19 глава
- Ты до сих пор его носишь, - тихо сказала я.
- Что?
- Браслет. - Это должно что - то значить. Я на самом деле была нужна ему в качестве друга. Я подняла запястье и высвободила свой браслет из-под рукава куртки. - Я тоже.
- Просто лень искать ножницы.
Ну конечно. Ваня носил в ботинке нож. Я не на секунду в это не поверила. Но поняла, что он слишком гордый или скрытный, чтобы признаться, что ему нужен друг.
Когда я подняла голову, парень смотрел на меня. Я встретилась с ним взглядом, намереваясь выдержать этот контакт. Но легче сказать, чем сделать. Светло-зелёные глаза Вани были такими пронзительными, что, казалось, видели меня насквозь. Я была права. Что - то в его присутствии, в том, что он видел меня в худшие периоды, меня успокаивало.
Парень расстроенно выдохнул:
- Я уезжаю через полгода. Тебе не стоит приходить.
- Знаю. Тебе не нужны привязанности, - усмехнулась я.
Придется попробовать что - то еще, раз я хотела с ним дружить.
- У меня нет привязанностей. Я обеспокоен, что у тебя они могу быть.
Я усмехнулась:
- У меня тоже нет привязанностей. Ты просто хорошее отвлечение. Мне нужно отвлечься. - Это может сработать, если контролировать выражение лица.
- Отвлечение?
Ваня наклонился ко мне, обдавая запахом сахара, но я выпалила:
- Никаких поцелуев. Просто друзья.
- Друзья?
- Нет. Друзья - это привязанность, верно? Так что нет, мы - отвлечение. Отвлекающие друзья.
Ваня застыл от удивления:
- Хорошо.
Почему я не могла замолчать?
- А отвлекающие друзья не целуются, - усмехнулась я. - Парни привязываются ко мне, когда целуют.
Теперь на лице Вани появилась широкая улыбка.
- Тогда никаких поцелуев. - Его голос был низким и хриплым, и мне сразу же захотелось выкинуть предложенное мною правило в форточку. Единственное правило, которое должно было защитить меня от только что заключенного соглашения.
- Это правило номер четыре.
Ваня хохотнул:
- Хорошо.
- Всего лишь отвлечение, - сказала я, выпрямляясь и отступая от него. Затем улыбнулась: - Но очень хорошее.
Ваня взял меня за руку, не позволяя отойти далеко:
- Всего лишь отвлечение?
Я кивнула.
- Если переживаешь, можем ввести пятое правило: "Никаких привязанностей".
Ваня улыбнулся и снова притянул меня к себе.
Дядя Витя оказался верен своему слову и выгнал меня ровно в половине девятого. Пока шел к нам по коридору, громко прочищал горло, а затем быстро постучался и сказал:
- Свободное время закончилось.
Я взяла пустой пакет, смяла его в комок и ответила:
- Спасибо. Увидимся.
Я не оглянулась. Не хотела знать, сожалел ли Ваня о нашем новом соглашении. Это не имело значения. Сейчас ему нужен был друг, хотел он в этом признаваться или нет. И мне тоже нужен человек, с которым я могла отвлечься от всего, когда сильно нервничала. Но моим реальным обязательством, центром моего внимания должен стать Данил, чтобы помочь ему в выздоровлении. Все складывалось идеально.
На следующий день я приехала в школу чуть пораньше и ждала на парковке Ярика. Он всегда парковался на одном и том же месте - в заднем ряду, лицом к выезду. Вот и он, припарковался задним ходом. Затем потянулся к пассажирскому сиденью, взял рюкзак и вышел из машины. Я тоже. Мне нужно наладить с ним отношения. Он был не только лучшим другом Данила, но и моим хорошим приятелем, по крайней мере, мне казалось, что за последние месяцы мы сдружились. Мне не нравилось, что он на меня злится.
- Привет, - сказала я, поднимая кулак, чтобы стукнуться.
Ярик тупо взглянул на него, и я опустила руку. Однако он все же выдавил из себя приветствие и пошел дальше.
Я присоединилась к нему:
- Ярик, я не собиралась видеться с Данилом. Извини. Его мама сказала, что скорее выбрала бы тебя, но она беспокоится из - за твоих шуток.
Нет ничего плохого в маленькой безобидной лжи на фоне обиды, верно?
- Мило, - буркнул Ярик.
Не на такую реакцию я рассчитывала.
- Ты расстроился потому, что не смог повидать Данила, или потому, что я виделась с ним?
- Оба варианта.
- Почему?
- Потому что не считаю, что ты ему подходишь. Данил думал иначе, поэтому попросил меня дать тебе шанс. И я дал, я пытался. Пытался даже сильнее после того, как он попал в больницу, надеялся, он как - то это почувствует или хотя бы Вселенная обратит на это внимание. Но я по-прежнему думаю, что ты ему не подходишь. Ты уже много месяцев морочишь Данилу голову.
- Морочу ему голову?
- Именно так. Тебе плевать на него. Ты постоянно исчезаешь. Смываешься. Заставляешь Данила за тобой бегать. Я устроил в твою честь вечеринку, а ты сбежала. Ты словно думаешь, что слишком хороша для них?
