9 глава
Ваня не ответил, а мне надоело играть в его дурацкую игру, в которой он прилагал минимум усилий, но ожидал максимальных результатов. Я тоже не обязана с ним разговаривать.
Кухня! На кухне точно должна быть пожарная сигнализация. Это как раз то самое место, где обычно начинается пожар. Я направилась туда. И услышала за спиной шаги Вани. Меня устраивала такая ситуация. Парень сам узнает про мой план.
Я оказалась права. Прямо на стене у входа на кухню находился заветный красный маяк надежды. Я вскрикнула от облегчения. Но когда потянулась к нему, меня резко оттащили за бедра.
– Что ты делаешь? – спросил Ваня.
Я повернулась к нему:
– Спасаю нас. Приедут пожарные, поймут, что внутри кто-то есть, и тогда освободят нас.Ваня встал между мной и сигнализацией:
– После того как взломают топорами входную дверь. А кроме того, сигнализация, скорее всего, присоединена к разбрызгивателям. Твоя семья возместит ущерб?
Я посмотрела на потолок. Конечно же там были разбрызгиватели.
– Ты серьезно не можешь продержаться тут пару дней? – поинтересовался Ваня. – Все настолько плохо?
Я вспомнила недавний приступ паники. Мне не хотелось снова это переживать.
– Да, настолько. Я хочу домой. Сомневаюсь, что сигнализация приведет в действие разбрызгиватели. Обычно для этого нужен дым. У входной двери есть окно. Я буду стоять там и сообщу пожарным, что огня в библиотеке нет, только застрявшие здесь люди. Они ничего не сломают. Достанут ключ или что-то еще... – Не гарантированный расклад! Кто-нибудь из прибывших пожарных может попытаться войти с черного хода или через окно. Но мне правда это необходимо. – Отойди.
– Мне нужно уйти незамеченным. Не делай этого, – попросил Ваня. – Ради меня.
– Ты думаешь, раз мы сыграли в покер, то теперь друзья? – Я прищурилась.
Парень усмехнулся:
– Я придурок. Мы оба это знаем, но ты-то не такая. Не приводи сюда пожарных.
– Почему? В чем дело? Что ты скрываешь?
– Я ничего не скрываю. Просто мне нельзя попадаться.
– С чего тебе попадаться?
– Подросток случайно оказался запертым в библиотеке с вещами для ночевки?
– Ты можешь сказать, что после учебы собирался к другу. У меня тоже с собой был бы рюкзак с вещами, не закинь я его тогда в машину.
– У меня есть только один шанс, ясно?
– Что? О чем ты?
– Не хочу оказаться в приюте. Еще один промах, и меня отправят туда. А там я не выдержу и дня. У них комендантский час и куча правил. Мне нужна свобода.
Я скрестила руки на груди и шумно выдохнула:
– Так почему ты здесь? По правде?
Ваня запустил руку в волосы:
– Это имеет значение?
– Да. От этого зависит, включу я сигнализацию, пока ты спишь, или нет.
– Ты шантажируешь меня с целью получения информации?
– Давай назовем это дружеским обменом сведениями. Ваня покачал головой и улыбнулся. Такую улыбку приятно завоевать. Но она исчезла так же быстро, как появилась.
– Мои вещи лежали на крыльце. Я направлялся к каньону, когда начался снег. Вот и все. Теперь оставишь в покое сигнализацию?
– Подожди... что? Приемные родители выставили твой рюкзак на крыльцо? – Так вот почему у Вани не было с собой зарядки для телефона? Потому что это не он собирал рюкзак? – Почему они это сделали?
– Не знаю. Наверное, сегодня устраивают вечеринку только для своих. Я не задаю вопросов. Мне все равно.
- По крайней мере, они упаковали тебе зубную щетку.– Я пыталась найти в ситуации хоть что - то хорошее, хотя, очевидно, это невозможно.
- У меня всегда собран рюкзак, я готов каждый момент уйти. Мне иногда нравится спать в каньоне. Там потрясающе. Но я не хочу спать в снегу.
- И ты пришел сюда.
- Да. Видишь, все не так страшно, как ты наверняка себе представляла.
Нет, на самом деле это даже хуже того, что я представляла. Кто так поступает? Кто выставляет подростка на улицу на произвол судьбы, чтобы... Чем же эти люди занимались, что не желали его присутствия?
- Ко вторнику об этом будет знать вся школа или только половина?
- Нет. В смысле никто не будет знать. Я никому на расскажу...
Хотя, возможно, стоит кому - нибудь рассказать. Моим родителям или еще кому - то. Нельзя, чтобы Ваня так жил.
Должно быть, мои мысли снова отразились у меня на лице, потому что парень хмыкнул:
- Софа! Я похож на того, о ком заботятся?
