячку, поэтому замолчала.
- Это хорошо. Так кто такой Ваня?
Мои щеки покраснели.
***********************************************************************************************
Ууу! У нас с вами снова юбилей)Поздравляю вас и себя с этой знаменательной главой.
Не забудь поставить звёздочку котик;)