- Нет, не думаю. Даже близко. У меня есть проблемы, но я не когда так не думала. Никогда.
Мне нужно было проглотить свою гордость и объясниться, рассказать о своих психологических проблемах, но Ярик словно меня не слышал:
- Данил всегда ищет тебя, бегает за тобой. Ускользает с тобой. Как и тогда, на костре.
- Меня не было на костре. Я так туда и не доехала. Вы оставили меня в библиотеке!
- Но если бы у тебя не входило в привычку исчезать...
- Он бы все равно уехал. Как и вы все.
- Но когда тебя обнаружили в библиотеке и выяснилось, что ты не попала на костер, я понял, что Данил снова погнался за тобой. А если бы не погнался, то не торопился бы так. Вел бы осторожнее.
Мое сердце словно остановилось.
- Ты думаешь, это я виновата в том, что Данил в больнице?
- Я просто говорю...
Я застыла на месте, глаза защипало. Ярик слегка оглянулся, пожал плечами и пошел дальше, оставив меня стоять посреди парковки и смотреть ему вслед.
Минуты две у меня ушло на решение, остаться в школе или сесть в машину, вернуться домой и забраться в кровать. Дома я весь день буду размышлять о словах Ярика. Они снова и снова будут крутиться у меня в голове. Мне нужно поговорить с Лизой, Алисой и Алиной. Убедиться, что так думал только Ярик.
Но в то же время мне нужно было отвлечься. С тем, с кем не надо было обсуждать эту проблему. С тем, кто точно так обо мне не думал.
Я нашла его у автобусов за десять минут до начала уроков.
- Ваня, - позвала я.
Парень кивнул.
- Привет, мы можем поговорить? Можно мне с тобой поговорить?- задыхаясь, спросила я.
- Мм... - Ваня окинул взглядом учеников вокруг нас.
Я тоже осмотрелась, только в поисках какого - нибудь уединенного места, если ему оно необходимо. Оранжерея оказались ближе всего, и зимой ею редко пользовались. Я молча направилась туда, надеясь, что Ваня последует за мной. А еще надеялась, что там не заперто.
Оказалось не заперто, и парень последовал за мной. Я зашла внутрь.
Там было теплее, воздух влажный с запахом земли. На столах выстроены ряды черных уличных горшков, в основном с желтеющими растениями.
- Расскажи что - нибудь веселое, - попросила я, повернувшись к нему лицом.
- Ты приняла меня за кого - то другого?
Только одно это предложение подняло мне настроение.
- Паршивое утро.
- Но сейчас только половина восьмого.
- Знаю.
Ваня отодвинул горшок и присел на стол:
- Что случилось?
- Да фигня. Не хочу об этом говорить. Мне нужно отвлечься.
Он показал на себя.
- С твоим отвлечением?
- Именно.
Ваня улыбнулся и откинулся назад, упираясь ладонями в стол. Мне нравилось, когда он такой дружелюбный и беспечный. Ладно, даже когда он серьезный и унылый, тоже нравилось.
- Что? - спросил он.
Я поняла, что тоже улыбаюсь
- Хочу достать фотоаппарат.
Моя рука сжимала лямку сумки для фотоаппарата.
- Зачем?
- Потому что ты очень фотогеничный.
Ваня в окружении поникших растений, солнце приглушенно светит в запотевшие окна за его спиной.
Парень выгнул бровь.
- Я серьезно.
- Не уверен, что мне это польстило, видел, как несколько недель назад ты фотографировала паука.
- Откуда ты знаешь, что я фотографировала несколько недель назад?
- Я проходил мимо. Твое зрение было ограничено этим фотоаппаратом.
Я вообще его не заметила. Мое зрение было ограничено фотоаппаратом, сосредоточено, не допускало лишних деталей. И по этой причине мне нравилось фотографировать.
- Это был не паук, а паутина. Она замерзла. И выглядела потрясающе. Я покажу тебе на днях, что получилось. - Я замолчала. - В любой день. Приходи ко мне домой. Уверена, моим родителям это понравится.
- Твои родители... они прислали мне письмо.
Я засмеялась. Совсем забыла про это письмо.
- О да. Ты их герой.
- А я думал, что твой герой.
Я снова засмеялась:
- Да, мой.
- Ты говоришь с сарказмом, я так и думал, когда читал письмо.
- Я злилась на тебя, когда писала.
Ваню это удивило:
- Почему?
- Ты не хотел меня видеть.
- Тебе нравится надумывать.
Мое сердце совершило кульбит, и я отругала его за такую реакцию. Мы установили правило. Ваня не хотел привязанностей, я тоже.
Раздался предупреждающий звонок. Я вскинула голову, но потом посмотрела на Ваню и решила еще ненадолго остаться.
- В общем, ты по - любому должен приехать ко мне домой и... Подожди, ты умеешь водить - вдруг спросила я.
- Когда мне было тринадцать, я проехал на маминой машине с конца улицы до подъездной дорожки.