Я окинула Ваню взглядом. Он был прав. Оголодавшим парень не выглядел. У него было сухощавое, но мускулистое тело. Кожа гладкая, никаких темных кругов под глазами. Волосы густые. По правде говоря,Ваня выглядел очень хорошо. Очень. Мои щёки раскраснелись, и я сразу же завершила свой анализ:
- Нет, ты выглядишь... Просто...
- Тогда забудем об этом. Я в порядке.– Ваня показал на пожарную сигнализацию: - Не трогай ее.
Его рассказ и то, что я не была уверена, не будут ли безвозвратно утрачены книги, если я опущу рычаг, заставили меня принять решение. Я могла остаться здесь. Не все так плохо. Ваня мог потерять больше, чем я.
Я подняла руки:
- Хорошо.
- Два дня. Ты можешь продержаться два дня? У меня в рюкзаке есть несколько батончиков. Можешь взять их.
Я не собиралась сама все съедать. Меня потом загрызет совесть.
- Ты всегда берешь так мало еды, когда ночуешь на природе?
- Обычно я не заперт в здании. Я правда не планировал оказаться в библиотеке. Это решение было принято в последнюю минуту.
Я потерла руки:
- В этом здании теплее, чем на снегу?
Ваня улыбнулся:
- Мы можем хотя бы попытаться включить отопление.
Мы стояли плечом к плечу у термостата. Ваня с помощью ножа вскрыл небольшой замок. А теперь нажимал кнопку включения, но она загоралась лишь на секунду.
- Наверное, запрограммирован на определенные часы, - вздохнул он.
- Дай я попробую.
- Ты можешь нажать на кнопку как - то по - другому?
Я подтолкнула Ваню плечом:
- Возможно.
Я несколько раз нажала на кнопку, надеясь включить отопление, но в этот раз она даже не загорелась. Я открыла панель управления. На внутренней стороне была написана инструкция, но, даже следуя ей, я ничего не сумела сделать.
- Ты можешь надеть и эту толстовку, если хочешь, - Ваня потянул за свою толстовку.
- Нет, все в порядке. Сейчас все нормально. Просто мне кажется, что станет еще холоднее.
- Думаю, отопление не выключено, просто уменьшена до предела температура. Нельзя же, чтобы трубы промерзли.
Ваня бы прав - наверное, холоднее не будет.
- Ненавижу мерзнуть.– Я повернулась к парню.
– Особенно не люблю холодные уши. Потрогай их.
- Потрогать твои уши?
- Да.
- Зачем?
Когда стало ясно, что сам Ваня этого не сделает, я взяла его за руки и поднесла их к своим ушам. Теперь мы стояли лицом к лицу. Парень был сантиметров на пятнадцать выше меня, и я вскинула голову, чтобы встретиться с ним взглядом. Его руки казались теплыми, поэтому я поняла, что уши у меня и правда холодные.
- Видишь? Холодные.
Ваня не произнес ни слова, просто смотрел на меня.
Я почувствовала себя глупо, поэтому сделала шаг назад:
- Носки. Может, мне позаимствовать у тебя пару носков.
- Для ушей?– хмыкнул парень.
Я улыбнулась:
- Для ног.
Ваня прочистил горло и посмотрел на мои тоненькие носки:
- Да.– Неожиданно он потянулся мне за спину, надел на голову капюшон и затянул шнуровку, чтобы осталось только небольшое отверстие.– Это тоже должно помочь.
В глазах Вани сверкнул задор, которого я прежде не видела.
Я засмеялась и пихнула парня, затем скинула капюшон.
Над нашими головами загорелась единственная лампочка. Я не заметила, что уже совсем стемнело. Мы провели в библиотеке целый день. Осталось еще два, и все закончится
***
Как бы сильно мне не хотелось поспать на диване в комнате отдыха, в ней было слишком холодно. Так что мы снова разместились в главном зале библиотеки в окружении книг. Ваня одолжил мне носки, а также спальник. Я, сидя на полу, как можно выше натянула его носки.
- Что ты сделала с моей пастой?– спросил парень с другой стороны стола.
С тех пор как час назад я отказалась от своей идеи включать сигнализацию, Ваня стал менее настороженным. Как будто теперь больше мне доверял. Хорошая перемена. Мы словно заключили некий договор и теперь, находясь в одной команде, сделались командой.
- Ой, она в женской туалете. Сейчас принесу.
Я начала вставать, но Ваня меня остановил:
- Все нормально. Я сам заберу.
- Тебе нельзя в женский туалет.
- Почему?– изумился он.
- Потому что... потому что... черт, думаю, можно. Мы можем делать все, что хотим. Здесь мы устанавливаем правила!
Мой голос эхом разнесся по залу. Не знаю, то ли от усталости, то ли от скуки, но я начала хихикать и уже не могла остановиться.
- Мне стоит начать волноваться?– усмехнулся Ваня.
- Нет, - ответила я сквозь смех.– Иди почисти зубы в женском туалете. Не обращай на меня внимания.
В последний раз меня пробирал бесконтрольный смех недели две назад, когда мы с братом лопали из миски тесто для печенья. Мама в это время разговаривала по телефону. Когда она вернулась, чтобы помочь нам с печеньем, теста уже почти не осталось.
- Вас стошнит. Там сырые яйца.
Я посмотрела на брата, и, вероятно под влиянием огромного количества съеденного сахара, мы оба начали смеяться. И чем сердитее становилась мама, тем громче мы хохотали. В итоге нам удалось склонить маму на нашу сторону, и она присоединилась к нашему веселью.
- Ты все еще смеешься, - заметил Ваня, вернувшись через несколько минут.– Было не так уж и смешно.
- Знаю.– Я сняла с нескольких стульев подушки и разложила их под спальником. Забралась внутрь и застегнула его до самого подбородка.– Но когда я начинаю смеяться, то мне сложно остановиться.
- И часто такое случается?
- Только когда я устала... или возбуждена., или рада чему - то. Ох, и иногда когда нервничаю.
Ваня усмехнулся:
- То есть да.
- Думаю, да.– Я снова засмеялась.
Парень растянулся на полу с другой стороны стола, свернул футболку и положил ее под голову:
- Но в итоге ты перестаешь смеяться?
Обычно к этому моменту я заражала смехом всех, кто находился рядом. Но не Ваню, и от этого я засмеялась еще сильнее:
- Мы застряли в библиотеке.
- Спокойной ночи.– Ваня потянулся к столу и выключил свет.
- Ты совсем не понимаешь шуток.
Мое хихиканье растянулось еще на несколько минут, но в итоге прекратилось.
Заснуть не получалось, так что я просто лежала и смотрела в потолок. Может, дело в воспоминаниях о маме или в темноте, окружавшей нас, но в мою голову закралось беспокойство и свободно устроилось там, рассеивая все веселье. Беспокойство за родителей, пытающихся до меня дозвониться. Беспокойство за друзей, считающих, что я их бросила. Беспокойство за то, что Алисе нравился Данил и что она обязательно признается ему в этом на костре. Мой мозг не отключался ни на минуту. Я постаралась отвлечь себя, придумывая, о чем можно поговорить с Ваней.
- Как бы ты устроил управление?– спросила я.
- Что?– удивился Ваня.
- Если не считать возможность чистить зубы в женском туалете, каковы твои жизненные правила в нашем выдуманном мире?
- Правило первое: не разговаривать, когда гаснет свет.
Я хихикнула.
- Я бы сразу наложила вето на это правило.
Ваня издал какой - то звук - то ли смешок, то ли вздох.
- Потому что мы соправители в нашем библиотечной мире.– Я повернулась на бок и оперлась на локоть, хоть и не видела Ваню. Его тело представляло собой темное пятно в шагах двадцати от меня, и я попыталась сосредоточиться на нем.– Моим первым правилом были бы игры. Мы должны играть.
- В игры разума?– сыронизировал парень.
Я снова хихикнула:
- Ты в этом хорош, но нет. В настоящие игры.
- Типа покера?
- Да, типа покера.
- Тебе нравятся игры, - заключил Ваня.
- Да, - согласилась я. Особенно игры с множеством пошаговых инструкций, на которых можно сосредоточиться и не дать тревожному расстройству одержать надо мной верх. Разговор о правилах уже меня успокаивал. Иногда четкое структурирование помогало мне почувствовать себя в безопасности.
– Что скажешь о себе? Что тебе нравится?
Я думала, Ваня не ответит - ничего удивительного, - не ошиблась.
- Пеший туризм. Природа.
- И чтение?
- Да.
- Изучение новых мест?
- Да... думаю, да.
- Это может быть вторым правилом. Ты должен читать в библиотеке. Знаю, в этом правиле нет никакого смысла, но мы его оставим.
Скорее всего, Ваня не видел мою улыбку, Но я - то слышала ее в своем голосе.
- В нашем мире не должно быть правил, - заключил парень.
- Ты прав, - кивнула я.– Это будет третье правило.
На этот раз Ваня засмеялся. От его теплого смеха моя улыбка стала еще шире.
Я впервые услышала смех Вани и надеялась, что не в последний раз.
Я улеглась:
- Спокойной ночи, Ваня.
- Спокойной ночи.
Когда я проснулась, Вани на своем месте уже не было. Я потянулась. Учитывая, что спала на полу, должна сказать, что я очень хорошо выспалась. Мне было тепло и комфортно. Теперь же, когда я проснулась, живот слегка свело от голода, а мочевой пузырь грозился лопнуть, но мне не хотелось выбираться из спальника. Я оставалась в нем до тех пор, пока больше не могла терпеть.