- Ого! Впечатляюще.
- И сбил два почтовых ящика.
- Так вот почему ты не хотел брать у меня машину.
Парень улыбнулся:
- Это одна из многих причин.
- Я научу тебя водить. Тебе понравится свобода, приобретенная с этим умением.
Печально, что за всю жизнь Ваню никто так и не научил водить машину, и, судя по всему, в ближайшем будущем перемен не предвидится. Ему необходим этот жизненный навык, раз он хотел быть настолько свободным.
Ваня все еще сидел на столе и опирался на ладони:
- Не самая лучшая идея.
- Это отличная идея, - возразила я.
Парень встряхнул грязь с ладоней.
- Тебе разве не пора?
- А тебе?
- Я могу остаться здесь на весь день, - ответил парень.
- Я тоже, - парировала я.
Улыбка озарила его лицо.
- Серьезно?
- О, думаешь, ты так хорошо меня знаешь? Думаешь, меня беспокоит опоздание на урок?
- Да. Тебе неприятна мысль, что на тебя разозлится учитель.
Я прищурилась, но потом сказала:
- Ты прав. Мне нужно идти. - Я поспешила к двери, но, почти добежав до нее, вернулась и обняла Ваню: - Ты отлично справился со своей задачей. Спасибо.
Парень хмыкнул и обнял меня в ответ. Так как он сидел на столе, мое лицо оказалось возле его шеи. Я закрыла глаза и вздохнула. Начало было быстро отстраняться, но Ваня меня удержал.
Сначала я подумала, что ему хочется еще немного по обниматься, но, когда его тело затряслось от беззвучного смеха, я поняла: он просто хотел меня позлить.
- Сейчас прозвенит последний звонок, - заскулила я.
- Знаю.
- Отпусти меня, негодник.
Ваня отпустил, и я выбежала за дверь, сверкнув перед этим улыбкой. Парень по-прежнему сидел без движения, но с легкой улыбкой на лице.
Просто отвлечение, напомнила я себе, торопясь в класс.
Я думала было съездить на обед домой, чтобы не встречаться с друзьями, но это только подтвердило бы заявление Ярика. Я сжала в руке коричневый пакет с едой и вошла в столовую. Сначала меня сбила с ног волна шума, затем разнообразные запахи еды — сегодня особенно пахло спагетти и чесноком. Я сосредоточилась и направилась к нашему столику.
Лиза улыбнулась и подвинулась, чтобы освободить мне место. И только когда я села и обвела взглядом улыбающиеся лица, поняла, что Ярика здесь нет. Осмотр столовой тоже не дал результата.
- Где Ярик? — спросила я Лизу.
- Не знаю.
Так теперь он убегал от меня? Я прочистила горло.
- Прошу прощения, что только мне вчера удалось увидеть Данила, — сказала я всем.
Алиса похлопала меня по руке:
- Я не злюсь. Только ты могла изменить ситуацию! Вы нравитесь друг другу. Я слышала, что положительные эмоции могут сыграть важную роль в выздоровлении.
Остальные озвучили различные версии того, почему тоже на меня не злились.
- Софа - волшебница, - с улыбкой прошептала мне Лиза
Так и не поняла, говорила она о выздоровлении Данила или о том, что я все уладила с друзьями.
- Мне еще предстоит кое - какая работа.
Лиза достала печеньку и протянула ее мне, после чего, точно поняв, что я имела в виду Ярика, сказала:
- Ярик - идиот.
Я улыбнулась и откусила печеньку, радуясь, что подружка на моей стороне... Если здесь были стороны. Сторон не было. Я это исправлю.
***
- Его перевели из палаты интенсивной терапии?
Я обняла тетю Люду. Я была так рада оказаться на другом этаже. С другими стульями и другим телевизором в углу.
- Да. - Женщина сияла от счастья.
- Вы написали Ярику?
Я получила сообщение после уроков и прождала целый час, прежде чем приехать сюда, потому что хотела, чтобы Ярик показался тут первым.
- Да, но у него бейсбольная тренировка.
- Ах да! - Черт! У них уже начались тренировки? Так рано. Видимо, наступил предсезонный период. Так Данил уже разговаривает?
- Он больше понимает, но в основном спит. Доктора медленно снижают количество обезболивающего. Они думают, это может быть одной из причин, по которой он пока не полностью очнулся. Идем. Ему нужно тебя увидеть.
Эта палата была меньше, но с минимумом аппаратов.
И с окном с видом на парковку.
Я села рядом с Данилом и взяла его за руку:
- Привет, Данил. Мы по тебе скучаем. Мне нужно, чтобы тебе стало лучше. Тебе нужно поговорить с Яриком и сказать, что я-порядочный человек. Кажется, сейчас он думает иначе. Хорошая причина заговорить, да? Ради меня.
Еще одна хорошая причина заговорить, чтобы я перестала выдавать столько плохих шуток. Все ради Данила, разумеется. Кончено, если он слышал хоть какие - нибудь из них.
Данил тихонько застонал, и мое сердце подскочило.
**********************************************************************************************
Поставь звёздочку котик;)